Азербайджан у точки экономического перелома Обзор Хазара Ахундова

Данные за первый квартал 2026 года свидетельствуют о наличии серьезных инерционных процессов в экономике Азербайджана. Сократилась динамика совокупного ВВП, что большей частью связано со спадом в нефтегазовом секторе, также отмечено снижение внешнеторговой активности. Эти негативные процессы возникли далеко не сегодня, и стратегические шаги правительства в последние годы были направлены на преодоление фактора сырьевой зависимости. Ведутся реформы ненефтяной экономики, нацеленные на производство конкурентоспособной продукции и услуг, востребованных и за рубежом. В случае успешной реализации этой стратегии уже к 2035 году ВВП Азербайджана может вырасти до $150 млрд — об этом говорится в отчете международной консалтинговой компании «Oliver Wyman Group». 

Нефтегазовая отрасль и энергетика по-прежнему остаются становым хребтом отечественной экономики, и высокий уровень волатильности мировых цен на углеводородное сырье, а также сокращение добычи и экспорта нашей нефти все последние годы влияли на снижение торгового профицита и замедление общей промышленной динамики в Азербайджане. Выработка запасов нефтяных месторождений в стране — неизбежный и естественный процесс: в 2025 году добыча нефти и газового конденсата сократилась на 4,8% в годовом выражении до 27,⁠679 млн тонн, и, судя по всему, в среднесрочной перспективе ситуация будет лишь ухудшаться. Согласно экспертным прогнозам, в 2026 году нефтедобыча составит чуть более 27,5 млн тонн, в 2027 году она сократится до 27,1 млн тонн, а в 2028 году снизится до 26,6 млн тонн. 

Весь этот негатив особенно явственно проявлялся в последние годы, влияя на снижение экономической динамики в Азербайджане, соответственно составившей 1,1% в 2023 и 1,4% в 2025 году. Несмотря на то, что вызванный войной в Персидском заливе двукратный рост мировых цен на нефть в марте текущего года отчасти компенсирует потери нашей страны от спада нефтедобычи, в целом первый квартал 2026 года не демонстрировал сколь-либо положительных результатов в развитии отечественной экономики. 

Согласно данным Госкомстата, в I квартале текущего года совокупное ВВП Азербайджана, чуть превысив 29,703 млрд манатов, снизилось на 0,3%, еще хуже обстоят дела в нефтегазовом секторе, за отчетный период спад ВВП здесь составил 1,2% до порядка 8,531 млрд манатов. И несмотря на то, что ненефтяной ВВП страны в первом квартале превысил 21,171 млрд манатов, динамика роста здесь близка к арифметической погрешности — 0,2%. Весьма прискорбна ситуация и с зарубежной торговлей: по данным Госкомтаможни, за отчетный период внешнеторговый оборот нашей страны в реальном выражении снизился на 29,5%, при этом экспорт сократился на 6,8%, а импорт и вовсе на 51,9%. 

Сегодня крайне трудно строить прогнозы о том, какой будет экономическая динамика в Азербайджане во втором квартале и тем более по итогам года, особенно принимая во внимание сложную геополитическую ситуацию в мире. Конфликт в Заливе все еще продолжается, и текущая ситуация, судя по всему, свидетельствует о сохранении блокировки Ормузского пролива на неопределенное время, что удерживает высокие мировые цены на нефть и топливо. Так, сегодня стоимость барреля отечественной нефти марки Azeri Light составила $118. Здесь также уместно напомнить, что планка «цены отсечения» при расчете нефтяных доходов в государственном бюджете Азербайджана на 2026 год была снижена до $65, тем самым текущие цены на нефть почти в два раза превышают бюджетные показатели, что безусловно выгодно для нашей страны. В случае сохранения такой благоприятной внешней конъюнктуры вполне возможно, что прогноз Министерства экономики АР по росту ВВП Азербайджана на уровне 2,9% будет достигнут в текущем году. 

