«Африке не нужно присутствие Макрона» Ганские СМИ о двуличии Франции и репарациях

На ганском сайте Citi Newsroom опубликована статья, критикующая возможное участие президента Франции Эммануэля Макрона в Глобальном саммите по репарациям, проходящем в Аккре (Гана). Предлагаем вниманию читателей Caliber.Az перевод данного материала.

«Давайте говорить прямо. Если президент Франции Эммануэль Макрон примет участие в Глобальном саммите по репарациям и репаративному правосудию, то он будет участвовать не в качестве союзника. Он приедет как человек, чьё правительство всего несколько месяцев назад не смогло заставить себя проголосовать «за» резолюцию ООН, призывающую к тому самому правосудию.

Франция предпочла остаться в стороне. Возможно, она не выступила против, но, безусловно, не проявила приверженности. А на языке международной политики воздержание – это осознанный способ сказать «нет», не замарав при этом руки.

Похоже, именно в этом заключается противоречие, лежащее в основе африканского турне Макрона. Человек, который публично говорит о справедливости, но в частном порядке лишает её других. Правительство, которое демонстрирует солидарность на континенте, но при этом год за годом поддерживает одну из самых эксплуататорских экономических моделей в современном мире.

Революционер из Буркина-Фасо Тома Санкара, убитый в 1987 году, однажды сказал слова, которые остаются актуальными и сегодня: «Тот, кто кормит тебя, контролирует тебя». Он понимал, что политическая независимость без экономической – это лишь реквизит.

Со стороны это выглядит как свобода, но на самом деле не имеет никакого веса. Франк КФА – валютная система, созданная Францией для бывших африканских колоний и действующая по сей день, – и есть тот самый механизм, о котором предупреждал Санкара.

Четырнадцать африканских стран – от Сенегала до Кот-д’Ивуара, от Камеруна до Габона – по-прежнему привязаны к этой системе. Их центральные банки хранят значительную часть своих валютных резервов в казначействе Франции. Их денежно-кредитная политика определяется соглашением, которое родилось не из партнёрства, а из логики колониального наследия.

Франция извлекает выгоду из этой схемы. Африка же находится в зависимости от неё. А Макрон, который мог бы использовать свои полномочия, чтобы ликвидировать эту систему, вместо этого предпочёл летать по Африке и произносить речи о солидарности, панафриканизме и, возможно, – совсем скоро в Аккре (Гана) – о репаративном правосудии.

Это не совпадение, а стратегия.

Франция не покинула Сахель по собственному желанию. Её вытеснили. Мали, Буркина-Фасо и Нигер сказали ей уйти. Чад – некогда надёжный оплот французского военного присутствия в регионе – отвернулся от Франции. Париж лишился доступа к урану, золоту, хлопку и стратегически важному региону, который десятилетиями считал своим.

Франция лишилась военных баз, разведывательных сетей, политических связей, построенных на взаимозависимости и взаимной выгоде для элит обеих сторон. Её потери в Сахеле были значительными, и тот, кто считает, что внезапный энтузиазм Макрона в отношении африканского правосудия не имеет никакого отношения к этим потерям, неверно оценивает ситуацию.

Возможный визит в Гану является частью более широкой кампании по возвращению Франции в африканские пространства, из которых она была изгнана. Кения, где Макрон столкнулся с неприятием со стороны активистов на саммите Africa Forward, стала ещё одним этапом этой кампании. Активисты в Найроби поняли то, что некоторые представители дипломатических и политических кругов Ганы, возможно, ещё пытаются осознать. Они поняли, что приветствовать Макрона на форуме по репаративному правосудию, не требуя от него ответственности, – это не дипломатия, а соучастие.

Репаративное правосудие – это не мероприятие для налаживания контактов, а процесс, основанный на признании конкретного ущерба. Он связан с похищением африканской рабочей силы посредством работорговли и колониализма, с добычей африканских ресурсов на основании соглашений, заключенных под принуждением, а также с разрушением африканских систем управления и навязыванием институтов и экономических механизмов, которые служили европейским интересам.

Когда президент страны, которая не признала свои колониальные преступления в юридически обязывающей форме, не вернула награбленные артефакты, за исключением случаев, когда на неё оказывалось постоянное международное давление, и не освободила африканские страны от валютной системы, призванной сохранить экономическое превосходство Франции, –появляется на конференции по вопросам репаративного правосудия, уместной реакцией будут не аплодисменты, а вопросы.

Гайанский историк Уолтер Родни писал, что институты и механизмы, оставленные колониальными державами, были созданы не для содействия развитию Африки, а для продолжения выкачивания африканских богатств. Франк КФА – один из его аргументов, который по-прежнему актуален.

Прогрессивные силы Африки, её активисты, интеллектуалы и движения несут ответственность. Она заключается в том, чтобы не допустить превращения процесса репаративного правосудия в инструмент восстановления имиджа Франции. Они должны следовать примеру кенийских активистов, которые не скрывали правду ради того, чтобы не нарушить комфорт гостя, не заслужившего места за столом переговоров.

Дискуссия о репарациях слишком важна, чтобы её загрязняло присутствие тех, кто не продемонстрировал доброй воли. Для неё нужны участники, которые чем-то пожертвовали, на что-то пошли, что-то признали в терминах, имеющих юридический и моральный вес.

Африке не нужна благосклонность Эммануэля Макрона. Ей нужно, чтобы Франция ответила на вопрос, поставленный в резолюции ООН, на который правительство в марте 2026 года тихо отказалось отвечать.

Попытка Макрона присутствовать на мероприятии – доказательство того, что Европа боится ответственности за репарации, в то время как африканские страны побеждают. Африка должна двигаться вперёд и говорить об этом громко, чётко и без извинений», – говорится в статье.

Перевод: Фарах Мамедли