Одиссея для эпохи войн: что Нолан хотел сказать современному миру Аналитика Лиманского

В июле на экраны вышла новая американо-британская версия древнегреческого эпоса, своей неоднозначной трактовкой уже вызвавшая бурные дискуссии. Так что же хотели донести его создатели до зрителя в нашу столь бурную эпоху?

Предчувствие Троянской войны

Безусловно, «Илиада» и «Одиссея» являются одними из центральных мифов европейской цивилизации. В драматическом повествовании о событиях Троянской войны отразились не только особенности той эпохи, но и выкристаллизовался код будущего западного мира. В развитии Европы не последнюю роль сыграли и культ героев, и их индивидуальные и непростые отношения с богами, и отчаянные морские походы за горизонт, и изворотливость и целеустремленность их предводителей. Однако Одиссей в этом фильме серьезно отличается от своего привычного классического образа. Здесь он не просто находчивый вождь, но и философ, пытающийся осмыслить мир и место человека в нем. 

Новый фильм Нолана снят не только очень динамично, но и реалистично, в традициях старой школы кинематографа. Съемки велись на широкоформатную пленку, а игра актеров отличается выверенным психологизмом. При этом минимум компьютерных эффектов придает этому фильму-фэнтези чуть ли не «документальную» достоверность. Одновременно глубокие смыслы, заложенные в нем, поданы просто и доходчиво для массового зрителя.

Центральной темой «Одиссеи» является война. Что само по себе не удивительно для эпоса о Троянской войне. Однако создатели фильма отнюдь не героизируют этот конфликт, и акцентируют внимание на всех его ужасах. Троянская война на самом деле была своего рода «мировой» для древних греков, ведь в ней решалась судьба Средиземноморья – основного региона их проживания, тогдашнего мира. Одиссей (Мэтт Деймон) дает Пенелопе (Энн Хэтэуэй), верящей, что все дело в похищенной Елене, свою характеристику Троянской войны. И царь Итаки, словно современный левый интеллектуал, называет истинной целью этой войны контроль над важными торговыми путями.

Фильм начинается с захвата троянцами деревянной конной статуи, ставшей для них роковой. При этом погибает солдат Синон (Эллиот Пейдж), оставленный Одиссеем на верную погибель для того, чтобы троянцы поверили в легенду про брошенную деревянную лошадь – дар богине Афине. При этом Синон пошел на войну добровольно, за обещание вознаграждения для его бедной семьи, тайно подменив аристократа Антиноя (Роберт Паттинсон), которому плыть под Трою выпало по жребию. Но когда ахейцы выбрались из чрева Троянского коня, взяли Трою и устроили в ней дикий погром, у Одиссея из фильма происходит моральное потрясение. Особенно после того, как греческие воины, ожесточившиеся до предела в ходе долгой осады, обезглавливают саму Афину в поверженной Трое. Все это, по мнению царя Итаки, является вопиющим нарушением божественных законов и человеческих правил и может стать предвестником конца цивилизации.

Еще более антивоенной сценой выглядит встреча Одиссея и его команды с мертвыми воинами, павшими под Троей. Среди них и Синон, который горько упрекает Одиссея за обман. Ведь царь Итаки, оставив его с конем-ловушкой для троянцев, использовал преданного солдата вслепую. В ответ Одиссей пытается оправдаться, что говорить правду Синону было нельзя, иначе из хитроумного плана ничего бы не вышло. В числе мертвецов неожиданно оказался и грозный предводитель всего греческого войска Агамемнон (Бенни Сафди) – даже ему победа в Троянской войне не принесла ничего хорошего, и он был зарезан собственной женой по возвращении домой. В конечном итоге непогребенные воины устраивают «бунт мертвецов» – и Одиссей, и его спутники еле спасаются от них бегством. Война не принесла счастья никому, даже победителям.

По одной из версий историков, Троянская война привела не только к уничтожению Илиона, но и значительно ослабила силы выигравших ее ахейских государств, что впоследствии сделало их самих жертвами «народов моря» и дорийского завоевания, и развитую микенскую цивилизацию сменили «темные века».
 
Хитрость или мудрость?

