«Красные линии» и холодный расчет США и Китай готовятся к трудному диалогу

Отношения между двумя сверхдержавами – КНР и США – никогда не были ровными, их скорее можно охарактеризовать как взаимодействие, сочетающее в себе элементы жесткой борьбы за технологическое и военное превосходство с вынужденной экономической взаимозависимостью.

Однако сейчас градус давней напряженности в американо-китайских отношениях может несколько снизиться. Во всяком случае, определенный оптимизм на это внушают недавние заявления президента США. Так, по сообщению пресс-службы китайского МИД, в ходе телефонного разговора с председателем КНР глава Белого дома назвал отношения Соединенных Штатов и Китая «важнейшими двусторонними отношениями в мире», отметил, что у него прекрасные отношения с Си Цзиньпином, и заявил, что под его руководством и под руководством китайского руководителя две страны смогли наладить взаимодействие в торговле и экономике.

Затем в интервью телеканалу NBC News Трамп сообщил о запланированных встречах с китайским лидером в текущем году: «Я буду там [в Китае] в апреле, и затем он [Си Цзиньпин] к концу года прибудет в Белый дом».

Итак, прежде чем анализировать предстоящие американо-китайские переговоры на высшем уровне, рассмотрим ключевые аспекты внешнеполитической повестки двух государств, и для начала отметим, что они конкурируют между собой за формирование мирового порядка, в связи с чем их отношения носят характер традиционного стратегического соперничества. И здесь не последнюю роль играют серьезные политические разногласия между ними в вопросах Тайваня, Южно-Китайского моря и по многим иным аспектам системы международных координат.

Если говорить откровенно, то Тайвань – это та самая точка конфронтации, которая определяет предел допустимого в противостоянии Китая и США, в силу чего вполне логично допустить, что любой серьезный кризис в Тайваньском проливе способен перерасти в системную эскалацию. В данной связи отнюдь не удивительно, что Соединенные Штаты рассматривают Тайвань как стратегический плацдарм в Индо-Тихоокеанском регионе и инструмент сдерживания Поднебесной, предоставляя дипломатическую поддержку и оказывая военную помощь острову, и это, естественно, вносит элемент конфронтации в американо-китайские отношения.
 
По оценкам МИД КНР, общая стоимость американских военных поставок Тайваню за последние несколько лет превысила $70 млрд, и, похоже, это отнюдь не предел. В апреле минувшего года выдвинутый Дональдом Трампом на пост председателя Комитета начальников штабов Вооруженных сил Дэн Кейн заверил общественность в том, что Соединенные Штаты и впредь продолжат оказывать помощь острову в поддержании его оборонительных возможностей. В продолжение темы в ноябре 2025-го Госдепартамент одобрил возможную продажу Тайваню запчастей для американских истребителей F-16, а также военно-транспортных самолетов C-130 на общую сумму $330 млн. Об этом сообщило Агентство по сотрудничеству в области безопасности Пентагона, отвечающее за поставки военной техники и оружия за рубеж по межправительственным контрактам.

Подобное, разумеется, не осталось вне внимания Пекина, который в резкой форме осудил первую военную сделку с островом, одобренную во время второго срока Трампа. В частности, спикер китайского внешнеполитического ведомства Линь Цзянь заявил, что «продажа оружия США китайскому региону Тайвань серьезно нарушает принцип одного Китая и положения трех совместных китайско-американских коммюнике, особенно коммюнике от 17 августа 1982 года, подрывает суверенитет и интересы безопасности Китая, нарушает международное право и посылает серьезно ошибочный сигнал сепаратистским силам, выступающим за «независимость Тайваня». Официальный Пекин также предупредил Вашингтон, что сделает все необходимое для защиты своего суверенитета, безопасности и территориальной целостности.
 
Таким образом, заявления официальных лиц Поднебесной подтверждают сказанное нами выше: любые шаги в сторону признания независимости острова расцениваются КНР как пересечение «красной линии», что допускает различное развитие событий.

Исходя из вышеизложенного, с высокой долей вероятности можно утверждать, что тайваньская проблема на предстоящих переговорах лидеров США и Китая будет обсуждаться в развернутом формате. Придут ли стороны к компромиссу по данному вопросу по итогам встреч в Пекине и Вашингтоне? Полагаем, это маловероятно, даже притом, что ни Соединенные Штаты, ни Китай не заинтересованы в прямом военном противостоянии. Не исключено, что в китайско-американской повестке этот спорный вопрос останется в рамках управляемой конфронтации, но принципиальное соперничество между странами вокруг острова продолжится. Это – первый момент.

Во-вторых, на переговорах Дональда Трампа и Си Цзиньпина не обойдется и без обсуждения российско-китайского вектора отношений сквозь призму российско-украинской войны. Здесь уместно напомнить, что еще в июле 2022 года тогдашний американский госсекретарь Блинкен поставил под сомнение нейтралитет КНР, обвинив китайскую сторону в поддержке РФ, а в апреле 2024-го Вашингтон обвинил Пекин в передаче Москве геопространственной разведывательной информации.
 
Помимо этого, немаловажное значение имеет и то, что укрепление отношений между Россией и Китаем в Вашингтоне воспринимают как некую угрозу американским интересам в сфере торговли и экономики. В США прекрасно понимают, что сближение с Москвой предоставляет Поднебесной ряд экономических преимуществ, таких как дешевые природные ресурсы, передовые военные технологии и поддержка в Совете Безопасности ООН.

Вместе с тем, что тоже следует отметить, конкуренция между Китаем и США в торго-экономической сфере усиливается на фоне торговых ограничений, санкций и борьбы за лидерство в сфере высоких технологий. Полагаем, что с учетом доктрины Дональда Трампа, основанной на лозунге «Америка прежде всего», эта тенденция будет только расти, и не исключено, что Соединенные Штаты уже в ближайшее время могут ввести новые тарифы и усилить ограничения против китайских компаний и поставок.
 
Третий аспект вокруг планируемых китайско-американских переговоров можно рассматривать в чисто гипотетическом ключе. Если до апреля текущего года США и Иран не вступят в жесткое военное противостояние, вероятность чего не исключается, то предметом переговоров может стать и вопрос поддержки Китаем Исламской Республики, которую Пекин оказывает с целью противостоять американскому влиянию на Ближнем Востоке. И это – очевидный факт, тесно связанный не столько с геополитикой, сколько с экономикой и энергетикой.

Как известно, Иран – важный поставщик нефти и газа и сильный игрок в этом сегменте мирового рынка. Китайская поддержка помогает ИРИ сохранять стабильные экономические связи и доступ к рынкам в обход американских санкций – через банки, технологии и инфраструктурные проекты. В итоге, поддерживая Иран, Китай не только снижает риск полного господства американского влияния на Ближнем Востоке, но и укрепляет собственное позиции в регионе, то есть, преследует собственные геополитические и геоэкономические, в частности, энергетические, интересы.

Таким образом, можно предположить, что предстоящие переговоры США – КНР будут достаточно напряженными, но, возможно, благодаря позитивному настрою главы Белого дома стороны смогут прийти к общему знаменателю по ряду экономических вопросов американо-китайской повестки.