Армения на развилке истории Быть мостом или форпостом?

Премьер-министр Армении Никол Пашинян во время встречи с представителями правящей партии «Гражданский договор» и жителей Капана сделал ряд громких заявлений, которые попали в фокус внимания прессы и вызвали граничащую с истерикой реакцию армянской оппозиции.

Армянский лидер подчеркнул, что в основе государственной идеологии должны лежать интересы самой Армении, а не зарубежных «спонсоров», и отметил, что прежняя модель существования страны – фактически вассального государства – не могла считаться достойной. Далее он заявил, что нынешняя Декларация независимости по своей сути превратилась в «декларацию конфликта», поскольку претензии к соседним государствам не могут быть основой подлинной независимости.

В свою очередь, высказывание Пашиняна о том, что консолидирующаяся армянская оппозиция фактически состоит из «иностранных эмиссаров», вызвало волну критики со стороны его политических оппонентов, хотя если внимательно рассмотреть политический ландшафт соседней страны, то становится очевидно следующее: в словах главы армянского правительства есть значительная доля правды.

Подтверждением этому является и тот факт, что Роберт Кочарян выдвинут кандидатом в премьер-министры от блока «Армения», и это решение явилось символическим завершением комедийного политического шоу. Так, на протяжении определенного периода и сам Кочарян, и его окружение пытались создать интригу вокруг вопроса о том, кто именно станет кандидатом от блока. В армянском политическом пространстве активно обсуждались различные сценарии, озвучивались разные фамилии, создавалось впечатление будто в оппозиции идет реальная борьба идей и стратегий.

Однако в итоге все закончилось банально: кандидатом стал Кочарян. Все эти оппозиционные телодвижения были призваны лишь сформировать иллюзию обновления, что придает аргументам Пашиняна еще больше обоснованности, в том числе и потому, что давняя связь Кочаряна с Россией прекрасно всем известна. В частности, после того как покинул пост президента Армении, он долгое время входил в Совет директоров российской финансово-промышленной структуры АФК «Система». Эта корпорация, основателем которой является бизнесмен Владимир Евтушенков, традиционно считается одной из крупнейших бизнес-групп России.
 
Однако куда более важны не постпрезидентские должности Кочаряна, а политика, которую он проводил во время своего пребывания у власти. Именно в годы его президентства произошла передача РФ целого ряда стратегических активов армянской экономики. Этот процесс известен как схема «долги в обмен на активы», в рамках которой Москва получила контроль над ключевыми элементами энергетической и промышленной инфраструктуры Армении. То есть, фактически значительная части базовых экономических рычагов государства была передана внешнему игроку, что и породило ту зависимость, которую сегодня Пашинян называет вассальной.

Не менее красноречива и политическая риторика Кочаряна. Экс-президент неоднократно выступал с реваншистскими заявлениями, за которыми скрываются вполне конкретные планы: пересмотр итогов Второй Карабахской войны и отказ от нынешнего курса на мир. Иначе говоря, речь идет о политике, ведущей к срыву мирного процесса и в перспективе к втягиванию Армении в новый военный конфликт. Это особенно парадоксально на фоне того, что именно армянское общество в последние годы столкнулось с последствиями прежней политики конфронтации.

Между тем Кочарян – далеко не единственный подобный пример в армянской оппозиции, на мрачном небосклоне которой появляются новые проекты, воспроизводящие модель внешней зависимости. Одним из них стала созданная российским бизнесменом армянского происхождения, владельцем Группы компаний «Ташир», гражданином РФ Самвелом Карапетяном партия «Сильная Армения». Ввиду того, что ее «отец-основатель» тесно связан с российским бизнес-пространством, представители этой политструктуры не могут отрицать двух очевидных обстоятельств: своих близких контактов с российскими политическими и экономическими структурами и своего крайне критичного, если не сказать враждебного, отношения к мирному процессу между Баку и Ереваном. То есть, и здесь речь идет о попытке вернуть Армению к старой модели существования – перманентной конфронтации и внешней зависимости.

Так что, армянская оппозиция, какими бы красивыми словами она ни прикрывалась, пытается повернуть страну вспять, в те времена, когда основанная на идеи форпоста, мифах о «великой миссии» и территориальных претензиях политика превратила эту республику в геополитический тупик: экономика пребывала в упадке, транспортные пути были практически закрыты, армянский народ стал заложником призрачных целей.

Сегодня благодаря мирной повестке Баку в регионе складывается иная геополитическая конфигурация: появилась перспектива открытия новых транспортных маршрутов, реализации крупных региональных инфраструктурных проектов и интеграции Южного Кавказа в более широкий геоэкономический ареал. Для Армении это шанс выйти из многолетней самоизоляции и стать частью новой архитектуры сотрудничества. 

Однако все будет зависеть от того, что выберут граждане этой страны: возвращение к до боли знакомой политике реванша, внешней зависимости и постоянной конфронтации с соседями или строительство самодостаточного государства, опирающегося на национальные интересы, без роли форпоста и геополитических иллюзий, о чем и говорил премьер Пашинян.

Что касается Азербайджана, то его позиция остается неизменной: Баку готов к любому развитию событий – как к продолжению мирного процесса, так и к иным сценариям, если в Ереване решат вновь ввергнуть регион в пучину противостояния и конфронтации.