«Расстрельная должность» Приближаются выборы главы ООН

Генеральный директор МАГАТЭ Рафаэль Гросси, претендующий на пост генерального секретаря ООН, заявил о том, о чем в последние годы говорят все чаще и чаще: Организация Объединенных Наций теряет способность влиять на крупнейшие международные конфликты.

Выступая в Вашингтоне, Гросси перечислил Украину, Ближний Восток, Сирию, Южный Судан и Сахель и подчеркнул: ООН «присутствует повсюду, но ее нет там, где она действительно нужна». Для кандидата на высший пост в Организации это не просто критика — фактически формулировка главной проблемы, которую предстоит решать следующему генсеку.

Антониу Гутерриш покинет должность 31 декабря, и сейчас борьба за его преемника вступает в решающую фазу. Второй закрытый опрос в Совете Безопасности 21 августа не выявил явного фаворита, но показал заметную динамику. Первое место заняла представительница Гайаны Кэролайн Родригес-Биркетт (постпред при ООН) — восемь голосов «за», по семь получили Ребека Гринспан (глава ЮНКТАД ООН) из Коста-Рики и Рафаэль Гросси. При этом ни один кандидат не набрал необходимых девяти голосов, а значит, до компромисса еще далеко.

Особенно показательно, что лидеры меняются буквально от тура к туру. В июле первую позицию занимала Гринспан, теперь ее обошла Родригес-Биркетт. Серьезно прибавил угандиец Олара Оттунну (экс-замгенсека ООН), тогда как поддержка Мишель Бачелет (экс-президент Чили) резко сократилась. У Гросси число голосов «за» сохранилось, но количество голосов «против» выросло с двух до шести. Это важнее, чем может показаться: в выборе генсека побеждает далеко не обязательно самый популярный кандидат. Гораздо важнее найти фигуру, против которой не сформируется блокирующая коалиция.

Именно поэтому нынешняя гонка представляет собой не столько соревнование программ, сколько поиск компромисса между различными центрами силы. Формально генсека назначает Генеральная Ассамблея, но сначала кандидат должен получить рекомендацию Совета Безопасности, пять постоянных членов которого — США, Россия, Китай, Великобритания и Франция — обладают правом вето. Поэтому даже убедительная поддержка большинства стран может оказаться бесполезной, если претендент неприемлем для одного из членов «пятерки».

Есть и другой важный фактор. Негласная традиция предполагает региональную ротацию, и нынешний цикл воспринимается как очередь Латинской Америки и Карибского бассейна. Одновременно внутри ООН растет запрос на первую женщину во главе Организации: из восьми нынешних кандидатов пять — женщины. Эти два обстоятельства заметно повышают позиции латиноамериканских кандидаток и делают нынешнюю гонку одновременно географической и гендерной. Однако ни ротация регионов, ни принцип равенства полов юридически не обязательны — история выборов уже показывала, что политический компромисс способен перечеркнуть первоначальные ожидания.

Главный вопрос, однако, заключается не в том, кто именно победит, а в том, какого генсека сегодня требует сама ООН. Мир стал гораздо более конфликтным, чем в период, когда Гутерриш вступал в должность. Украина, Ближний Восток, ядерная проблема, глобальное противостояние США и Китая, кризисы в Африке сопровождаются ослаблением прежних механизмов международного права. Одновременно сам Совбез оказывается парализован противоречиями между его постоянными странами-членами.

Именно поэтому следующий генеральный секретарь окажется в своеобразной «расстрельной должности». От него будут ждать реформы Организации, восстановления ее авторитета и большей самостоятельности, а его успех будет зависеть не только от личной энергии и дипломатического мастерства, но и от способности разговаривать одновременно с Вашингтоном, Пекином и другими центрами силы.

С другой стороны, критикуя ООН за неспособность влиять на мировые конфликты, нужно всегда иметь в виду, что Организация в свое время возникла как институт, фиксирующий новый на тот момент мировой порядок. Этот порядок рушится, в то время как новый еще не сформировался, а значит — кризис ООН как регулятора мировой безопасности будет продолжаться до формирования нового миропорядка независимо от того, кто ее возглавляет.

В этих условиях, пока не сложился новый формат мирового консенсуса, очень важно, чтобы ООН сохранила гуманитарную функцию, чтобы помогать людям в особо уязвимых частях планеты выживать здесь и сейчас. Недавний кризис финансирования продемонстрировал, что и эта сторона ее деятельности находится под угрозой. Поэтому новому лидеру, кем бы он ни был, остается пожелать быть достаточно сильным, чтобы беспрепятственно продолжить наиболее успешные гуманитарные миссии Организации Объединенных Наций.