Циничный расчет: ударить «евроинтеграцией» Армении по мирному договору Аналитика Сергея Богдана

Москва грозит Еревану прекратить нынешние поставки дешевого газа, если тот продолжит переход из ЕАЭС в ЕС. Но армянское руководство на этом пути не остановят никакие риски и угрозы. Для команды Пашиняна это не только идейный догмат. Это и их незамысловатый расчет – сблизиться с ЕС, чтобы воспользоваться его ресурсами и поддержкой для конструирования новых отношений с соседями, прежде всего с Азербайджаном. Подобное делали некоторые новые члены ЕС. Но эта схема из прошлого, Пашинян зря испытывает терпение Баку, продолжая выстраивать такие комбинации.

Пашинян строил в экономике одно, а в политике — другое

В минувший вторник межправительственный совет Евразийского экономического союза (ЕАЭС) опубликовал доклад о вероятных последствиях выхода Армении из блока. В частности, в нем утверждается, что Ереван рискует столкнуться с сокращением ВВП страны на 15,6% или на 4,6 миллиардов долларов и ростом инфляции на 14,9 процентного пункта.

Главным образом, это произойдет за счет сокращения товарооборота с ЕАЭС – на 55,6% к уровню 2025 года, с почти 8 миллиардов до 3,5 миллиардов долларов. Экспорт армянских товаров и услуг упадет на 41,6% или на 6 миллиардов долларов, а импорт товаров и услуг из стран ЕАЭС сократится на 27,1%, или на 4,8 миллиардов долларов. Одним из тяжелейших ударов может стать рост стоимости ежегодного импорта газа в Армению на 69% – с 389 миллионов до 657,5 миллионов долларов в год.

Вторым тяжелым ударом станет утрата Ереваном возможностей зарабатывать на обходе санкций и прочем подобном реэкспорте. Чтобы указать на этот нюанс, в докладе разделили товары на две категории — товары «традиционного экспорта» и «товары, поставки которых преимущественно обусловлены торгово-логистическими преимуществами членства в ЕАЭС», то есть обходом санкций. Если по первой категории потери доходов относительно 2025 года могут достигнуть 39,6%, то по второй — практически все (91,6%).

Собственно, на этих двух китах – дешевых российских энергоносителях и обходе санкций и был выстроен экономический базис новой пашиняновской Армении. В Ереване прекрасно понимали, что они строили. Но при этом конструировали идеологическую надстройку «евроинтеграции» и радикально прозападную внешнеполитическую модель, которые не могли не столкнуться с таким базисом! Но что было поделать? Очень хотелось денег. 
Таким образом, за время нахождения Армении в ЕАЭС с 2015 года ее ВВП увеличился почти в три раза, утроился и ВВП на душу населения. Долгое время казалось, что, зарабатывая на России и ЕАЭС, Пашинян сможет оплатить весь путь Армении в ЕС. Ведь и правда, некоторые сопредельные с РФ страны вошли в ЕС, зарабатывая на транзите и сомнительном реэкспорте до самого вступления и даже после того, параллельно наращивая градус антироссийских выступлений.

Для кого это говорится?

Следует задуматься над тем, зачем ЕАЭС выпустил этот доклад о потерях? Вряд ли для себя самого, чтобы разобраться с происходящим. Для него уход Армении не выглядит серьезным потрясением. По мнению авторов доклада, потери экспорта-импорта с Арменией для стран объединения составят доли процента от их совокупного экспорта. Больше всего, кстати, они у РФ – на 0,65% может сократиться ее экспорт в Армению. Но от этого она только выиграет – просто прекратятся поставки дешевого газа, через какое-то время их перенаправят на новые рынки, чтобы продать дороже.

Но, может, доклад выпущен не как критичная самооценка ЕАЭС, а для игры на внутриармянской политической сцене? Но Москва вряд ли все еще всерьез надеется, что ее союзники в армянской политике могут сорвать планы Пашиняна по радикальной внешнеполитической переориентации страны на Запад.

Конечно, недавно мы снова видели демонстративные сожаления российского руководства о судьбе Сержа Саргсяна и Роберта Кочаряна. Но фактически дела старого пророссийского реваншизма в Армении обстоят, мягко говоря, неважно, и это слишком заметно, чтобы оставались какие-либо иллюзии о его перспективах. Пашинян смог справиться и с «церковным майданом», и с попытками задействовать ресурсы российских придворных бизнесменов армянского происхождения для пересмотра нынешнего курса страны. 

