Союз вне географии: что связывает Израиль и страны Западных Балкан? Обзор Артема Кирпиченка

Несмотря на то, что Израиль и Западные Балканы не связаны географически, история отношений Израильского государства и стран этого региона уходит своими корнями в прошлое, а сегодня на фоне обострения общемировой политической ситуации связи с некоторыми из них не только укрепились, но и обрели новые черты, присущие стратегическому партнерству.

Особое место в израильской «Балканской дипломатии» занимает Албания – государство с преимущественно мусульманским населением, фундамент отношений с которым был заложен в самые мрачные времена прошлого столетия. Как известно, к началу Второй мировой войны в этой стране проживало около 200 евреев, в последующие годы она приняла и укрыла от 2000 до 3000 еврейских беженцев из Германии, Австрии, Сербии и Греции. При этом албанцы — как мусульмане, так и христиане — массово отказывались выдавать евреев нацистам. Они укрывали их в своих домах, давали им албанские имена и поддельные документы.

В основе этого лежала «Беса» — традиционный кодекс чести, обязывающий защищать любого гостя ценой собственной жизни. Еврейский народ этого не забыл — Мемориальный комплекс Яд Вашем официально признал десятки албанцев «Праведниками народов мира». Правда, в период «холодной войны» в силу определенных геополитических причин албано-израильские отношения сошли на нет, но после падения «железного занавеса» 19 августа 1991 года между двумя государствами были официально установлены дипломатические отношения.

Современные албано-израильские связи по своему характеру вполне соответствуют духу «Авраамовских соглашений» и охватывают различные сферы. Так, после мощных кибератак на албанские государственные ресурсы Израиль предоставил Тиране свои передовые технологии для защиты критической ИТ-инфраструктуры, а в 2023 году между сторонами было подписано соглашение о кибербезопасности. 

Тогда же Албания и Израиль подписали исторический оборонный меморандум, результатом которого стал масштабный контракт с израильской компанией Elbit Systems на поставку Тиране дронов и артиллерии, а также на строительство завода по производству БПЛА на албанской территории. В политическом плане Албания последовательно поддерживает Израиль на международных площадках, примером чему может служить знаковый визит премьер-министра Эди Рамы в январе текущего года в Израиль и его выступление перед Кнессетом.

Связи с другой крупной западно-балканской страной – Сербией изначально выстраивались на общности пережитых еврейским и сербским народами в годы Второй мировой испытаний. Впоследствии двусторонние отношения прошли через определенный период охлаждения, также вызванного политическими катаклизмами, но после этапа перезагрузки они обрели новый статус.

Так, в конце апреля 2026 года в Иерусалиме состоялся первый в истории официальный межгосударственный «Стратегический диалог». Глава МИД Сербии Марко Джурич и премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху официально объявили о выводе отношений на уровень стратегического партнерства. Стороны ведут переговоры о заключении Соглашения о свободной торговле и объявили об открытии Сербско-израильской торговой палаты. При этом в июле 2026 года в Белграде прошел масштабный саммит «Партнеры в меняющемся мире», подчеркнувший трехсторонний геополитический вектор взаимодействия Сербия — Израиль — США.

Что касается военно-технического сотрудничества, то его по праву можно назвать беспрецедентным: по данным статистического бюро в Белграде, экспорт оружия в Израиль вырос с €3 млн в 2023 году до €114 млн в 2025-м. Только за первые месяцы текущего года было выполнено 17 военно-транспортных авиарейсов из Сербии в Израиль (в основном поставляются артиллерийские снаряды сербских оборонных предприятий). 

Помимо этого, в августе 2025-го Белград заключил колоссальный контракт с израильским концерном Elbit Systems на сумму $1,63 млрд. Сербская армия закупает высокоточные ракетные комплексы, дроны-камикадзе, системы радиоэлектронной борьбы (РЭБ) и тяжелые БПЛА Hermes 900. Между двумя государствами также действует соглашение о взаимной защите и обмене секретными данными в сфере обороны, что позволило ускорить поставки оружия, а на базе сербского госконцерна Yugoimport SDPR развернуто совместное производство ударных беспилотников по израильской лицензии.

Связи Израиля с такими западно-балканскими странами, как Монтенегро и Северная Македония, базируются в основном на взаимодействии в гражданских сферах — туризме, агротехнологиях и израильских инвестициях в недвижимость, без глубокого военного компонента.

Однако уже сейчас Скопье закупает израильские гражданские и военные ИТ-решения для защиты государственных баз данных и сетей связи от внешнего вмешательства, а Подгорица точечно приобретает израильское легкое вооружение и системы связи. И такое взаимодействие предполагает развитие незадействованного потенциала в перспективе. Немного омрачают западно-балканский небосклон отношения Боснии и Герцеговины с Израилем, однако и на этом треке с разрешением определенных геополитических противоречий возможно потепление.

В целом, регион Западных Балкан рассматривается израильским руководством как прагматичная «сеть безопасности», которая позволяет сохранять доступ к вооружениям, технологическому обмену и политической поддержке в обход жестких процедур консенсуса Европейского союза. 

В свою очередь, тесное взаимодействие с Израилем предоставляет странам Западных Балкан мощный альтернативный рычаг суверенитета: Сербия получает передовые оборонные технологии для укрепления армии без политических условий ЕС; Албания выстраивает надежный щит против кибератак и создает собственное военное производство; Монтенегро и Северная Македония диверсифицируют экономику за счет крупных инвестиций. В итоге регион конвертирует партнерство с Израилем в технологическую независимость, укрепляет свои позиции в НАТО и приобретает влиятельный канал коммуникации с Вашингтоном.

Суммируя вышесказанное, можно говорить, что связи Государства Израиль со странами Западных Балкан и в дальнейшем будут развиваться по восходящей. При этом они продолжат опираться на исторические примеры истинной человечности, для которой не имеют значения ни национальная, ни религиозная принадлежность, что в нашей прагматичной и поляризованной современности приобретает принципиально важный смысл.