Малоизвестные места села Сюндю: молчаливые свидетели многовековой истории Репортаж Caliber.Az

Село Сюндю Гобустанского района считается одним из самых древних в Азербайджане. Люди населяли эту территорию еще во времена ранней бронзы. Сюндю также является живым свидетелем геноцида, совершенного армянами в Азербайджане в начале 20-го века. Во время трагических событий 1918-1920 годов его жертвами стали 295 жителей села.

Село находилось на пересечении караванных путей древнего Шелкового пути, славилось своими мастерами, караван-сараями и культурными традициями. Достаточно сказать, что сельская мечеть «Абу Бакр», построенная в 920 году, является одной из самых старых мечетей на территории Кавказа.  Старожилы села утверждают, что мечеть еще древнее и в 920 году ее достроили и расширили.

Прогуливаясь по окрестностям села, можно встретить могилы, собранные из крупных камней. На одном из кладбищ установлены огромные надгробные плиты особой формы, вырезанные из длинных камней и относящиеся к доисламским временам. А самое интересное - далее следуют могилы, покрашенные в ярко-синий, красный и даже зеленый цвета. Впервые вижу такое. По словам местных жителей, у них такой обычай - красить надгробные камни в яркие цвета.

Прибыв сюда, нам не терпелось познакомиться поближе с главным свидетелем событий 1918-1920 годов – пещерой Газянфяр или, как ее называют в народе, «Газянфяр гуюлу».

Но все оказалось не так просто. Сначала мы решили сами найти это место, долго блуждали, и заехали так далеко, что потом целый час выбирались из этой глуши. Как назло, из-за холодной погоды людей было мало, и проводника мы нашли с трудом. Вариз муаллим сказал, что пещера находится недалеко, чему мы обрадовались, остановили машину и решили идти пешком. Правда, на тот момент мы не знали, что понятие «недалеко» у местных жителей довольно абстрактное. Сначала мы шли по ровной поляне, но вскоре подошли к отвесной скале. Я надеялась, что скоро она закончится, ведь нас уверяли, что это очень близко. Однако, когда я увидела маршрут, мне стало слегка не по себе.

Хорошо, если бы дорога была грунтовой, потому что ходить по камням куда сложнее, они просто катятся вниз, едва ступаешь на них. «Нет, нет туда я не пройду», - я решительно остановилась, но Вариз муаллим сказал, что до пещеры шагов 20, не больше. Я просто ползла по камням и отсчитывала эти несчастные 20 шагов. Но…

Пещера находилась на самом отвесном склоне - и какой это склон! Абсолютно голая скала, без уступов, как туда можно подняться? Вы шутите? Но наш фотограф Тапдыг посмотрел на меня строгим взглядом и уверенным шагом направился к пещере, а я тем временем стала спускаться вниз. Однако мои спутники меня остановили и вернули. Но даже дойдя до пещеры, туда очень нелегко попасть. Подняться на нее можно только по железному тросу, свисающему из окна. В любой момент он может оборваться, и все, выжить тут невозможно, потому что уж очень высоко расположена пещера, примерно на высоте пятиэтажного здания. С огромным трудом жители нас подняли по тросу наверх. Наконец-то… Пещера достаточно большая, тут несколько комнат. В «гостиной» расположен каменный диван. Диван в пещере! Я такое вижу впервые. Стены покрыты копотью, все это доказывает то, что здесь жили люди.

Как я заблуждалась, когда думала, что спуститься будет легко. Куда не поставишь ногу, она соскальзывает, камни летят вниз. А ветер еще больше добивает, толкает изо всех сил, мол, чего уж там, если падать, так уж с музыкой. И несмотря на уговоры нашего проводника, я просто села на камни и скатилась вниз. Правда, внизу я была похожа больше на трубочиста, но зато так безопаснее.

А снизу уже спокойно наблюдала за нашим фотографом и пещерой. Это довольно труднодоступное и пустынное место расположено далеко от селения. По словам Вариз муаллима, пещера многие века служила укрытием или местом проживания.

