Остров под прицелом. Зачем США нужна Куба? Статья Матанат Насибовой

Несмотря на то, что основное внимание Соединенных Штатов Америки сосредоточено на противостоянии с Ираном, Вашингтон не упускает из поля своего зрения и «кубинский вопрос».

В частности, на днях Белый дом вслед за подписанием Трампом указа о расширении мер против острова предпринял очередной шаг по усилению давления на Гавану, введя санкции против президента Мигеля Диаса-Канеля, его супруги и других ключевых представителей кубинского руководства. Согласно заявлению, подписанному госсекретарем Марко Рубио, те, кто попал под санкции, «руководят режимом или финансируют его, а также его усилия по мобилизации радикальных революционных движений в Соединенных Штатах и по всему миру».

Этот шаг, как и ожидалось, вызвал незамедлительную реакцию властей Кубы: Диас-Канель заявил, что американская «политическая слепота дополняет карательные меры, примененные в последние недели против его страны и призванные навредить кубинскому народу». Он также обвинил Трампа в «новых угрожающих заявлениях в адрес Кубы», отметив, что «эти шаги направлены на ужесточение блокады и эскалацию конфликта между Кубой и Соединенными Штатами».

«Агрессия и извращенная политика правительства США столкнутся с нашей решимостью готовиться к худшим сценариям и сопротивляться имперскому натиску», – написал кубинский президент в соцсети Х.

Итак, для начала отметим, что новые санкции вводятся на фоне угроз президента США Дональда Трампа применить военную силу против Кубы, прозвучавшие после операции американских военных в Венесуэле, в результате которой был свергнут Николас Мадуро, и введения энергетической блокады в отношении острова Свободы, которая привела к отключениям электроэнергии, нехватке продовольствия и экономическому коллапсу.

В целом, Вашингтон аргументировал эти свои действия тем, что кубинское правительство представляет угрозу национальной безопасности США. «Мы не позволим иностранным государствам поддерживать этот режим, предоставляя ему жизненно важные энергоресурсы. Отныне любая страна, поставляющая нефть в Гавану, столкнется с экономическими последствиями в виде тарифов на свои товары при ввозе в США», – заявили в Белом доме.

При этом в четверг, 4 июня, отвечая на вопрос журналистов о том, направлены ли санкции на ускорение краха Кубы, Трамп заявил: «Мы просто хотим, чтобы у них была нормально управляемая страна. Страна голодает, у нее нет энергии, нет нефти, нет денег, у нее ничего нет. Зато у нее замечательная территория. Там могли бы быть прекрасные курорты». Американский президент также отметил, что Куба «уже в каком-то смысле рухнула», и добавил, что «мы займемся этим, как только закончим военную операцию в Иране».

То есть, по сути, глава Белого дома в очередной раз озвучил месседж о том, что его планы относительно Кубы остаются неизменными. В данном контексте стоит напомнить, что в марте 2026 года на фоне масштабного энергетического кризиса на острове Трамп заявил, что для него будет «честью захватить Кубу», а в мае во время выступления во Флориде описал сценарий, при котором американский авианосец Abraham Lincoln просто остановится в 100 ярдах от кубинского берега, после чего местные власти сразу сдадутся.

Сейчас американский президент фактически еще раз публично подтвердил главную цель Вашингтона: добиться смены правящего режима на Кубе и содействовать проведению там демократических реформ. Это намерение американского руководства косвенно подтверждается и информацией Politico о том, что на фоне так называемого Карибского кризиса-2026 американские ведомства приступили к наращиванию военной группировки в регионе.

С учетом всей приведенной риторики можно с уверенностью говорить о том, что Вашингтон целенаправленно движется в направлении демонтажа социалистического строя и смены руководства на Кубе, на данный момент используя в этих целях в качестве инструмента стратегию жесткого экономического и финансового давления, включая санкции против кубинского руководства. И здесь возникает вопрос: «Решатся ли США начать масштабную военную интервенцию против Кубы?»

С теоретической точки зрения, такой вариант исключать нельзя, но в обозримом будущем вероятность такого хода событий крайне низка, поскольку полномасштабная военная кампания – дорогостоящее предприятие, а расходы США на военную операцию против Ирана уже превысили $95,2 млрд. 

При этом общая нагрузка на американскую экономику оценивается еще выше: госдолг США вырос более чем на $400 млрд. Таким образом, экономический фактор играет не в пользу планов Вашингтона по открытию «большого фронта в Карибском бассейне». Однако администрация США может пойти на ограниченные операции, например, на нанесение ударов по кубинским системам ПВО, военным и разведывательным объектам, сценарии чего уже рассматриваются.

В то же время вероятность того, что Соединенные Штаты откажутся от своих «кубинских планов» практически равна нулю в силу ряда факторов. Во-первых, здесь присутствует геополитический интерес, который проявляется в тесном сотрудничестве Кубы с Россией, Китаем и Ираном по многим направлением, в том числе и в политическом векторе, что является для Вашингтона весомым раздражителем, как и коммунистическая идеология острова Свободы, в основе которой лежит адаптация советской социалистической модели к кубинским политическим реалиям.

Второй аспект – это экономические интересы. Как известно, Куба занимает 5-е место в мире по подтвержденным запасам никеля и входит в топ-3 мировых лидеров по запасам кобальта. Именно к этим ресурсам США хотят обеспечить себе доступ, для чего усилили давление на военно-хозяйственный конгломерат Кубы – GAESA, который является столпом экономики страны, введя против него масштабные санкции.

В-третьих, эти действия Вашингтона полностью вписываются в принятую в декабре прошлого года Стратегию национальной безопасности США и доктрину Дональда Трампа America First («Америка прежде всего»), базирующихся на продвижении американских интересов как в регионе, так и во всем мире. Однако насколько Соединенным Штатам удастся реализовать свои амбиции в бассейне Карибского моря – покажет время и оценит история.