Как это делалось в Новом Свете-3 «Неудобная правда» Самита Алиева

Изучать историю без привязки к экономике дело не просто ненадежное. Это, на мой взгляд, довольно глупо и бессмысленно. Именно поэтому необходимо принять во внимание сложившиеся общественно-экономические отношения в Северной Америке того времени, а именно: конкуренцию между индейскими племенами усиливало появление европейских товаров. Обладание ружьями стало залогом выживания племени. Разделяй и властвуй, а потому французы снабжали оружием одни племена и не снабжали ими другие. В сухом остатке они выходили в плюс при любых раскладах: одни индейцы будут убиты из французских ружей, а других рано или поздно убьет эпидемия оспы или гриппа. Не самим же ручки марать, ты просто поставляй и управляй. И, конечно, не забывай о прибыли.

Французы, да и не только французы, не давали индейцам ружей просто так, а выменивали их на шкуры пушных зверей. За кремневое ружье в конце XVII века индеец отдавал стопку шкур примерно, ну, плюс-минус, высотой с это самое ружье. То есть, высота стопки составляла примерно метр с половиной. Оценили масштаб прибыльности такого бизнеса? То-то же. В игре на миллионы медяков никто не жалеет, карта легла так, что французам пришлось уйти из Северной Америки. Да, остался канадский Квебек, который иногда заикается о независимости, но этого, сами понимаете, нельзя, потому что территориальная целостность, например, Канады, а также любого другого государства, которое способно эту территориальную целостность защитить, является фундаментом международного права.

Во время американской войны за независимость, ну, в конце 18-го века, за американскими повстанцами стояла Франция, которая была только рада ослаблению своего вечного, повторяю, вечного геополитического противника — Великобритании. О роли Лафайета в войне американских колонистов против Великобритании знают все. Когда много лет спустя США вступили в Первую мировую войну, это был 1917 год, французы встречали их с цветами (где-то мы это уже видели, но немного позже, не так ли?). Так вот, согласно легенде, первое, что сделали американцы, войдя в Париж, — это направились на кладбище Пик-Пюс, чтобы посетить могилу Лафайета, и полковник Чарльз Стентон, поклонившись могильному памятнику, сказал следующее:

- Лафайет! Мы здесь!

А вот о том, что Бомарше, тот самый драматург и публицист, да-да, именно тот самый, который «Севильский цирюльник» и «Женитьба Фигаро», основал фирму «Родриго Горталес и Ко», которая снабжала армию Джорджа Вашингтона оружием, боеприпасами и инструкторами, думаю, слышали далеко не все. В число пайщиков компании «Родриго Горталес и Ко» входили такие бедные и незначительные люди, как король Франции и король Испании… Да и союз между Соединёнными Штатами Америки и Францией в феврале 1778 года был заключен… при непосредственном участии чрезвычайного и полномочного представителя французского короля Пьера-Огюстена де Бомарше. По окончании войны Бомарше выстроил себе в Париже дом стоимостью в миллион ливров, немаленькие по тем временам деньги, вообще-то. Сам Людовик XVI стал обладателем титула Освободителя Америки. В общей сложности сумма, потраченная Францией на дело провозглашения независимости США, читай, на борьбу с Великобританией, составила более миллиарда трехсот миллионов ливров. Для сравнения: на Семилетнюю войну, которая закончилась немного ранее, в 1763 году, и там дралась вся Европа, так вот, Франция потратила на нее всего на полмиллиарда ливров больше, но тем не менее потерпела поражение. По ее результатам, ну, я всё еще о Семилетней войне, Франция потеряла Канаду, Восточную Луизиану (о Луизиане я расскажу немного позже) и большую часть французских владений в Индии, вся эта прелесть перешла в собственность Великобритании. За всё нужно платить, и когда на кону стоит геополитическое влияние, никто за ценой не стоит и не гнушается никакими способами, ни подкупом, ни интригами, ни политическими убийствами.

Победителей не судят, потому что победителей обычно чествуют. Попытка принизить величие французской культуры — дело неблагодарное. Французская культура, как бы мы ни относились к Франции и как бы Франция ни относилась к нам, является одним из столпов не просто европейской, а человеческой, именно человеческой цивилизации, круче и мощнее неё, наверное, только культура Италии. Да, Франция была, подчеркиваю, была мировым гегемоном. Но... Дело в том, что даже если гегемон пал — он все равно некоторое время продолжает сохранять культурное доминирование. Франция окончательно надорвалась в результате наполеоновских войн, но те, кто ее победил, смогли захватить культурно-информационное господство далеко не сразу, и Франция чуть ли не до конца 19-го века, а может быть, и далее, была культурным гегемоном Европы. Инерция, в особенности культурная инерция, это очень мощная сила.

Ну да ладно. Об остальном — в следующий раз.