Венгерский кейс и грузинская перспектива Статья Владимира Цхведиани

12 апреля 2026 года на парламентских выборах в Венгрии правившая страной 16 лет партия «Фидес» Виктора Орбана уступила власть оппозиционной партии «Тиса» во главе с Петером Мадьяром. Грузинская прозападная оппозиция приравняла поражение Орбана к потенциальному поражению партии «Грузинская мечта» и встретила его с эйфорией.

Сама же «Грузинская мечта» отреагировала на успех Петера Мадьяра спокойно: поздравила его с победой, одновременно поблагодарив Виктора Орбана за многолетнюю поддержку Грузии.

«От имени грузинского народа и правительства Грузии поздравляю Петера Мадьяра и его партию с победой на парламентских выборах в Венгрии. Благодарю Виктора Орбана и его команду за многолетнюю исключительную и твёрдую поддержку национальных интересов Грузии и грузинского народа. Грузию и Венгрию связывает длительная история дружбы и партнёрства, которая обязательно будет продолжена», — написал премьер-министр Ираклий Кобахидзе в социальной сети.

В свою очередь лидер партии «Тиса» Петер Мадьяр заявил о намерении сохранять хорошие отношения с Грузией.

«Тот факт, что правительство Виктора Орбана имело тесные связи со странами Балкан или другими государствами, не означает, что у Венгрии ухудшатся отношения с этими странами. Однако, если у Венгрии были сложные отношения с какой-либо страной, мы постараемся их улучшить, поскольку в наших общих интересах — работать вместе, сотрудничать и процветать. Я был бы рад посетить Тбилиси или другое место. С нетерпением жду сотрудничества с вами. При этом мы не будем вмешиваться во внутренние дела других стран и не будем пытаться влиять на выборы — ни в вашей стране, ни в Северной Македонии, ни где-либо ещё. Это не наш стиль и не дело любого европейского правительства. Мы избраны для того, чтобы представлять своих избирателей», — заявил Петер Мадьяр.

Важно отметить, что 45-летний Петер Мадьяр не только начинал свою политическую карьеру в партии Виктора Орбана, но и во многом разделяет схожие идеологические установки, основанные на венгерском патриотизме, с большим акцентом на социальную повестку. Фактически избиратели голосовали за «обновлённый и более молодой вариант» 62-летнего Орбана — по крайней мере, в их восприятии.

При этом в среде грузинской проевропейской оппозиции по итогам венгерских выборов не было недостатка в заявлениях о том, что следующей страной, где победят «проевропейские силы», станет Грузия.

Одной из первых на предварительные результаты парламентских выборов в Венгрии отреагировала экс-президент Саломе Зурабишвили: «Диктаторы уходят один за другим! Кто — мирно (всё-таки воспитанные европейцы), кто — мечом и войной! Но уходят! Ничто не вечно в этом мире!» — написала Зурабишвили в соцсети, не уточнив, считает ли она, что «мечом и войной» может быть сменена власть в Грузии.

Вопросы войны и мира сыграли не последнюю роль в политической судьбе Виктора Орбана. Долгое время он стремился дистанцироваться от войны в Украине, что работало на его электоральную поддержку внутри страны, но вызывало раздражение в Брюсселе. Здесь прослеживаются определённые параллели с политикой «Грузинской мечты», которая старалась не втянуть страну в российско-украинскую войну и не допустить открытия «второго фронта» — сценария, на котором, как считают в Тбилиси, настаивают в Брюсселе.

Однако кульминация нынешней избирательной кампании в Венгрии совпала с другой войной — американо-иранской, которая не пользуется популярностью среди венгерских избирателей и уже привела к росту цен на энергоносители. В такой геополитической обстановке поддержка Виктора Орбана со стороны президента США Дональда Трампа, скорее, не способствовала голосованию венгров за партию «Фидес».

Если Орбан реально пытался отстаивать интересы и суверенитет Венгрии, балансируя между Брюсселем, Вашингтоном и Москвой, то Мадьяру такую политику будет продолжать труднее. Слишком многим он обязан руководству ЕС, которое задействовало ради его победы всю свою пропагандистскую машину. Всё это усиливает вероятность быстрого отхода Венгрии от «балансирования» между Москвой и Брюсселем в сторону подчинения последнему, даже в ущерб национальным интересам. Серьёзность перспектив возможного втягивания в таком случае своей страны в вероятную «общеевропейскую» войну против России венгры пока не осознают. Ведь, в отличие от той же Польши и стран Балтии, где градус военных настроений сейчас повышается, Венгрия непосредственно с РФ не граничит.

То, что в Венгрии смена власти произошла не путём «майдана», а на парламентских выборах, само по себе снижает вероятность новых попыток сместить власть с помощью уличных протестов в Грузии. Одновременно «венгерский прецедент» вдохновляет те грузинские оппозиционные политические силы, которые отказались от политики бойкота выборов.

«Как в Венгрии, так и в Грузии демократические изменения неизбежны, если общество твёрдо и едино. Наша ответственность как политической силы — достойно ответить на этот запрос. Главный урок очевиден: борьба вместо бойкота! Демократический оптимизм вместо электорального нигилизма! Возвращение политики народу и её служение людям! Это было, есть и будет главным убеждением «Сильной Грузии — Лело» в борьбе против режима. Борьба путём выборов всегда имеет смысл даже при неравной системе!», — говорится в официальном заявлении партии «Лело — Сильная Грузия».

Напомним, что следующие парламентские выборы в Грузии должны состояться в октябре 2028 года. Вполне возможно, «венгерский опыт» будет учтён теми, кто хочет отстранить от власти «Грузинскую мечту». Для этого ставка, как и в Венгрии, может быть сделана не на явных либералов, а на «государственников» и «патриотов», пусть даже на словах. Такой политик имеет больше шансов на успех, если он будет относительно молод по возрасту. Но под эти критерии явно не подходят ни Саломе Зурабишвили, ни большинство нынешних крайне либеральных лидеров грузинской «проевропейской оппозиции». А фигуры, напоминающей Петера Мадьяра по харизме, среди грузинских оппозиционеров пока не наблюдается.

Владимир Цхведиани, Грузия, специально для Caliber.Az