Еще одна тема, красной нитью проходящая в фильме Нолана – это роль мудрого правителя и его ответственность перед своим народом. Царь Итаки считает своим долгом сделать все, чтобы спасти своих людей и вернуть их на родину. Для этого «хитромудрый» Одиссей вновь идет на обман – во спасение. Получив пророчество слепого Тересия о том, что в водовороте Харибды погибнут все, а чудовище Сцилла сожрет лишь шестерых, Одиссей не сообщает об этом своей команде, опасаясь ее несогласия на единственно верное решение. И идет на хитрость, чтобы экипаж судна «сам» выбрал меньшее зло – Сциллу. Одновременно Одиссей-лидер предан своим соплеменникам и остается с ними до конца.

Но похоже, что режиссер не очень верит в разум людей и способность их сознательно управлять собой и считает их слепыми заложниками своих страстей. В этом контексте показаны и истинные причины войн и несчастий, обрушившихся на Одиссея и его спутников – это человеческая алчность, гордыня и готовность пренебречь ради них существующими правилами. И греческие боги сурово за это карают. В конечном итоге, не послушав Одиссея в очередной раз и покусившись от голода на стадо Гелиоса, все его спутники были наказаны богами и погибли в страшной морской буре. Одиссей сожалеет, что проявил мягкость и разрешил измученной команде пристать на злополучный остров со стадом Гелиоса.

Но еще мудрость Одиссея как правителя заключается в том, что он способен на вынужденные компромиссы и маневрирование. Он не идет против воли могущественного царя Микен Агамемнона и выступает вместе с ним на войну. Но и всеобщей мобилизации на Итаке не проводит, ограничиваясь жеребьевкой и забирая под Трою только часть молодых людей. При этом спасенный в результате подмены жребия Антиной платит царю Итаки черной неблагодарностью, во главе прочих женихов он фактически оккупировал его дворец и претендует на руку Пенелопы и трон Одиссея. Надменный аристократ Антиной олицетворяет отступника и нарушителя законов Зевса, способного на любую подлость ради собственных страстей и амбиций, безжалостного к слабым и бедным. Он отказывается даже вспомнить Синона, принявшего за него смерть. Но Антиной далеко не герой именно потому, что он абсолютно аморален, и, несмотря на все свое коварство и ухищрения, терпит поражение.
    
Люди и чудовища

В ходе жестокой схватки Одиссей хоть и получает тяжелые ранения, но убивает Антиноя и женихов. Законный царь Итаки возвращает себе право на власть, однако отказывается быть царем и уступает трон своему сыну Телемаху (Том Холланд). Ведь, собственно, теперь и сам Одиссей, придумавший этот кощунственный ход с конем-ловушкой под видом дара богине Афине, тоже нарушитель законов Зевса. И Одиссей с Пенелопой отплывает на Запад – вознести положенные почести своим павшим воинам. Уходят в иной мир, на закат? Или открывают там Америку?

Но видимо, для царя Итаки строгое соблюдение традиций уже важнее земной власти. И Одиссей верит в то, что именно следование им может вернуть в этот мир равновесие и сохранить цивилизацию. Можно ли сказать тогда, что новый фильм Кристофера Нолана – это манифест партии консервативного традиционализма? Вряд ли. Режиссер всегда избегал прямой идентификации с любой политической доктриной. А если идти путем подбора идеологии, то с таким же успехом создателей фильма можно записать и в антикапиталистов, и в противников общества потребления. Ведь ненасытная алчность в «Одиссее» показана как один из самых губительных человеческих пороков и источник всех бед.

При этом Гомер у Нолана изрядно осовременен, и это уже вызвало острые споры. Так, в духе времени создатели фильма вкладывают в уста колдуньи Цирцеи, превратившей солдат Одиссея в свиней, едва ли не феминистские нарративы. Равным образом и Пенелопа возмущена тем, что, несмотря на ее многолетний опыт управления государством, после отъезда Одиссея царский трон все равно должен достаться носителю мужских признаков. При этом первую красавицу эллинского мира Елену играет кенийско-мексиканская актриса Лупита Нионго, а греческую богиню Афину – светлокожая афроамериканка Зендея.

Но кажется, что этот фильм модернизируют древний эпос для того, чтобы вернуть современного человека к его первоосновам и показать, что и в жестоком противостоянии с себе подобными, и с беспощадной природной стихией, и с силами нам еще неведомыми («чудовищами» и «колдовством») человек прежде всего должен оставаться человеком. И только избегая соблазнов, лишь отказавшись от безрассудной жадности и амбиций, человечество имеет шанс спастись от очередной мировой войны и экологической катастрофы. Ведь, чтобы не подвергнуться самоуничтожению, люди просто обязаны пройти между Харибдой всепоглощающей бедности и Сциллой бездумного соперничества и ненасытного потребления…