Так или иначе, но вне зависимости от ситуации на мировом энергетическом рынке, в Азербайджане со всей очевидностью приходит понимание, что дальнейшее развитие страны с опорой преимущественно на сырьевую базу несет существенные риски. Увы, но сегодня свыше четырех пятых азербайджанского экспорта все еще приходится на нефтегазовое сырье, и это свидетельствует об острой необходимости форсировать процесс перехода от энергоэкспортной модели к более глубокой диверсификации отечественной экономики.Пока нашей стране не удалось добиться заметных успехов в этом направлении. Так, в 2025 году совокупный ненефтяной экспорт Азербайджана, увеличившись на 8,1%, достиг $3,6 млрд. Еще несколько лет назад в правительстве обозначили целевую задачу — довести совокупный объем ненефтяного экспорта до $5,3 млрд к началу 2027 года. В целом же, низкая экспортная динамика ненефтяных отраслей не дает основания полагать, что в ближайшие два-три года этот сектор сможет стать важным источником поступления валюты, заместив снижающиеся сырьевые доходы.

В свете сказанного не удивительно, что в плане диверсифицированности экономики и динамики ее развития Азербайджан уступает соседям по региону. Так, в Грузии по данным Geostat рост ВВП в январе-феврале 2026 года составил 8,4%, а в Армении за отчетный период согласно сведениям Статкомитета индекс экономической активности в годовом сравнении возрос на 7,4%. По уровню ВВП на душу населения Грузия и Армения уже достигли планки в 10 800 и 10 400 долларов, в то время как у нашей страны этот показатель согласно данным Госкомстата составляет $7411. Однако, сравнивая подушевые показатели ВВП на Южном Кавказе, следует принять во внимание и демографический фактор: в Армении сегодня проживает менее 3 млн, в Грузии чуть более 4,9 млн, а в Азербайджане 10,26 млн человек. Соответственно, соотношение валового внутреннего продукта к числу жителей будет в менее выгодном положении в нашей стране. 

В этом плане весьма показательна динамика ВВП в странах Центральной Азии: так в Казахстане в 2025 году этот показатель составил 6%, в Узбекистане по оценкам Всемирного банка 7,7%, а в Кыргызстане и вовсе 11,1%. В соседних странах Южного Кавказа и Центральной Азии, активно развивая торговлю, туризм и транспорт, также сделали ставку на предприятия легкой промышленности, обеспечив полную переработку аграрного и иного сырья и выпуск конечной продукции с высоким уровнем добавленной стоимости. Соседи не изобретали велосипед, а просто позаимствовали модель экономики, успешно опробованной в Японии и впоследствии доказавшей свою эффективность в Республике Корея, Китае, странах Юго-Восточной Азии, ОАЭ и т.д. 

В последние годы в правительстве Азербайджана пытаются преодолеть инерцию развития преимущественно сырьевой экономики, и основной упор реформ направлен на стимулирование развития несырьевых производственных отраслей. Агропереработка и ненефтяное производство, транспортно-логистический сектор, «зеленая» энергетика и энергоэффективность, а также развитие искусственного интеллекта (ИИ), строительство DATA-центров и цифровизация промышленности (индустрия 4.0), в том числе нефтехимической, обозначены ключевыми драйверами устойчивого экономического роста нашей страны. Перечисленные векторы — составная часть новой «Стратегии социально-экономического развития на 2027–2030 годы», разработка которой в настоящее время завершается правительством Азербайджана. В рамках этой стратегической задачи в ближайшие несколько лет предстоит увеличить ненефтяной экспорт в 1,8 раза, ненефтяной ВВП — в 1,3 раза, а долю частного сектора в валовом внутреннем продукте поднять до 88%.

В случае реализации всего задуманного и плановой трансформации экономики Азербайджана, ВВП страны может вырасти к 2035 году до $150 млрд, говорится в опубликованном на днях отчете международной консалтинговой компании «Oliver Wyman Group». Аналитики компании отмечают, что экономика Азербайджана находится в критической точке перелома и, благодаря имеющимся ресурсам, стратегическому положению и структурным реформам, может удвоить ВВП в течение следующего десятилетия, и у страны есть потенциал для того, чтобы войти в группу стран с высоким уровнем доходов. Для достижения этой цели Азербайджан должен перейти от сырьевой модели к развитию сферы услуг и нефтехимической продукции с высокой добавленной стоимостью, развивать услуги в сфере торговли энергоресурсами, развивать транзитные логистические услуги и активно расширять туристический потенциал.