Вильнюс признал цену разрыва с Пекином Аналитика Лиманского

Президент Литвы Гитанас Науседа заявил, что хотел бы восстановить разрушенные отношения с КНР. Что это может значить для литовской экономики? И как в целом скажется на ситуации в регионе, который сегодня остается сильно дестабилизированным?

Зачем в Литве покушались на территориальную целостность Китая

«Мы хотели бы нормализовать политические отношения, потому что они были нарушены несколько лет назад», — заявил 18 июня президент Литвы Гитанас Науседа агентству Bloomberg.

«Мы находимся в этом процессе, и я надеюсь, что первые результаты мы увидим в ближайшие шесть месяцев».

Науседа также отметил, что в течение полугода дипломатические миссии КНР в Вильнюсе и Литвы в Пекине должны быть восстановлены.

Кроме того, на прошлой неделе председатель Комитета по иностранным делам Сейма Ремигиюс Мотузас сообщил, что Литва предложила Китаю открыть офис временного поверенного в делах, на что ранее Вильнюс не давал своего согласия.

Этому предшествовало заявление руководителя Ассоциации транспортных инноваций (TIA) Юлюса Скачкаускаса, сделанное на прошедшем в Азербайджане II Каспийском международном форуме по транспорту, транзиту и логистике. По его словам, Литва стремится увеличить объем грузоперевозок из Китая по Среднему коридору. Многие восприняли это как сигнал о намерении Вильнюса нормализовать отношения с Пекином.

Взаимоотношения между двумя странами резко ухудшились в 2021 году. Тогда правоцентристское правительство Ингриды Шимоните, несмотря на неоднократные предупреждения МИД КНР, открыло в Вильнюсе «представительство Тайваня».

Тайваньские представительства существуют во многих странах под видом торговых и иных миссий, однако есть важный нюанс: как правило, они называются «представительствами Тайбэя». В Литве же оно сразу получило название «Представительство Тайваня», что де-факто придавало ему квазигосударственный характер. Это стало первым подобным прецедентом в Европейском союзе.

По каким причинам было принято такое решение, можно лишь предполагать. Незадолго до этого действующий на тот момент президент Литвы Даля Грибаускайте посетила США. После этого литовские власти начали использовать все более жесткую риторику в отношении КНР.

«Мы будем активно защищать тех, кто борется за свободу во всем мире — от Беларуси до Тайваня», — заявил тогда бывший министр иностранных дел Литвы Габриэлюс Ландсбергис.

В свою очередь, зарубежные НПО активно подогревали эту линию, называя «трехмиллионную Литву самой смелой страной Европы», которая якобы первой вступила в противостояние с огромным «коммунистическим монстром».

В МИД КНР открытие «представительства Тайваня» расценили как покушение Литвы на территориальную целостность Китая и «грубое вмешательство во внутренние дела Китая». В декабре 2021 года в ответ на этот шаг Пекин отозвал своего посла из Литвы, понизив уровень дипломатических отношений до временного поверенного в делах.

Посольство КНР в Вильнюсе также было закрыто. В ответ Литва отказалась аккредитовать китайских дипломатов более низкого ранга, а литовское дипломатическое представительство в Пекине также прекратило работу.

Фактически дипломатические отношения между Литвой и Китаем были разорваны.

Стратегическая ошибка Вильнюса

Еще более разрушительным конфликт с КНР оказался для экономики Литвы, которая и без того переживала не лучшие времена. Китай — первая экономика мира по ВВП по паритету покупательной способности — полностью исключил Литву из своих транзитных маршрутов. Грузопоток через Клайпеду сразу сократился на 67%, а отказ КНР от импорта продукции литовской деревообрабатывающей и молочной отраслей привел, по оценкам, к потере около 60 тысяч рабочих мест. По словам того же президента Науседы, с 2020 по 2023 год экспорт Литвы в Китай сократился втрое. 

Впоследствии Пекин несколько смягчил свою позицию, однако и в 2025 году поставки литовских товаров в Китай оставались вдвое ниже, чем до открытия «представительства Тайваня».

При этом объем прямого экспорта из Литвы в КНР был не столь велик, однако многие литовские предприятия производили продукцию для транснациональных корпораций, работавших с китайским рынком. После этого КНР пригрозила санкциями тем ТНК, которые продолжат сотрудничество с Литвой. Кроме того, вместо дешевых китайских чипов литовским производителям пришлось закупать значительно более дорогие микросхемы на Тайване.

Лингвистические нюансы и политические игры очень дорого обошлись литовской экономике.

При этом ни США, ни Европейский союз, ни Тайвань не компенсировали Литве понесенные потери.

Тайбэй обещал вложить 3,5 миллиарда евро в строительство технопарка по производству полупроводников под Вильнюсом, однако уже в 2024 году реализация проекта была прекращена.

Кроме того, ЕС подал в ВТО жалобу на КНР, обвинив ее в дискриминационной политике в отношении Литвы. Однако поддержка Брюсселя не принесла результата, и впоследствии дело было отозвано. При этом с 2025 года для граждан ЕС действует безвизовый режим въезда в КНР, однако граждане Литвы, наряду с гражданами Чехии, по-прежнему лишены этой возможности. Сам Европейский союз остается расколотым в вопросе отношений с Китаем. Ведущие страны объединения, такие как Германия и Франция, не заинтересованы в ухудшении отношений с Пекином и не готовы жертвовать взаимовыгодным экономическим сотрудничеством.

