Тени мифической Армении Бессильно ли правительство Пашиняна?

В последнее время в Армении, несмотря на заявленную ее правительством приверженность мирному процессу с Азербайджаном, происходят события, порождающие сомнения в искреннем стремлении Еревана способствовать искоренению реваншистских настроений в обществе. В этом контексте особый интерес представляют три случая. 

Так называемый «президент» канувшего в Лету самопровозглашённого режима Самвел Шахраманян подал судебный иск против Министерства образования и науки Армении. Поводом послужило упоминание в школьном учебнике по истории решения Шахраманяна ликвидировать возглавляемое им образование. В своём гражданском иске он потребовал «защиты чести и достоинства, а также опровержения изложенных фактов». Суд, отказав в удовлетворении иска, отметил следующее: «Суд приходит к выводу, что даже если доводы истца можно признать обоснованными, они не могут быть основанием для удовлетворения иска, поскольку ни один документ не обладает юридической силой, если он подписан под воздействием силы или под прямой угрозой её применения, и с момента подписания считается недействительным. Это следует из общепризнанных принципов как внутреннего, так и международного права».

Адвокат Шахраманяна, ссылаясь на данное разъяснение суда, утверждает, что армянская судебная система фактически признаёт решение о ликвидации самопровозглашённого режима нелегитимным.

Мы не будем сейчас углубляться в дебри этого процесса. Нас больше сейчас интересует тот понятийный аппарат, которым оперирует армянская Фемида. И в этом смысле приходится согласиться с адвокатом реваншистов — армянский суд действительно считает решение о ликвидации самопровозглашенного режима нелегитимным — «указ», дескать, был подписан под применением или угрозой применения силы. Поскольку под таким применением силы понимается антитеррористическая операция ВС Азербайджана в «серой зоне» Карабаха 19-20 сентября 2023 года, то, таким образом, армянский суд сомневается в легитимности этой операции, а значит, отказывает Азербайджану в суверенном праве на территорию Карабаха, не признает территориальной целостности нашей страны.

Между тем суд мог бы сослаться на признание Арменией Карабаха частью Азербайджана (включая Пражское заявление 2022 года, устные заявления Пашиняна и, самое главное, совместную Вашингтонскую декларацию, содержащую ссылку на Алматинскую декларацию и парафированный там же, в Вашингтоне, проект мирного соглашения). В целом суд мог вовсе не касаться вопроса законности ликвидации самопровозглашённого режима, поскольку иск этого не предусматривал. 

Армянский суд, таким образом, с одной стороны, основывается на Конституции Армении, где «нагорный Карабах» фактически указан как часть Армении, а с другой стороны, и это не менее важно, использует любую возможность, чтобы продемонстрировать свою приверженность данному положению в Основном законе.

Происходящее в очередной раз демонстрирует необходимость внесения изменений в Конституцию Армении. Наблюдается ситуация, в которой исполнительная власть говорит о мире и территориальной целостности, а судебная власть, ссылаясь на внутреннее законодательство, дает интерпретацию, противоречащую миру и нормам международного права.

Второй случай связан с тем, что 4 февраля в Ереване, в офисе самопровозглашённого режима, «исполняющий обязанности президента» ликвидированного псевдообразования Ашот Даниелян встретился с депутатами Национального совета Швейцарии Эрихом Вонтебелем и Стефаном Альтематом, а также с руководителем организации «Международная христианская солидарность» Джоном Айбнером. Во время встречи обсуждались вопросы, касающиеся предпринимаемых шагов по «признанию права карабахских армян на возвращение». В знак признательности Вонтебель был награждён медалью самопровозглашённого режима.

Возникает справедливый вопрос: почему правительство Армении, если оно действительно придерживается курса на мир, до сих пор не ликвидировало офис самопровозглашённого режима и допустило проведение подобной встречи?

Армянские официальные лица объясняют подобное положение дел «свободой слова» и «демократическими принципами». Однако этот довод выглядит неубедительно, ведь в борьбе с оппозицией и церковными структурами внутри страны о демократии и правах человека в армянском руководстве и не думают вспоминать. К тому же, дело тут в первую очередь идет о выражении своей позиции по этим вопросам. Если армянские власти, якобы следуя букве закона, не могут напрямую вмешаться в описанные выше два случая, то они обязаны, учитывая контекст мирного урегулирования, дать свою оценку этим явлениям. В противном случае их молчание, согласно старому народному принципу, воспринимается как знак согласия. Правительству Армении следует ясно и открыто обозначить свою позицию — поддерживает ли оно подобные инициативы или, напротив, считает их противоречащими курсу на мирное урегулирование. В противном случае создаётся впечатление, что у армянского руководства существует скрытая повестка.

А вот бездействие относительно следующего, третьего явления уже дает основания непосредственно обвинять армянские власти в потакании действиям, ставящим под сомнение территориальную целостность других государств. Речь идет об инициативах некоторых западных стран по поддержке реваншистских настроений в Армении. Так, 4 февраля Сенат Франции принял резолюцию с призывом освободить армян, задержанных в Азербайджане, кроме того, в Швейцарии депутаты (включая уже указанных выше) не один раз за последние месяцы выступали за сохранение в повестке темы «возвращения карабахских армян». Данные инициативы, полностью игнорирующие правовой и исторический контекст произошедших за последние 35 с лишним лет событий, направлены против суверенитета Азербайджана, являются грубым вмешательством во внутренние дела нашей страны.

Однако ни Министерство иностранных дел Армении, ни Национальное собрание Армении, где большинство у правящей партии, ни сам премьер не предпринимают никаких шагов для противодействия этим инициативам, не высказываются об их неприемлемости на фоне заявлений Еревана о приверженности мирному процессу, хотя в данном случае это является их прямой ответственностью.

Создается впечатление, что армянское правительство использует всяческую возможность, чтобы сохранить, как ему кажется, разнообразные лазейки для реанимации карабахского кейса в будущем, до лучших, так сказать, времен.

Можно, конечно, списать данное поведение на предвыборную политику, направленную на избегание острых конфликтов с реваншистами там, где они не угрожают власти свержением. Однако подобная политика крайне безответственна, поскольку бездействие, отсутствие ясно выраженной позиции по вопросам, ставящим мир под угрозу, подмывает фундамент доверия у азербайджанской стороны.

Ведь мирное урегулирование, как известно, процесс обоюдный. Азербайджан хочет видеть перед собой партнера, открыто демонстрирующего отсутствие злых намерений. В противном случае корректировка позиции Баку по мирному процессу вряд ли пойдет на пользу Еревану. 

Кроме всех прочих негативных последствий, подмахивание реваншистам со стороны Пашиняна и Ко несет в себе риск потери доверия той части электората, которая поддерживает правительство именно за приверженность мирной повестке с Азербайджаном.

Подводя итог сказанному, следует вновь подчеркнуть необходимость для правящих кругов Армении дать принципиальную оценку проявлениям реваншизма в обществе и принимать меры в тех случаях, когда это прямо входит в их компетенцию. Потворство идеям «мифической Армении» может окончательно отбросить страну на обочину реального мира.