Заслуженный учитель Имран Сабиров рассказал нам, что в 19-м веке ее вырыл гачаг по имени Газянфяр. Он там жил и там же умер. Тут раньше скрывались гачаги.

По словам историка Ровшана Балаева, в этой пещере укрывалось население Сюндю в марте-апреле 1918 года, когда армянские вооруженные отряды учинили геноцид азербайджанского населения, унесший тогда многие тысячи жизней невинных людей.

«В марте, апреле и мае 1918 года, как и во многих регионах Азербайджана, армяне совершили невиданные зверства в этом селе. Во времена Азербайджанской Демократической Республики комиссия, созданная в августе 1918 года, расследовала факты геноцида. Члены комиссии встречались с местным населением в деревнях, где произошел геноцид, официально регистрировали эти встречи, затем провели собрание в деревне Сюндю 8 ноября 1918 года, и был составлен протокол по итогам этих встреч. Из протокола собрания видно, что в апреле 1918 года в Сюндю было 433 дома с населением 2 553 человека. Во время геноцида было подожжено 198 домов, 295 человек погибли», - говорит он.

По словам старожила села Сабзали муаллима, армяне начали свое наступление с севера.

«По плану лидера армяно-большевиков Степана Шаумяна, армянские вооруженные формирования, сосредоточенные в направлении Гозлу-Хилмилли, в апреле 1918 года учинили кровавую расправу над жителями села.

Первые жертвы мы понесли в боях в районе под названием «Дикдаш» между селами Сюндю и Хилмилли. Сначала жители нашего села Гочали Джаби оглу и его жена Тохфа ханум подверглись нападению армян, когда работали на своей земле. Затем артиллерийскому обстрелу подверглось все село. Поскольку у населения не было оружия, люди пытались спасти свою жизнь бегством. Однако их преследовали вооруженные армянские группировки. Были убиты старики и дети. Оставшееся население бежало в Кюрдамир через место под названием Аджидара, а оттуда в город Гянджа, где действовала Азербайджанская Демократическая Республика. Только после того как Кавказская исламская армия пришла для освобождения Баку, местные жители вернулись на родину. Вся эта информация находится в фонде Государственного архива Азербайджана №1061. В 1937 году село Сюндю испытало мучительный террор советской власти. В том году из села депортировали 15 человек», - говорит он.

По словам учителя сельской школы Фарига Гасанова, его отец рассказывал, что в то время в колодце для хранения зерна во дворе спряталась пожилая женщина, которая не смогла убежать и которую было трудно нести.

«Некоторые сельчане спрятались в пещере Газянфяр. После того как армяне покинули этот район, мужчины вернулись в село и подняли женщину из колодца. Мой дедушка Баги помнил шествие Кавказской исламской армии через эти территории в Баку. Я хотел бы упомянуть еще один факт: во время тех событий женщина по имени Умулейла спаслась бегством, взяв своего единственного ребенка. По дороге армяне отняли младенца и застрелили его. Женщине еле удалось бежать. Это ужасное событие она запомнила на всю жизнь», - говорит Гасанов.

Переполненные тяжелыми думами, мы покинули это спасительное место, о существовании которого дашнаки даже не догадывались.

Теперь нам нужно добраться до места, известного в народе как «Аглайан гая» («Плачущая скала»), где струится чистая как слеза вода. Легенда гласит, что это слезы матери по погибшему сыну. Тут нет высоких подъемов, но идти надо по краю пропасти, не смотря вниз, очень внимательно ступать, потому что ступать приходится по сыпучему песку.

Минут через десять слышится шум воды и меня поражает столь резкое преображение природы: позади нас каменистая местность, но стоит сделать пять шагов, и вы попадаете в оазис! Тут растут растения, деревья, причем в декабре все покрыто зеленью и цветет. Вот такой парадокс - настоящий природный спектакль в двух актах. На смотровых площадках не хочется даже разговаривать и щелкать фотоаппаратом. Остается только восхищаться: остановиться, закрыть на мгновение глаза, почувствовать прохладный водный туман, глубоко вдохнуть и задуматься о вечном. Человек, попадая в объятия дикой природы, невольно чувствует себя песчинкой среди ее разнообразия.

