Россия — Украина: ноябрь как дедлайн? От «границ 1991 года» к разговорам о перемирии

Информационные вбросы о возможном завершении горячей фазы войны к ноябрю стали, пожалуй, одним из самых показательных эпизодов украинской внутренней политики последних дней. Особенно с учетом того, как именно эта информация появилась, кто ее озвучил и в каком политическом контексте все это происходит.

Сначала близкое к Офису президента Украины издание Ukraine Context сообщило, что Владимир Зеленский во время встречи с депутатами фракции «Слуга народа» заявил о «больших надеждах» на завершение «горячей фазы» войны к ноябрю текущего года. Позже эту информацию фактически подтвердила народный депутат Ольга Василевская-Смаглюк, уточнив, что речь шла о возможности такого сценария при наличии гарантий безопасности для Украины.

Но во всей этой истории важно не только само заявление, а то, чего в нем не было. Не было ответа на главный вопрос: на каких именно условиях может закончиться война? Где пройдет линия разграничения? Что будет с оккупированными территориями? Какие гарантии безопасности устроят Киев? Готова ли Украина отказаться от части требований, которые еще недавно объявлялись принципиальными? И главное — как подобный сценарий скажется на политическом будущем самого Зеленского и его команды?

Именно отсутствие ответов на эти вопросы превращает подобные информационные сливы в элемент политической технологии, а не серьезной дипломатической стратегии. Потому что украинскому обществу уже неоднократно предлагали эмоционально заряженные политические формулы вместо жесткого разговора о реальности. Достаточно вспомнить многочисленные заявления представителей Банковой о «выходе на границы 1991 года» и даже «скором распитии кофе в Ялте». Все это подавалось не как политическая риторика, а как практически гарантированный сценарий развития событий.

Сегодня же постепенно формируется совершенно иной информационный фон. И дело не только в ситуации на фронте. Вопросы к украинской власти стремительно накапливаются как внутри страны, так и за ее пределами. Особенно болезненной остается тема подготовки Украины к полномасштабному вторжению России в феврале 2022 года. И здесь крайне показательно заявление бывшего исполняющего обязанности мэра Чернигова Александра Ломако, прозвучавшее на заседании временной следственной комиссии Верховной Рады.

По его словам, Чернигов не получал от центральной власти никаких официальных инструкций или директив по подготовке к возможному вторжению. Ни в декабре 2021 года, ни в январе-феврале 2022 года. Это фактически означает отсутствие системной координации между Киевом и местными властями стратегически важного приграничного региона.

А ведь Чернигов оказался одним из главных щитов Украины в первые недели войны. Город выдержал тяжелейшие бомбардировки и фактически прикрыл собой направление на Киев. Но героизм жителей и защитников Чернигова не отменяет другого факта: страна входила в полномасштабную войну без полноценной подготовки гражданской инфраструктуры и без четких алгоритмов действий для регионов. И это сегодня признают уже не только оппозиционные политики, но и представители местной власти.

На этом фоне вновь всплывают старые вопросы к окружению Зеленского, прежде всего к бывшему главе Офиса президента Андрею Ермаку. В украинском экспертном сообществе давно обсуждается тема его контактов с бывшим заместителем главы Администрации президента РФ Дмитрием Козаком накануне вторжения. Многие аналитики считают, что именно уверенность Банковой в отсутствии полномасштабной войны стала одной из причин недостаточной подготовки страны. Был ли Ермак введен в заблуждение российской стороной? Или же украинское руководство сознательно игнорировало предупреждения союзников? Однозначного ответа нет. Но историческим фактом уже стало другое: США, Великобритания и другие партнеры Украины открыто предупреждали Киев о высокой вероятности вторжения. А Зеленский публично ставил под сомнение подобные прогнозы. И миллионы украинцев поверили именно ему.

Последствия этого выбора стали трагедией для огромного числа людей. В том числе для жителей Бучи, Ирпеня, Гостомеля и других населенных пунктов Киевской области. На этом фоне особое внимание вновь привлекают фигуры представителей правящей партии. Та же Ольга Василевская-Смаглюк избиралась по округу, включавшему Бучу и Ирпень. И именно представителей власти позднее критиковали за заявления первых дней войны о том, что ситуация находится под контролем и массовая эвакуация не требуется.

Да, юридически невозможно возложить ответственность за трагедию в Буче на отдельных украинских политиков — главную ответственность несет Россия и российские военные. Но политическая ответственность за ошибки, просчеты и публичные сигналы обществу — совершенно другой вопрос. И этот вопрос сегодня становится все более актуальным.

Особенно на фоне новых коррупционных скандалов в окружении Зеленского. Огромный резонанс вызвала информация о коттеджном кооперативе «Династия» в Козине под Киевом. Напомним, что, по данным издания «Украинская правда», там строились коттеджи для самого Зеленского, Андрея Ермака, бывшего вице-премьера Алексея Чернышова и бизнесмена Тимура Миндича. Крайне болезненно общество воспринимает тот факт, что строительство продолжалось уже после начала полномасштабной войны и трагедии в Буче.

Еще более тревожным сигналом стали публикации немецкого издания Die Zeit о расследовании НАБУ в рамках операции «Мидас». По данным издания, коррупционный скандал затрагивает представителей высшего руководства Украины и вызывает серьезное беспокойство у европейских партнеров Киева. Сообщается, что канцлер Германии Фридрих Мерц лично обсуждал эту тему с Зеленским. Аналогичные сигналы якобы поступали от Эммануэля Макрона, Кира Стармера и Урсулы фон дер Ляйен.

Всё это происходит на фоне растущей усталости Запада от войны и постепенного изменения настроений среди союзников Украины. Очень показателен материал The Telegraph о том, что сразу пять стран-членов НАТО выступили против инициативы генсека альянса Марка Рютте по гарантированному ежегодному выделению Украине 0,25% ВВП стран-членов на военную помощь. Против выступили Великобритания, Франция, Италия, Испания и Канада — именно те государства, лидеры которых одновременно требуют от Киева большей прозрачности и расследования коррупционных скандалов. Это крайне важный момент. Потому что поддержка Украины на Западе остается высокой, но европейские общества начинают задавать вопросы о цене войны, перспективах конфликта и эффективности использования выделяемых средств.

Именно поэтому нынешние информационные вбросы о «возможном завершении войны к ноябрю» выглядят скорее как попытка политической адаптации Банковой к меняющейся реальности. Проблема для Зеленского заключается в том, что украинское общество сегодня находится в совершенно ином психологическом состоянии, чем в 2022 или даже 2023 году. Люди устали. Люди хотят понимать реальные перспективы. Люди хотят знать цену возможного мира.

А главное — общество постепенно начинает задавать вопросы не только о действиях России, но и об ответственности собственной власти. Да, Украина продолжает героически сопротивляться. Да, главной причиной войны остается решение Кремля о вторжении. Но это уже не отменяет необходимости анализа собственных ошибок украинского руководства — от провалов подготовки к войне до коррупционных скандалов во время нее.

Именно поэтому любые разговоры о скором завершении войны без объяснения условий мира начинают восприниматься не как стратегия, а как элемент политического маркетинга. Особенно после того, как общество уже неоднократно сталкивалось с чрезмерно оптимистичными обещаниями, не соответствующими реальности.