«Длинные руки» Польши и оборона Беларуси Аналитика Лиманского

В Варшаве пересматривают военную концепцию, делая ставку на дистанционное ведение войны. Какие последствия это может иметь для Беларуси и какие ответные меры способна вызвать такая трансформация польской стратегии у соседей?

Тактика «длинных мечей»

29 января в Рамштайне состоялся очередной саммит НАТО, на котором вице-премьер — министр национальной обороны Польши Владислав Косиняк-Камыш встретился с генеральным секретарем НАТО Марком Рютте. Среди обсуждавшихся вопросов — увеличение военных расходов европейских стран альянса до уровня, сопоставимого с США, а также выделение Польше кредита в размере 44 миллиардов евро от ЕС на закупку вооружений по программе SAFE.

На этом фоне в начале февраля Генеральный штаб Польши представил новую военную доктрину. Её ключевым новшеством объявлены удары «с большого расстояния с такой точностью и силой, которой она ранее не обладала».

Основным предполагаемым объектом поражения называется Россия. Однако с учётом откровенно враждебной риторики Варшавы в адрес Минска в последние годы подобные приготовления неизбежно воспринимаются как угроза и для Беларуси. Страна вновь оказывается на геополитическом разломе между Западом и Востоком.

Ещё в мае 2025 года начальник Генерального штаба Войска Польского генерал Веслав Кукула заявил: «Очень важным элементом программы развития вооружённых сил на 2025–2039 годы является так называемый «глубокий высокоточный удар», то есть развитие возможностей наземных платформ баллистических, баллистически-крылатых и крылатых ракет по поражению целей на дальности до 2000 или даже 3000 километров. Это один из наших приоритетов — возможности, которыми мы пока не обладаем, но к 2035 году будем стремиться их приобрести».

Как сообщает «Polytika», главным элементом новой концепции становятся так называемые «длинные мечи» — дальнобойные ракеты. Программа перевооружения польской армии рассчитана на 15 лет.

Однако Кукула подчеркнул, что ключевые направления должны быть реализованы уже к 2029 году — именно к этому сроку в Варшаве допускают возможность серьёзной военной эскалации. В настоящее время Генеральный штаб Польши моделирует масштабный вооружённый конфликт, ориентируясь на американскую концепцию «дистанционной войны». В качестве примера приводится недавнее обострение между Израилем, США и Ираном.

При этом у ускоренной милитаризации есть и теневая сторона. В марте прошлого года нынешний глава польского Генштаба оказался в центре коррупционного скандала, расследуемого прокуратурой. Речь шла о приобретении в 2019 году земельного участка в Новом Сонче под штаб местных Сил территориальной обороны (СТО), который был куплен по цене, втрое превышающей рыночную. При этом сам штаб СТО так и не был построен.

На тот момент Веслав Кукула возглавлял Силы территориальной обороны, однако документов по данной сделке лично не подписывал.

Вооружение до зубов

Войско Польское времён ПНР не ориентировалось на применение дальнобойного вооружения, поскольку находилось под «ракетным зонтиком» СССР. Долгое время аналогичный подход сохранялся и в современной Речи Посполитой, уже находящейся под «ядерной крышей» США и НАТО. Однако в последние годы концепция изменилась. Вероятно, это связано с той ролью, которая сегодня отводится польским вооружённым силам на европейском театре военных действий.

Каким дистанционным вооружением располагает или будет располагать Польша в ближайшее время?

В настоящее время польская армия перевооружается беспрецедентными темпами, став лидером в Европе по скорости модернизации. Агентство вооружений было реорганизовано с целью максимально сократить процедуры принятия решений и закупок. В производстве находится около 500 контрактов общей стоимостью порядка 600 миллиардов злотых; только в 2025 году было подписано около 100 новых соглашений.

Польша уже располагает системами, способными поражать цели на оперативной глубине. Прежде всего, это РСЗО M142 HIMARS в «американском варианте». При использовании ракет MGM-140 ATACMS дальность поражения достигает до 300 км. В перспективе при применении боеприпасов PrSM радиус действия может быть увеличен до 500 км.

Согласно подписанным контрактам, Польша получит в общей сложности 486 РСЗО HIMARS, на базе которых будет сформировано 27 подразделений реактивной артиллерии.

Для глубокой огневой поддержки также предназначены южнокорейские РСЗО HOMAR-K (K239 Chunmoo), рассчитанные на применение двух типов управляемых и неуправляемых боеприпасов. Дальность пуска 607-мм тактической баллистической ракеты составляет до 290 км. Планируется закупка 218 таких модулей, причём в дальнейшем их производство будет локализовано в Польше. Общая сумма сделки оценивается в 3,5 миллиарда долларов США.

Невидимые «гусары»

Наиболее дальнобойными средствами высокоточного поражения располагают Военно-воздушные силы Польши.

Польская боевая авиация уже имеет 48 многофункциональных истребителей четвёртого поколения F-16C/D Block 52+. С августа 2025 года они проходят модернизацию до стандарта F-16V Block 72. Стоимость соответствующего контракта составляет 3 миллиарда долларов. Работы ведутся на авиационном заводе № 2 в Быдгоще. Две эскадрильи F-16 базируются в Познани-Кшесинах, одна — в Ласке.