На этом фоне восстановление дипломатических отношений с КНР до уровня, существующего у других стран ЕС, стало одним из пунктов программы правительства во главе с социал-демократом Ингой Ругинене, пришедшего к власти в 2025 году.

«Что это нам принесло?» — так премьер-министр Ругинене подвела итог дипломатическому демаршу. — «Ровно ноль выгоды от Тайваня и ровно такой же минус от Китая».

Социал-демократический премьер Литвы прямо назвала открытие «представительства Тайваня» стратегической ошибкой.

Литовское лобби тайваньского сепаратизма

Литовские правые политики из партии «Союз Отечества — Литовские христианские демократы» выступают категорически против попыток улучшить отношения с Пекином. После последних примирительных заявлений в адрес КНР консерватор Жигимантас Павилёнис сразу назвал их уступкой Китаю. Правая парламентская оппозиция с самого начала негативно воспринимала инициативы правительства по нормализации отношений с КНР.

Ранее лидер консервативной оппозиции Лауринас Кащюнас заявлял: «Китай, и прежде всего Коммунистическая партия Китая, представляет собой вызов международной системе. А для того, чтобы регулировать отношения с ними в соответствии с китайской концепцией, Литве, возможно, придется пойти на множество уступок». 

Такое отношение к Китаю правоцентристы объясняют тем, что КНР якобы угрожает национальной безопасности Литвы, используя экономические рычаги, и способна «ограничить демократию в Литве». По их версии, противостояние Литвы с КНР служит делу «укрепления либеральной демократии» на Тайване и во всем мире.

По словам лидера консерваторов, Литва правильно поступила, не «допустив проникновения китайцев в нашу критическую инфраструктуру, в стратегические сектора. Мы принципиально не уязвимы для их влияния, мы достаточно устойчивы к их влиянию».

Президент Науседа ранее также выступал с резкими заявлениями в адрес Китая и Беларуси, однако теперь был вынужден изменить свою антикитайскую риторику.

Национал-консерваторы называют свою жесткую позицию по отношению к КНР «основанной на ценностях». Однако расследование литовских журналистов и юристов показало, что на практике этими ценностями могли оказаться коммерческие интересы компаний, связанных с консервативными политиками.

По их данным, IT-компания Teltonika заключила с Тайванем сделку на 14 миллионов евро, компания Oxipit, работающая в сфере искусственного интеллекта, получила инвестиции в размере 3,5 миллионов евро от тайваньского венчурного фонда Taiwania Capital, а производитель солнечных батарей «Солитек» — кредиты на сумму 8 миллионов евро от Eximbank Тайбэя. При этом до кризиса в отношениях с КНР активы, например, компании «Оксипит» составляли всего 288–788 тысяч евро.

Литовским журналистам также удалось установить факты поддержки этими компаниями избирательных кампаний правых политиков. В частности, премьер-министра Ингриды Шимоните, при которой было открыто злополучное «представительство Тайваня», а также вышеупомянутого консерватора Жигимантаса Павилёниса, чью кампанию финансировал «Солитек».

Однако начатое Антикоррупционным комитетом Сейма расследование в период правления «Союза Отечества — Литовских христианских демократов» было фактически спущено на тормозах.

После прихода к власти в сентябре 2025 года кабинета социал-демократа Инги Ругинене наметилась попытка восстановить отношения с Китаем.

Важное решение для региональной стабильности

Сейчас в Литве формируется новое правительство. Оно будет еще более левоцентристским, поскольку правящая Социал-демократическая партия разорвала коалицию с правыми популистами из партии «Заря Немана».

19 июня президент Науседа поставил главным условием сохранения поста за министром иностранных дел Кястутисом Будрисом в новом кабинете его способность наладить отношения с Пекином. Уже одно это свидетельствует о том, какое значение в Литве придают восстановлению связей с Поднебесной после провала предпринятого, как считают многие, под внешнюю диктовку курса на заигрывание с тайваньским сепаратизмом.

Вильнюс уже давно предлагает переименовать «представительство Тайваня» в традиционное для подобных случаев «представительство Тайбэя». Однако устроит ли Пекин после всего произошедшего такая словесная рокировка? И не станет ли он настаивать на более существенном ограничении связей Вильнюса с Тайванем?

Профессор Академии регионального и глобального управления Цуй Хунцзянь заявил: «В вопросе принципа «одного Китая» Литва не может играть с огнем или пытаться усидеть на двух стульях. Только вернувшись на путь принципа «одного Китая», она сможет создать условия для нормализации двусторонних отношений». 

Возобновление взаимовыгодного экономического сотрудничества отвечает национальным интересам обеих стран. Не исключено, что такая разрядка окажет положительное влияние и на ситуацию в регионе, который остается серьезно дестабилизированным войной в Украине и столкновением интересов великих держав.

В случае нормализации отношений между Вильнюсом и Пекином возможно и улучшение позиций Беларуси, игравшей важную роль в обеспечении китайского транзита через Клайпедский порт, а также в поставках товаров в Литву из белорусско-китайского индустриального парка «Великий Камень». Впрочем, делать далеко идущие выводы пока преждевременно: слишком сильным остается влияние тех политических сил, которые продолжают выступать за дальнейшую эскалацию отношений с КНР и Беларусью.