Кластерный кризис Будапешт замедляет евроинтеграцию Киева

Перед Украиной возникла очередная проблема на пути к евроинтеграции. Венгрия вновь заблокировала открытие двух переговорных кластеров, касающихся интеграции в единый рынок (Кластер №2), а также экономической и социальной политики (Кластер №3).

Формально в ЕС это называют очередной технической остановкой переговорного процесса — так называемой «заминкой» перед летними каникулами экспертных групп. Однако ситуация в очередной раз обнажила главный вызов, который сегодня стоит перед Киевом: даже успешное выполнение жестких требований Брюсселя все еще не гарантирует реального продвижения к членству в объединении.

Переговоры о вступлении в Евросоюз разделены на шесть тематических кластеров, объединяющих 33 переговорные главы, каждая из которых охватывает отдельный блок реформ. Чтобы перейти от одного этапа к следующему, необходимо согласие всех 27 государств-членов. По оценке Еврокомиссии, Украина выполнила технические критерии, необходимые для открытия всех шести переговорных кластеров. Тем не менее на заседаниях рабочей группы Совета ЕС по вопросам расширения (COELA) именно политический фактор вновь оказался сильнее технической готовности.

Официальная позиция Будапешта транслируется сквозь призму справедливости. Венгерские власти выступают против какой-либо ускоренной процедуры для Украины, утверждая, что Киев не должен пользоваться более благоприятными условиями, чем другие кандидаты. В первую очередь речь идет о странах Западных Балкан, которые проходят этот путь уже многие годы и строго выполняют аналогичные экономические требования. Однако за этими аргументами могут стоять и вполне прагматичные экономические расчеты. Открытие переговоров по второму кластеру означает постепенное движение к интеграции в единый европейский рынок, что потенциально усиливает конкуренцию для производителей соседних государств, включая Венгрию.

Любопытно, что радикальная смена власти в Венгрии практически не изменила эту парадигму. После ухода многолетнего лидера Виктора Орбана многие в Брюсселе ожидали, что новый премьер-министр Петер Мадьяр займет куда более гибкую и компромиссную позицию. Действительно, в июне Будапешт согласился разблокировать начало общих переговоров и открытие базового Кластера №1 («Основы») после того, как Киев подписал историческое соглашение, касающееся прав венгерского меньшинства в Закарпатье, и включил данные пункты в свой План действий ЕС по национальным меньшинствам, обязавшись пошагово интегрировать эти изменения в национальное законодательство Украины. Но, несмотря на это, спустя несколько недель после достижения этой договоренности новое правительство партии «Тиса» во главе с Мадьяром вновь воспользовалось своим правом вето.

На недавней встрече COELA венгерская делегация заняла особую позицию: она одобрила продвижение Молдовы по Кластеру №3, но наложила вето на аналогичные шаги для Украины. Поскольку большинство стран ЕС отказалось искусственно разделять «пакетный подход» Киева и Кишинева, процесс оказался заблокирован для обоих государств. Это позволяет предположить, что жесткое отношение к украинской интеграции — это не личная позиция конкретного политика, а устойчивый государственный и прагматичный экономический подход Венгрии.

При этом в самом Брюсселе происходящее публично не склонны драматизировать. По данным Financial Times, один из европейских дипломатов назвал задержку лишь «временным препятствием», выразив уверенность, что возникшие разногласия удастся урегулировать политическими средствами. В Евросоюзе рассчитывают, что вопрос вернется к обсуждению сразу после окончания летних каникул – на следующем заседании экспертов, которое намечено на 1 сентября. Однако еврочиновники признают: для преодоления венгерского вето теперь потребуется прямое задействование тяжелого «политического давления» со стороны ключевых столиц стран – членов Евросоюза.

Сама ситуация вновь наглядно показала ключевую особенность европейского механизма расширения. До тех пор, пока процесс касается выполнения сугубо технических критериев и законов, многое зависит от самой страны-кандидата. Но чем ближе переговоры подходят к вопросам реального членства и открытия рынков, тем большую роль начинают играть национальные экономические и политические интересы отдельных государств ЕС.

Не исключено, что Венгрия – не единственная страна, которая с осторожностью относится к перспективам быстрого расширения Европейского союза. Однако именно Будапешт публично берет на себя роль главного оппонента ускоренного вступления Украины, тогда как большинство остальных государств предпочитают сохранять неизменную политическую поддержку Киева.

История расширения Евросоюза также показывает, что открытие переговоров само по себе не означает скорого финала. Монтенегро ведет переговоры уже более десяти лет, а Турция, сохраняя статус кандидата, остается в этом процессе свыше двух десятилетий. Таким образом, нынешняя задержка вряд ли станет последней на пути Украины.