Дальше приходится взбираться извилистыми тропами. Впереди болото, причем достаточно топкое. О том, что подниматься до впечатляющего зрелища осталось недолго, можно догадаться по все более плотной водной взвеси, которая ощущается в воздухе. Чувствуется запах еловых иголок, влажного мха и древесной коры. Миллиарды мельчайших водных частиц парят в воздухе и создают туман из брызг.

Оглядываюсь вокруг. Нам надо спуститься по тем скользким камням, удержаться на которых весьма сложно. В качестве спасательных инструментов я вижу лишь камыши справа и разветвленный куст слева. Начнем с куста. Но едва схватившись за него, я резко отдергиваю руку, куст оказался колючим, причем с огромными колючками. Придется обратиться к камышам. Хватаюсь за них изо всех сил и пытаюсь спуститься. Однако камыши тоже оказались предателями, они обрываются, и я оказываюсь по колено в болоте. Но поставила цель – следуй за ней. С трудом выбравшись, вся измазанная, с полными ледяной и грязной воды кроссовками, но с голливудской улыбкой, я двигаюсь к скале, потому что дойти до этого места и отступить для меня равносильно поражению. Фотограф Тапдыг опередил меня и стал кричать, как тут красиво. Не выдержав того, что он дошел первым, я от волнения еще больше залезаю в воду, и дохожу до «Аглайан гая». В душе ругаю себя, что полезла сюда зимой в такой холод, но одновременно горжусь, что не сдалась.

В расщелине затаилось местечко, которое можно назвать настоящим оазисом. Вода огромными каплями сочится со скалы. Это настоящее чудо. Это миллиарды блестящих от солнечного света микроскопических капель. Вся скала покрыта зеленым как изумруд мхом. Будто сейчас не декабрь, а лето в самом разгаре. Впечатляющая картина! В морозы слезы скалы превращаются в удивительные ледяные очертания, покрывающие отвесный склон горы. Чуть ниже образовалось озеро, но чудо в самой скале, действительно, она как будто плачет. Откуда же сочится эта вода? Ведь наверху этой скалы нет никакого водопада или источника воды…Очень интересно. Любой красивый туристический объект обязательно имеет свою легенду. И водопады «Аглайан гая» - не исключение.

По словам гида Гюлирзы муаллима, сын одной женщины по имени Махмарза ушел на рыбалку и не вернулся.

«Его мать искала его до вечера, а вечером узнала, что он утонул в озере около этого места. Это место стали называть Махмарза батан. Раньше это была простая скала, тут не сочилась вода. Мать приходит каждый день к этому месту и рыдала. И однажды она слышит из скалы голос, спрашивающий ее, почему она столько плачет. «Как мне не плакать, умер мой единственный сын», - отвечает она. «С этого дня вместо тебя буду плакать я, обещаю, только не плачь», - говорит ей скала.  После этого с этой скалы начинает струиться вода. Раньше тут были озера, затем их смыло потоком», - рассказывает он.

Имран Сабиров утверждает, что до сих пор ученые не могут определить, откуда просачивается вода в «Аглайан гая».

«Вода течет откуда-то с верхних пластов. Возможно здесь раньше сверху располагалась пещера-овдан. Здесь вода не выходит в форме родника, а сочится со скалы. Эта вода очень сладкая как мед», - говорит И.Сабиров.

Когда мы уже собирались вернуться в Баку, я еще раз обернулась, чтобы посмотреть на село: уже с трудом различались отдаленные предметы; поле неясно белело вокруг; за ним, с каждым мгновением надвигаясь, громадными клубами вздымался угрюмый мрак, ярким пламенем один за другим стали загораться огоньки домов жителей села. В душе было так легко и сладостно, вдыхая тот особенный и свежий запах — запах деревенского вечера.

Если вы любите экотуризм, обязательно занесите эти места в свои маршруты, тем более что таких живописных ущелий в этой местности множество, а само селение насчитывает историю в несколько тысяч лет.

ФОТО: Таптыг Абдуллаев