Женский протест против мракобесия «Талибана» Международная панорама на Caliber.Az

В Афганистане прошли массовые женские демонстрации представительниц шиитской общины. Они выступили против репрессий талибов в отношении шиитов.

В прошлом в Афганистане, прежде всего в Кабуле, проходили протесты светских женщины против запретов на образование в университетах, а также против других мер, ограничивающих женские права. В то время протестовали десятки женщин. На сей раз на улицы вышли сотни или тысячи. Во время отмечания Ашуры в Кабуле имели место столкновения между подразделениями «Талибана» и участниками шествий, в ходе которых был открыт огонь и погибли несколько человек.

8 марта текущего года ООН заявила, что Афганистан во время правления талибов стал самой репрессивной страной в мире в области соблюдения прав женщин. Согласно сообщениям ЮНЕСКО, 80% афганских девочек и женщин школьного и студенческого возраста не посещают учебные заведения. Талибы уволили с работы всех государственных служащих-женщин, запретили женщинам посещать общественные бани, парки, и потребовали, чтобы женская одежда была строго регламентирована. Женщинам также запретили работать в НПО. Практически, действия талибов направлены на полное вытеснение женщин из общественной жизни.

Нынешний протест связан не столько с нарушением прав женщин, составляющих половину населения страны, сколько с нарушением прав шиитов. Ислам шиитского толка исповедует приблизительно 20 процентов 40-миллионного населения Афганистана. Женщины вышли на улицы потому, что талибы жестоко обращаются с протестующими мужчинами и, тем более, с мужчинами из шиитского меньшинства, а с женщинами - несколько мягче. 

В данном случае речь может идти о пересекающихся множествах. Женщины из шиитской общины, прежде всего, из числа шиитов-хазарейцев, наиболее независимые и образованные в Афганистане. Именно представительницы хазарейской общины приняли ранее наиболее активное участие в протестах против вытеснения женщин из университетов.

Проблема заключается в том, что в отношении талибов такие меры как мирный протест и, тем более, женский протест, бесполезны. В мировоззрении талибов просто отсутствует концепция мирного протеста и, тем более, там нет и не может быть концепции женского протеста. 

В принципе, не вполне понятно, для каких географических пространств концепция мирного протеста эффективна и где она в принципе может оказать серьезное влияние на общественную жизнь, за исключением нескольких примеров. Мирный протест может иметь смысл в небольшой более-менее сплоченной и более-менее автономной муниципальной общине, когда группа жителей выходит на улицу с лозунгами, требуя починить канализацию в одном из городских кварталов. Кроме того, идея мирного протеста понятна жителям университетских городков США или каких-нибудь районов Индии, где существует религиозный культ Ганди. Но за пределами таких местностей она, по всей вероятности, лишена смысла. Для большинства человечества выход на улицу людей, которые что-то требуют или кричат, не играет большой роли. Покричали, потом разошлись, и что?

Тем более у талибов нет и не может быть таких доктрин. Спорные вопросы решаются либо полевыми командирами, племенными и религиозными авторитетами, либо в ходе военных операций. Когда автор этой статьи сказал об этом одной своей знакомой, имеющей ближневосточное происхождение, она ответила следующим образом: «Женщинам важно, чтобы их услышали, поэтому они выходят на улицу и кричат».  К сожалению, у этой медали есть оборотная сторона - когда сильный и жестокий враг вас слышит, это для вас намного хуже. Услышав вас, враг не сделает вам лучше, но нанесет новые удары. Так что, в случае борьбы за свои права и интересы, шиитам, женщинам и всем прочим жителям Афганистана, в особенности тем, кто в настоящее время голодает по вине правительства, придется выбирать какие-то другие методы, разумеется, только в том случае, если им это необходимо.

Кроме того, мирный женский протест, по мнению талибов, это вообще нонсенс. Это не означает, что согласно представлениям суннитской школы деобанди, которой следуют талибы, женщины не имеют прав. Определенные права у женщины есть, например, права, связанные с семейными отношениями. Но вряд ли женщина может быть политическим субъектом в обществе, организованном по меркам талибов. Ей, как они считают, даже на улице можно появляться только в сопровождении мужчин из ее семьи.

Реакция талибов на женский мирный протест может быть примерно такой же, как реакция крестьянина на то, что у соседа вырвалась из загона ослица, которая поела овощи на грядке. Вопросы будут не к ослице, а к соседу, который не следит за своим загоном и оставил его открытым. За действия демонстранток придется отвечать их мужчинам. Автор статьи не разделяет подобные дикие взгляды, он лишь указывает на то, как видится мирный женский протест глазами талибов.