Побег по привычной схеме почему генпрокуроры Зеленского всегда оказываются за границей

В Украине продолжают бушевать внутриполитические страсти. Утро понедельника началось с сообщения о том, что генеральный прокурор Руслан Кравченко, подавший в отставку после скандала вокруг дела «Карфаген», объявил о подписании уведомлений о подозрении руководителю НАБУ Семену Кривоносу и человеку из окружения руководителя САП Александра Клименко. В частности, Кривоносу вменялась подделка документов и фиктивное усыновление ребенка, а второе подозрение касалось, по данным СМИ, супруги главы САП. НАБУ и САП назвали это беспрецедентной информационной атакой, а Кривонос заявил, что официального уведомления не получал.

Впрочем, сам Офис генерального прокурора быстро дезавуировал заявления собственного руководителя. В официальном сообщении ведомства было указано, что правоохранители не вручали подозрения главному антикоррупционеру страны, а громкие заявления о них лишены юридического смысла, поскольку процессуальные основания для этого отсутствовали. Более того, сопутствующие записи были попросту удалены из Единого реестра досудебных расследований (ЕРДР). На это уходящий генпрокурор парировал в соцсетях публичным скриншотом с трекингом почтового отправления, подписав его: «Подозрение направляется к получателю».

Со стороны происходящее всё больше напоминает попытку изобразить личную месть: если уходишь сам, то почему бы перед уходом не хлопнуть дверью как можно громче и не попытаться одновременно ударить по тех, кто оказался по другую сторону баррикад? В этой связи уместно напомнить хронологию событий.

Итак, 7 сентября Кравченко заявил об отставке на фоне скандала вокруг спецоперации НАБУ и САП «Карфаген». Антикоррупционные органы разоблачили схему вокруг мошеннических колл-центров, которую, по версии следствия, прикрывали отдельные сотрудники Офиса генпрокурора. Ключевым фигурантом стал руководитель подразделения ОГП Сергей Кропива, взятый под стражу с альтернативой залога в 120 млн гривен.

Кравченко отрицал наличие у себя процессуального статуса по делу, но признавал, что доверял Кропиве и находился с ним в нормальных отношениях. Генеральный прокурор неизбежно отвечает за всю систему, поэтому скандал в его ближайшем окружении превратился в вопрос его собственной ответственности — даже без предъявления прямого подозрения.

А дальше началось самое интересное. Обвинивший руководство НАБУ и САП Кравченко покинул Украину. Находясь за границей, он объяснил отъезд служебной командировкой. По данным источников, он пересек границу ночью на служебном автомобиле. Госпогранслужба официально не стала подтверждать детали выезда, сославшись на законодательные ограничения.

Первоначально ОГП утверждал, что Кравченко отправился во Францию на пять дней для участия в слушаниях Парламентской сети ПАСЕ по украинским детям. Однако вскоре издание LIGA.net со ссылкой на источник в Совете Европы сообщило, что генпрокурора на слушания не приглашали. Его фамилии не оказалось и в опубликованной программе мероприятия на 16 сентября. Более того, журналисты выяснили, что приказ о собственной командировке в Париж Кравченко подписал лично.

Именно этот эпизод превращает обычный уход чиновника в крайне неприятную для украинской власти политическую конструкцию. Возникает парадокс: генпрокурор, объявивший об отставке на фоне коррупционного скандала, перед самым увольнением выезжает за рубеж под предлогом мероприятия, участие в котором не подтверждается.

Центр противодействия коррупции выдвинул еще более жесткую версию: Кравченко мог получить возможность выехать в обмен на подписание подозрений руководителю НАБУ. На этом фоне президент Владимир Зеленский заявив, что у генпрокурора есть лишь один путь — увольнение, призвал Верховную Раду безотлагательно поддержать отставку Руслана Кравченко и внес соответствующее представление в парламент. В тот же день на сайте главы государства появился указ об отстранении Кравченко от занимаемой должности.

«Зеленский отстранил Руслана Кравченко от должности Генерального прокурора. Такое решение приняли в соответствии с частью второй статьи 11 Закона Украины «О правовом режиме военного положения». Но есть нюансы. Он может отстранить только тех, кого назначил. А Генпрокурора назначил парламент. Он лишь подал кандидатуру. Он сделал это ради пиара и чтобы показать, что он не с Кравченко в одной лодке. Но это создаёт проблемы и окончательно подтверждает, что в Украине нет независимой прокуратуры, если президент может по желанию и без согласования с ВР отстранить Генпрокурора. И это треш», — так прокомментировал решение главы государства экс-депутат Верховной Рады, а ныне блогер Борислав Береза.

А украинский журналист-расследователь, редактор проекта «Наші гроші» Юрий Николов утверждает, что Кравченко готовил побег, а президент дал ему целую неделю, не отстранив от должности сразу. По версии Николова, генпрокурор получил время на заметание следов и вывоз средств.

Так или иначе, история Кравченко возвращает к более широкому вопросу: что происходит с генеральными прокурорами, которых назначает Владимир Зеленский?

В украинских СМИ уже вспоминают сложившуюся кадровую цепочку. Ирина Венедиктова после отставки получила дипломатическое назначение. Андрей Костин также ушел на дипломатическую работу. Руслан Рябошапка, занимавший пост в начале президентства Зеленского, в 2022 году пытался выехать из страны, ссылаясь на троих несовершеннолетних детей, и после нескольких попыток покинул Украину. Теперь к этой компании добавился Кравченко. Все эти истории ощутимо бьют по репутации президента.

Кроме того, происходящее начинает напоминать события двенадцатилетней давности. В 2014 году Украина уже видела бегство генерального прокурора Виктора Пшонки. 22 февраля 2014 года, после краха режима Виктора Януковича, Пшонка вместе с и. о. министра доходов и сборов Александром Клименко попытался покинуть страну через Донецкий аэропорт. Охрана чиновников вступила в столкновение с пограничниками, прозвучали предупредительные выстрелы, но беглецам удалось скрыться.

Выезд Кравченко в 2026 году обошелся без стрельбы. Однако возникает стойкое ощущение, что украинская политическая система воспроизводит старые болезни уже внутри новой власти. Пшонка — символ прокуратуры эпохи Януковича, Кравченко — продукт системы Зеленского. Между ними 12 лет, две революции, полномасштабная война, смена лидеров и обновленные лозунги. Но финал до странности знаком: генеральный прокурор оказывается в центре громкого скандала, после чего спешно покидает страну.