15 октября армянское правительство нанесло очередной удар по крупнейшему российско-армянском предпринимателю и создателю новейшей пророссийской оппозиционной партии «Сильная Армения» Самвелу Карапетяну, приняв решение о национализации ЗАО «Электросети Армении». Он «прихватизировал» их, а затем делал огромные деньги за счет выстроенного когда-то государством общественного достояния. Но мешать это правительству стало лишь когда тот начал играть на стороне пророссийской оппозиции.
Энергосети в любой стране – стратегически важная инфраструктура, потому сейчас у Москвы забирают не просто важного союзника и политэкономическую базу пророссийской оппозиции, у нее забирают доступ к критической инфраструктуре. Более того, на заседании правительства Армении, где решался вопрос о национализации, Пашинян сказал, что после национализации электросети все равно не останутся в армянских руках, а будут отданы одной «из топовых мировых компаний», то есть западному бизнесу, скорее всего французскому.

В общем, на данный момент у пророссийской оппозиции в Армении шансов нет, фактически она не может защитить даже своих ключевых лидеров и их экономические интересы. Тот же Карапетян, несмотря на свои миллиарды долларов, был просто посажен летом 2025 года, как только публично поддержал церковь в конфликте с премьером. А потому вряд ли в Москве кто-то столь наивен, чтобы пытаться мобилизовать армян против пашиняновской «евроинтеграции» через очередное напоминание о цене последней.

Последнее предупреждение Пашиняну от Лукашенко

Более похоже на то, что Москва таким образом пыталась еще раз сказать Пашиняну, что никакого «мягкого перехода» Армении от ЕАЭС к ЕС она за российский счет не потерпит, и ему пора задуматься о корректировке курса. Тем более, что помощи Еревану в этом действительно ждать неоткуда. Как показало это лето, брюссельские и парижские союзники Пашиняна готовы петь и играть с ним вместе на фортепиано, но действительно открывать свои рынки или предоставлять армянским крестьянам и промышленности субсидии не собираются.

В этом смысле президент Беларуси был прав, когда предлагал Пашиняну задуматься, а нужны ли армяне там, куда тот их ведет? 2 октября Лукашенко снова предложил Еревану не спешить с решениями, а оценить, сможет ли европейский рынок компенсировать объемы экспорта, которые Армения сейчас направляет в страны ЕАЭС. Не удивимся, если окажется, что именно Лукашенко и предложил прилюдно озвучить цену внешнеполитического курса нынешнего армянского руководства, чтобы подтолкнуть его к его пересмотру и переговорам. Зачем это Лукашенко? Он все же лично много вложился в проект ЕАЭС, вдобавок, сейчас его главные споры во внешней политике именно с ЕС и связаны, более того, именно со странами «Новой Европы» вроде Польши и Литвы, которые наиболее активно занялись «евроинтеграцией» Армении. Можно сказать, что сегодня восточноевропейские страны переносят свои споры на Южный Кавказ – условия для чего создает Пашинян.

В любом случае предупреждение от ЕАЭС о возможных последствиях было гласом вопиющего в пустыне. Армянский премьер уже давно показал, что евролиберальная идеология в конечном итоге всегда является для него главным принципом. Он и сейчас демонстрирует своё стремление к вытеснению российского присутствия на примере железных дорог Армении, которыми в форме концессии до 2038 года должна была управлять российская РЖД. Причем Ереван вместо использования предусмотренных в договоре о концессии каналов вынес вопрос о ее передаче другой стране в публичное поле и продолжает его время от времени обсуждать его там без участия собственно российской стороны.

Москве не удается вернуть вопрос в формат деловых переговоров: 14 октября в Ереван для переговоров с Пашиняном ездил даже председатель правления РЖД Олег Белозеров, но встреча не привела к публично объявленному решению о пересмотре концессии, однако стороны договорились продолжить работу.

То есть Пашинян демонстрирует, что за ценой ради отказа от российского вектора не постоит. И его не смущает отсутствие помощи ЕС уже при первых трудностях переориентации армянской экономики, когда этим летом РФ остановила приток продовольственных товаров из Армении на свои рынки, а ЕС дал лишь мизерную субсидию в 18 миллионов евро да предложил восстановить для Армении фактически тот же доступ на рынки ЕС, который у нее был недавно как страны с низкими доходами, но исчез после того, как Пашиняну удалось повысить эти доходы за счет обхода антироссийских санкций.

Почему Пашинян не торопится с мирным договором?

Пашинян, разумеется, думает, что он играет «вдолгую», многоходовку, в которой надо идти на временные потери ради солидного выигрыша в конце. Причем выигрыш не ограничивается лишь финансовыми влияниями и доступом на рынки, которые Армения может когда-нибудь гипотетически получить, если станет полноправным членом ЕС.