В ближайшие годы Польша должна получить и наиболее современное авиационное вооружение — многоцелевые истребители пятого поколения F-35A Husarz, оснащённые системой малозаметности.

Название «Husarz» было выбрано по итогам конкурса — в честь польской кавалерии XVII века, так называемых «крылатых гусар». Первоначально поставки ожидались ещё в 2024 году, однако из-за технических и организационных сложностей сроки были скорректированы. Предполагается, что первая эскадрилья F-35A приступит к боевому дежурству на 32-й тактической авиабазе в Ласке в 2026–2028 годах. Вторая эскадрилья будет развернута в Свидвине к 2030 году.

Всего у компании Lockheed Martin планируется приобрести 32 самолёта на сумму 4,6 миллиарда долларов.

Воздушные «гусары» обладают серьёзным ударным потенциалом. Польские F-35A и F-16V оснащаются высокоточной крылатой ракетой класса «воздух–поверхность» AGM-158 JASSM с боевой частью массой до 450 кг. Модификация AGM-158B JASSM-ER позволяет поражать цели на расстоянии до 1000 км.

Рассматриваются и варианты управляемых авиационных боеприпасов. По имеющимся данным, в Польшу уже поставлены корректируемые авиабомбы GBU-39, обеспечивающие поражение целей на дальности до 110 км. Авиационный боеприпас AGM-154 (JSOW) в планирующем варианте имеет дальность порядка десятков километров, а в перспективных модификациях с двигательной установкой — значительно большую.

F-35A в рамках программы ядерного обмена НАТО теоретически могут быть адаптированы для применения управляемой ядерной бомбы B61-12.

На вооружении польской армии находятся и ударные беспилотные системы, способные действовать на значительном удалении. В частности, поисково-ударная система GLADIUS, а также тяжёлый БПЛА Bayraktar TB2, радиус действия которого достигает порядка 150 км.

Предполагается, что строящиеся для ВМС Польши подводные лодки типа «Orka» будут оснащены противокорабельными ракетами JSM с дальностью полёта до 550 км. Кроме того, Польша участвует в общеевропейской программе создания ракеты дальностью до 2000 км. Сообщается, что недавно состоялись испытания европейского гиперзвукового проекта.

В польских СМИ данные виды вооружения уже называют «длинными руками», способными наносить удары на значительном удалении.

Расстояние от польской границы до Минска по прямой составляет около 250–270 км, а протяжённость территории Беларуси с запада на восток — около 650 км. Таким образом, уже имеющиеся у Польши средства поражения позволяют теоретически охватывать значительную часть белорусской территории.

Подобная динамика военного наращивания неизбежно усиливает напряжённость и побуждает белорусскую сторону рассматривать возможные ответные меры.

Происходящая милитаризация разворачивается на фоне постоянного нагнетания напряжённости и обвинительной риторики в адрес Беларуси со стороны западных стран. После того как была активно использована «мигрантская тема», в польских СМИ в последнее время появились обвинения в адрес Минска в якобы запуске воздушных шаров на территорию Польши.

Известно, что ранее через границу с Литвой подобным способом литовские контрабандисты переправляли сигареты. Однако в Варшаве и Вильнюсе подобные инциденты нередко квалифицируются как проявление «гибридной войны». В этих условиях Беларусь заявляет о необходимости быть готовой к любому развитию событий. Об этом свидетельствует и проводимая проверка боеготовности Вооружённых Сил — одна из крупнейших за период независимости страны.

10 февраля президент Беларуси Александр Лукашенко на специальном совещании по вопросам выпуска артиллерийских боеприпасов заявил: «Наращивание военной компоненты у наших границ, особенно со стороны Польши, нас не просто настораживает. Мы понимаем, что это просто так не делается. Люди деньги просто так на танки и боеприпасы не тратят».

Глава государства поставил задачу в сжатые сроки перейти к производству собственных артиллерийских боеприпасов, обеспечив полную самодостаточность и независимость в этой сфере.

Сегодня на вооружении белорусской армии находятся РСЗО «Полонез-М» с дальностью стрельбы до 300 км и ракетами, движущимися по усложнённой квазибаллистической траектории, оперативно-тактические ракетные комплексы «Искандер-М» (с возможностью применения различных типов боевых частей), фронтовые истребители МиГ-29 и штурмовики Су-25.

Недавно поступила очередная партия многоцелевых истребителей поколения 4++ Су-30СМ2. Они способны применять управляемые ракеты С-25Л, Х-59МЭ (до 200 км), а также Х-31А/П (до 250 км).

В открытых источниках также указывается на возможность применения тяжёлых авиационных ракет большой дальности.

На территории Беларуси размещены современные ракетные системы, включая гиперзвуковые комплексы «Орешник», о которых официально сообщалось как о средствах стратегического сдерживания.

При этом белорусская сторона подчёркивает, что не стремится к конфронтации и исходит из того, что существующие противоречия могут быть урегулированы дипломатическим путём.