FT: Атаки беспилотниками и прорыв границы являются «формирующими операциями» Украины

Украина проводит «операции по формированию обстановки», чтобы ввести в заблуждение или отвлечь внимание российского командования и сформировать благоприятный для себя фон для контрнаступления. 

Об этом пишет Financial Times.

«Сначала был загадочный удар беспилотника по Кремлю. Затем было «вторжение», неудобные последствия которого для Москвы могут заставить ее перебросить фронтовые войска в приграничные регионы. Затем, в конце прошлой недели, Украина осуществила атаку морских беспилотников на российский шпионский корабль в Черном море. Во вторник утром до двух десятков беспилотников атаковали Москву.

Накануне долгожданного контрнаступления Киева, целью которого является возвращение оккупированной территории, такие атаки являются лишь четырьмя из все более смелых «операций по формированию обстановки» (англ. shaping operations), которые Украина начала в этом месяце.

От символических ударов до более стратегически важных атак, эти формирующие операции являются частью стандартной военной практики. Их целью, по словам представителей оборонного ведомства и аналитиков, является обмануть врага, вмешаться в его мышление и иным образом «сформировать» поле боя перед большим наступлением», - пишет издание.

Издание напоминает о взрыве двух беспилотников над куполом Кремля 3 мая и об утренней атаке беспилотников на Москву 30 мая, которые проявили уязвимость российской столицы. Также вторжение двух групп ультраправых российских партизан в приграничную Белгородскую область РФ 22 мая показало, что границы России «не являются непроницаемыми».

«Успешное наступление начинается с успешного психологического наступления. Их (российский – ред.) боевой дух не на самом высоком уровне», – сказал высокопоставленный украинский чиновник.

Бывший офицер британской армии и автор книги «Как вести войну» Майк Мартин говорит: «Идея заключается в том, чтобы создать много дилемм для российского командования. Проблемы – такие как прорыв линии фронта – привлекают внимание. Дилеммы, наоборот, парализуют действия».

Джон Спенсер, бывший майор армии США, возглавляющий кафедру городской войны в Институте современной войны в Вест-Пойнте, отмечает, что «операции обмана» всегда были частью войны, но сейчас их эффект усиливается социальными сетями.

«Это украинские операции в серой зоне, которые требуют от России тратить ресурсы – будь то войска или информационные операции. Они похожи на фокусы фокусника: они обманывают зрителя и заставляют его обратить внимание на что-то другое», – говорит Спенсер.

FT отмечает, что операции по формированию имели определенный психологический эффект в Москве, их прокомментировали в Кремле и в блогосфере. 

Представитель украинской военной разведки сказал, что рейд в Белгородскую область и подобные операции призваны «нанести удар по моральному духу (россиян) и заставить их передислоцировать войска» вдоль границы, хотя «мы пока не видим никаких признаков» этого. 

По словам Спенсера, «Украина использует российский сценарий против России». Москва раскручивала сценарий наступления с территории Беларуси – и заставила Украину разместить войска поблизости, а «сейчас украинцы так же отвлекают внимание России». 

FT отмечает, что Украина успешно использовала подобную тактику прошлым летом: в течение нескольких недель она обсуждала идею контрнаступления на юге, а когда российские войска двинулись туда – Киев начал блицкриг на севере, в Харьковской области.

Западные официальные лица говорят, что не ясно, насколько эффективным окажется нынешнее контрнаступление, но Украина будет продолжать свои «операции по формированию», сочетая их с точными атаками, которые имеют целью подорвать российские военные активы и возможности.

Это могут быть дальние удары с использованием крылатых ракет Storm Shadow, а также атаки беспилотников на «жирные цели», как разведывательный корабль «Иван Хурс».

«Они (украинцы) тестируют и зондируют, выясняя, что работает, а что нет", – сказал высокопоставленный западный чиновник.

«Весь смысл этого контрнаступления заключается в том, что ни Россия, ни (западные союзники) не знают, когда оно на самом деле началось. И то, что мы видим сейчас, – это то, что они заставляют россиян постоянно гадать», – считает он.

С украинской точки зрения, эта «нервная неопределенность» является ключевой, заключает FT.