Гораздо важнее то, как Пашинян сможет эксплуатировать свое сближение с ЕС и возможное присоединение Армении к нему на любых правах для пересмотра отношений Еревана с соседями по региону. Или, скажем без обиняков, для реализации либеральной версии армянского националистического реванша. Союз либерализма и национализма, кстати, активно поощрялся всякими евролиберальными структурами в различных странах Восточной Европы как механизм запуска общественного противостояния и пересмотра отношений с РФ и другими соседями. Потому сама затея не нова.

Как это будет выглядеть – можно посмотреть на многочисленных примерах в Восточной Европе или Балканах. Целый ряд стран сначала временно улаживали необходимые для вступления в ЕС и НАТО споры с соседями, а после вступления принимались пересматривать свои отношения и припоминать все свои обиды на этих соседей, оставшихся вне ЕС. При этом они удобно прикрывались своими военными связями с НАТО и политической поддержкой Брюсселя.

Впрочем, начиналось все не в Восточной Европе: первой страной, освоившей искусство эксплуатации своего членства в ЕС для давления на соседей, была Греция. Она мастерски скрыла свой национализм в красивых фразах о демократии, а на деле просто продолжает реваншистскую политику против Турции за счет Европейского союза.

Именно эта логика и скрывается за прозвучавшим пару недель назад заявлением Пашиняна, что он видит возможным отложить мир с Азербайджаном. 15 октября он заявил на заседании правительства, что, разумеется, и он сам, и его правительство считают заключение мирного договора одной из важнейших своих задач.

Но после этой ритуальной фразы он проговорился о главном: «Я лично поставил перед собой задачу и определил конкретный срок — до 2031 года достичь решения этого вопроса». Аналитики интерпретировали слова Пашиняна в привязке к очередным парламентским выборам. Но вопросы остаются.

Ведь зачем откладывать мирный договор, если он почти готов и у Пашиняна есть большинство в парламенте – которое может и исчезнуть, например, в случае раскола в партии или же внеочередных выборов? Тем более, что, потеряв российский рынок и газ, ему жизненно важно сейчас уладить отношения с крупными и богатыми соседями вроде Азербайджана и Турции, которые не только сами могут что-то купить у армян, но и контролируют пути армянских продуктов на другие альтернативные рынки, даже того же ЕС? Получается, что несмотря на все декларации о приверженности мирному процессу, армянское руководство выстраивает свои внешнеполитические комбинации в рамках своей «воображаемой географии», в которой оно может действовать только между РФ и ЕС – «или-или» и альтернатив им нет, tertium non datur.

ЕС не до евроинтеграции

Одним словом, у Пашиняна на уме, когда он рассуждал о 2031 году, похоже, было другое: сближение с ЕС. Опираясь на него, он и хочет поговорить затем о мирном соглашении с Азербайджаном. Поговорить уже по-другому, не как сосед с соседом, а эксплуатируя свою близость с либеральной империей. Армянский премьер явно надеется, что процесс сближения Еревана с ЕС ускорится, когда французский президент Макрон уйдет в следующем году в отставку и переберется на работу в руководство ЕС в Брюсселе.

Однако суровая реальность состоит в том, что эта схема не может сработать ни с одной стороны. Во-первых, ЕС вряд ли готов предложить Армении какое-либо серьезное сближение в обозримой перспективе – помимо малозначимых шагов вроде отмены виз. Ожидалось, что на саммите 15-16 октября руководство ЕС примет прорывные решения по расширению объединения. Но он утонул во внутренних спорах вокруг бюджета и поиска новых десятков миллиардов евро для Украины.

Во-вторых, Азербайджан не просто не потерпит попыток провернуть такую «восточноевропейскую» схему, но и уже заготовил контрмеры. Среди них не только силовые средства, но и, например, участие США в мирном процессе и строительстве Зангезурского коридора.

Трамп явно будет недоволен проволочками в продвижении к миру, поскольку он лично поддержал этот процесс, и особенно он будет недоволен соответствующими интригами Пашиняна с самыми отпетыми евролибералами вроде Макрона и прочих евросоюзовских деятелей. Впрочем, и внутри ЕС азербайджанская дипломатия добивается все большего понимания важности страны как ключевого партнера в получении ЕС доступа к каспийским и центральноазиатским ресурсам и рынкам, а потому попытки использовать ЕС для манипуляций с мирным процессом тоже становятся бесперспективными.
Иными словами, стратегия затягивания в заключении мирного договора в сочетании с ускоренной «евроинтеграцией», выстроенная в расчете на укрепление переговорных позиций Армении за счет сближения с ЕС, осуждена на провал. Это чистейшей воды авантюра, которая лишь тратит время и усилия народов Южного Кавказа на непродуктивные цели и снова создает угрозу конфликтов вместо строительства будущего региона.