Мир с азербайджанским почерком От исторического саммита к топливу и транзитным грузам

Ровно год назад, 8 августа 2025-го, в Вашингтоне состоялся саммит, итогом которого стал установившийся де-факто в регионе Южного Кавказа мир. И в первую годовщину этого события премьер-министр Никол Пашинян позвонил Президенту Ильхаму Алиеву.

В ходе беседы лидеры Азербайджана и Армении обменялись мнениями о пройденном за год пути, отметили важную роль президента Дональда Трампа и правительства США в продвижении мирного процесса и подчеркнули достигнутый прогресс в нормализации отношений. Но самое показательное в этом телефонном разговоре — то, чем именно стороны измеряли достигнутое. Речь шла не об абстрактных формулах, а о вполне конкретных вещах: экспорте азербайджанских нефтепродуктов в Армению и транзитных грузах, идущих через азербайджанскую территорию.

Как видим, год спустя мир на Южном Кавказе измеряется не декларациями, а тоннами дизельного топлива и вагонами зерна, и именно это есть главное доказательство того, что он состоялся фактически. Ведь известно, что политические соглашения подписывают, чтобы обозначить намерение; торговые потоки возникают тогда, когда намерение стало взаимной выгодой.

За минувший год между Азербайджаном и Арменией сложилась работающая экономическая связь, и цифры говорят сами за себя: за первые четыре месяца 2026 года азербайджанский экспорт в Армению превысил девять с половиной миллионов долларов. Баку поставляет в соседнюю страну дизельное топливо и бензин марок АИ-92 и АИ-95 — к лету счет пошел на десятки тысяч тонн горючего, отправленного по железной дороге со станции Баладжары. Еще несколько лет назад сама мысль о том, что Азербайджан будет заправлять армянскую экономику своим топливом, показалась бы фантастической. Сегодня — это уже обыденность, фиксируемая в таможенных сводках.

Не менее красноречив транзитный сюжет, потому что он вскрывает подлинный масштаб перемен. Десятилетиями Армения находилась в транспортной блокаде, отрезанная от многих маршрутов и вынужденная ввозить грузы кружными дорогими и капризными путями. Вашингтон-2025 изменил эту географию в одночасье.

Через территорию Азербайджана пошли грузы в Армению из третьих стран: по азербайджанским железным дорогам в армянском направлении проследовали свыше 32-х тысяч тонн зерна, более семи тысяч тонн удобрений, партии другой продукции. Впервые с начала 90-х годов прямое железнодорожное сообщение доставило грузы в Армению — и сделала это возможным именно та страна, которую в Ереване десятилетиями представляли источником всех бед. Блокада, о которой в Армении столько говорили, снята не уступками Баку, а миром, условия которого сформулировал Азербайджан.

Особого внимания заслуживает то, как эти договоренности достигаются. Соглашение о поставках нефтепродуктов было выработано в прямом диалоге между Баку и Ереваном, без внешних посредников, и эта прямота придает ему особый вес. Экономический контакт, установленный двумя сторонами напрямую, укрепляет доверие надежнее любых гарантий третьих государств, потому что за ним — воля каждой из сторон. Когда сосед покупает у соседа топливо или пропускает через свою территорию его грузы, между ними возникает та ткань повседневной взаимозависимости, разорвать которую куда сложнее, чем расторгнуть подписанный на камеру документ.

Чтобы верно оценить происходящее, необходимо помнить, кто был инициатором этого процесса. Нынешнее экономическое сближение — прямое продолжение той линии, которую Президент Ильхам Алиев начал после Победы в Отечественной войне осени 2020 года. Именно азербайджанский лидер выступил инициатором мира и нормализации отношений с Арменией, и это принципиально важный момент: мир предложил победитель, увидевший в примирении и открытии коммуникаций стратегическую выгоду для всего региона. Пять принципов, легших в основу мирного процесса, были сформулированы Азербайджаном; инициатива открытия транспортных связей исходила от Азербайджана; экономическое наполнение мира, которое сегодня измеряется в тоннах и вагонах, стало возможным благодаря целенаправленной политике Азербайджанского государства.

В этой последовательности прочитывается стратегический замысел: победа на поле боя решала вопрос территориальной целостности, но будущее в полной мере регион мог обрести только через примирение и экономическое переплетение тех, кто ранее находился в состоянии конфронтации. Азербайджанский лидер увидел это раньше и яснее других, и потому мир на Южном Кавказе носит отчетливо азербайджанский почерк и в военной, и в созидательной своей части.

Азербайджан — победитель и автор мира — теперь выступает и его главным экономическим локомотивом, а телефонный разговор двух лидеров в первую годовщину Вашингтонского саммита зафиксировал простую, но важную истину: мир, обеспеченный и подписями, и товарными потоками, является самым надежным.