Пекин — Баку — Анкара: Средний коридор — арена трёхстороннего партнёрства Жампетова и Исмаил на Caliber.Az

Подписанное в Пекине в ходе государственного визита президента Азербайджана Ильхама Алиева «Совместное заявление об установлении отношений всестороннего стратегического партнерства» открывает широкий спектр возможностей и предоставляет Баку ощутимый карт-бланш для действий как на Южном Кавказе, так и за его пределами — в том числе в развитии транзитного потенциала Среднего коридора с выходом на Европу. Очевидно, что в этой связи важную роль играет и Анкара — как главный союзник Баку, а также один из главных транзитёров указанного маршрута.

Существенным фактором в развитии этой логистической цепи является и то, что Средний коридор пересекает территорию стран Центральной Азии и Южного Кавказа, соединяя тюркские государства в единую логистическую структуру, способствуя их сближению и многостороннему сотрудничеству. 

Возникают закономерные вопросы: какие планы у Анкары в этом направлении? Как она оценивает укрепление связей между Баку и Пекином? 

По мнению тюрколога, PhD кафедры медиакоммуникаций и истории Казахстана Международного университета информационных технологий Айгерим Жампетовой, геополитический ландшафт Центральной Азии и Южного Кавказа в последнее время переживает заметные трансформации, открывая перед странами региона новые стратегические перспективы.

Одним из ключевых событий, по её словам, стало недавнее посещение президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым Китая, по итогам которого были подписаны около 20 соглашений в таких приоритетных сферах, как транспорт, инвестиции, цифровая трансформация и образование.

По мнению эксперта, визит демонстрирует стремление Баку укреплять многовекторную внешнюю политику и занимать более активную позицию в евразийских интеграционных проектах. 

«Формирующееся сотрудничество между Азербайджаном и Китаем базируется не только на взаимном экономическом интересе, но и на стратегическом понимании важности Среднего коридора — маршрута, соединяющего Восточную Азию с Европой через Центральную Азию, Каспий и Кавказ.

Азербайджан, обладая ключевым логистическим потенциалом, становится важным звеном в реализации китайской инициативы «Один пояс — один путь». При этом, несмотря на то, что Китай — это мощный политический игрок, Турция готова конструктивно воспринимать укрепление связей Баку с Пекином — как часть более широкой политики регионального сотрудничества, в которой Анкара играет активную роль.

Турция, вероятно, будет стремиться использовать новые логистические маршруты для расширения торговли и укрепления своей роли как транзитного хаба между Востоком и Западом, поддерживая курс на экономическую интеграцию. 

Анкара стремится сохранить баланс: укреплять сотрудничество с Азербайджаном в рамках Шушинской декларации, одновременно интегрируясь в более широкие транспортные и инфраструктурные инициативы, включая поддерживающиеся Китаем. Турция также отлично видит выгоды и стремится встроиться в евразийские логистические маршруты. 

В условиях роста значения транспортного пути Китай — Казахстан — Азербайджан — Турция — Европа, Анкара заинтересована в его модернизации и согласовании с собственными инфраструктурными проектами. Это включает развитие Транскаспийского международного транспортного маршрута, способного укрепить статус Турции как ключевого звена в цепочке транзита между Китаем и европейскими странами», — сказала А. Жампетова.

Турецкий политолог, профессор Университета Кахраманмараш Сютчу Имам Тогрул Исмаил считает, что заключение расширенного стратегического соглашения между Азербайджаном и Китаем, безусловно, представляет интерес и для Турции — особенно в контексте реализации стратегии Анкары по усилению своей роли в евразийском транзите, энергетике и геополитике. По его словам, Турция уже активно позиционирует себя как важный элемент Среднего коридора, и углубление связей Баку с Пекином может открыть для неё ряд новых возможностей, а также определённые вызовы.

«Анкара оценивает укрепление отношений между Баку и Пекином как позитивный сигнал для региональной интеграции. В том числе и потому, что Турция традиционно рассматривает тесные связи Азербайджана с другими крупными державами как средство укрепления общей тюркской и евразийской кооперации. 

Пекин также заинтересован в диверсификации транспортных маршрутов, особенно на фоне геополитических напряжений в России и нестабильности на морских маршрутах — а это само собой усиливает роль Турции как «ворот в Европу». Однако Турция может начать настороженно следить за возможным усилением китайского влияния в Южном Кавказе и на Каспии, если это будет происходить в обход турецких интересов или с ограничением её участия в логистических схемах», — заметил Т. Исмаил.

По его мнению, в треугольнике Баку — Пекин — Анкара для Турции существуют очевидные выгоды, и Анкара это прекрасно понимает и учитывает.

«В первую очередь, это рост транзитных доходов за счёт увеличения грузопотока по маршруту Китай — Казахстан — Азербайджан — Грузия/Турция — Европа, а также усиление политической роли Анкары как ключевого посредника и партнёра в евразийской торговле. Такое сотрудничество важно для Турции как стимул развития собственных инфраструктурных проектов (например, железная дорога Баку — Тбилиси — Карс, порты в Мерсине и Стамбуле), а также углубления взаимодействия с Китаем в рамках инициативы «Один пояс — один путь»», — полагает Т. Исмаил.

Потенциальные инициативы Анкары, по его мнению, будут включать активизацию Совета тюркских государств как политико-экономической платформы для координации евразийских проектов, а также расширение логистических соглашений с Азербайджаном, Грузией и странами Центральной Азии.

«Турция, несомненно, будет стремиться к укреплению политико-экономического диалога с Китаем, чтобы сохранить паритет интересов в рамках Среднего коридора. Она также займётся развитием цифровой инфраструктуры и логистических хабов на своей территории. Анкара, как прагматичный игрок, вероятно, будет стремиться встроиться в китайско-азербайджанские договорённости, усиливая собственную ценность как незаменимого элемента этих схем», — резюмировал Т. Исмаил.