Иран: новый президент! Новая столица? Месамед и Семиволос на Caliber.Az

Столицу Ирана планируют перенести на юг страны, ближе к побережью Персидского залива. Об этом заявил президент страны Масуд Пезешкиан, сообщает иранское информационное агентство Fars. По словам иранского президента, далее оставлять Тегеран столицей становится невозможным по ряду соображений, в том числе экономических. «Будучи столицей страны, Тегеран сталкивается с проблемами, для которых у нас нет решения, кроме как переместить сам столичный центр. Невозможно развивать страну, продолжая нынешнюю тенденцию. Если мы хотим и дальше привозить в Тегеран с юга и моря ресурсы, превращать их потом в продукцию и снова отправлять на юг на экспорт, это будет все сильнее и сильнее снижать нашу конкурентоспособность», — сказал Пезешкиан. 

По словам Пезешкиана, после того как выбор будет сделан, в новую столицу будут перенесены все госведомства, после чего жителям Тегерана предоставят возможность переехать. 

Любопытно, насколько такая мера может быть актуальной для Ирана? То есть способна ли она помочь Ирану как-то вырулить из сложной экономической ситуации? Ведь она главным образом связана с длительным санкционным режимом, в котором пребывает эта страна. И что тут может принести большой стране перенос столицы? 

Своими мыслями на сей счет поделились с Caliber.Az иностранные специалисты по региону.

Эксперт-иранист, доктор Владимир Месамед из Института Азии и Африки Еврейского университета в Иерусалиме отмечает, что перед Ираном давно стоит вопрос переноса столицы.

«Дело в том, что Тегеран не относится к городам, которые являются традиционно столичными. Он связан только с предпоследней династией Каджаров, которая пришла к власти в конце XVIII века, в 1795 году. Они перенесли столицу в Тегеран, а до этого никакого особого исторического бэкграунда у этого города не было. Мы помним, что в иранской истории много веков столицей был Исфахан. В древнем Иране столица находилась на юге страны, в районе Шираза – это был город Персеполис. Были и другие столицы. Ну, в общем, у Тегерана такого столичного послужного списка достаточно мало», — говорит иранист. 

И для переноса столицы сейчас есть несколько причин, считает он. 

«Во-первых, экономическая. Город отдален от основных центров промышленного, экономического развития страны. Сейчас всё развивается на юге. Именно там свободные экономические зоны. Кроме того, нужно учесть и то, что Тегеран с экологической точки зрения  – это просто трагедия, и об этом много говорят сами иранцы. Там сплошной смог, нечем дышать, город расположен в котловине. Сложилось разделение города на богатые и менее богатые, депрессивные районы. В последние годы, когда начались экономические трудности, Тегеран притянул к себе значительную часть жителей страны, и там сейчас перенаселенность. Проблем очень много, и поэтому Пезешкиан сейчас думает, как выйти из ситуации. Если он действительно перенесет столицу на юг, это будет выгоднее в том плане, что это будет как раз уже центр развития – собственно, Иран как государство и развивался с юга, потому что Шираз и другие районы чисто иранской истории – они ведь на юге. Поэтому это более удобно и более выгодно, экономически целесообразнее. То есть, Пезешкиан идет за теми условиями, которые складываются. Тем более что сейчас опыт переноса столиц довольно развит в мире. Последний такой показательный пример – это перенос столицы из Алматы в Астану. Казахстан не так далеко, это страна Каспийского региона, и у нее много связей с Ираном, по крайней мере сейчас. Поэтому, думаю, президент ИРИ идет по наработанному пути», - сказал доктор. 

Но здесь встает другой вопрос, добавил он. 

«Только ли в местоположении, только ли в географии, только ли в экологических проблемах Тегерана находится ключ для развития страны? Потому что есть и другие причины. Иран должен каким-то образом выйти из изоляции, переориентироваться. Пезешкиан выступает за то, что нужно выходить из изоляции, нужно находить какие-то точки соприкосновения с США, надо выйти на Запад в большом смысле. И именно поэтому сейчас Пезешкиан привлек в свое правительство, например, бывшего главу МИД, человека прозападного направления Мохаммада Джавада Зарифа. Именно поэтому он привлек и другого, условно скажем, реформиста, Аббаса Аракчи, который много лет находился во главе иранской атомной программы, будучи замминистра.

Поэтому, собственно говоря, если будет идти реформистское развитие и они действительно попробуют выйти из изоляции, то для этого им нужно будет добиться какого-то выхода на атомном фронте. Если они сумеют добиться подписания ядерной сделки (СВПД), о чем много говорят в последнее время и с чем согласен Запад. Добро на всё это дает и аятолла Хаменеи, поскольку он привлек реформистов в руководящую сферу. Если атомное соглашение будет подписано, и они найдут точки соприкосновения с Западом и пойдут навстречу его требованиям, естественно, не теряя и своего лица, то тогда может быть снята большая часть санкций с ИРИ, что, в свою очередь, даст доступ к кислороду иранской экономике. И тогда, вкупе с переводом столицы, Иран обретет новое экономическое дыхание. Поэтому эти планы совсем не заоблачные. Это планы реальные. Тут вопрос в том, что нужно будет только провести определенный плебисцит, чтобы узнать мнение граждан страны, хотят ли они этого. Поскольку Иран демонстрирует все-таки некую демократию. Если народ поддержит, то путем перемещения столицы и создания нового очага иранской государственности на новом месте, с нуля, страна может прийти к успеху. Кроме того, в Тегеране очень высокая коррупция, там наблюдается засилье кланов, а перенос столицы позволит снять давление кланов, и, может, всё станет гораздо чище, экономическое движение станет более стабильным и динамичным», — полагает Месамед. 

В свою очередь исполнительный директор Центра ближневосточных исследований (Киев) Игорь Семиволос заявил, что предложение, честно говоря, странное. 

«С тех пор как Тегеран стал столицей Ирана при первых Каджарах, он был и остается ключевым политическим, экономическим, научным центром современного Ирана. Представить эту страну без Тегерана как столицы практически невозможно. Аргумент о транспортировке продукции также не выдерживает критики, такое впечатление, что эту продукцию возят ослами. Совпадение, но интересно, что в России также начали вдруг размышлять о переносе столицы, точнее, пока лишь высказались о такой опции как о нецелесообразной», — говорит исследователь.

Он задается вопросом: если приведенные аргументы не выглядят серьезными и весомыми, то почему вдруг иранское руководство поднимает эту тему?

«Вполне возможно, что пребывание правительства в Тегеране может в будущем стать ловушкой, если вдруг начнется антиправительственное восстание. А почему оно вдруг начнется? Ну, скажем, из-за идеального шторма, в который иранский режим может легко попасть. Экономика в глубоком пике, дыра в бюджете, убийственная коалиция с Москвой, санкции, угроза большой войны, которая разрушит иранскую инфраструктуру — на юге, кстати, в первую очередь, бах, и вот déjà vu 1979 года. Или, гм... Они перепугались новых украинских дронов, которые на днях ударили по Москве и, по словам главы украинской военной разведки Буданова, могут легко преодолеть расстояние в 1000 км. Тегеран уже почти на мушке, и есть за что. Всё может быть», — заключил Семиволос.