Полмиллиона голосов за прошлое Главный вызов для Армении

Центральный совет «Ай Дат», лоббистская структура партии «Дашнакцутюн», 26 июня выступил с заявлением, направленным против Никола Пашиняна. В частности, премьеру вменяется в вину то, что он «игнорирует около полумиллиона избирателей, проголосовавших на недавних выборах за силы, не смирившиеся с потерей Карабаха», и в целом «отказывается от всего армянского и общенационального».

Поводом для этой эскапады послужили слова самого Пашиняна: накануне премьер прямо заявил, что лобби АРФД «Дашнакцутюн» в Конгрессе США продвигает инициативы для возрождения так называемого «карабахского движения», и назвал эти действия втягиванием Армении в новую авантюру. Таким образом, сложилась показательная картина: армянский лидер публично обвиняет реваншистское лобби в авантюризме, лобби в ответ предъявляет ему обвинения в национальном предательстве. И в этой сцене заключён вопрос, ответа на который пока нет: «Что официальный Ереван намерен делать дальше, кроме обмена репликами?»

Стоит отдать Пашиняну должное: на словах он занял позицию более внятную, чем от него можно было ожидать. Назвать реваншистскую повестку авантюрой, а инициативы диаспорального лобби в Конгрессе — внешней игрой, направленной против интересов самой Армении, это уже не та обтекаемая риторика, к которой Ереван прибегал годами. Премьер, по сути, признал очевидное: люди, выдающие себя за защитников армянских интересов в Вашингтоне и европейских столицах, тянут страну назад, в тот самый конфликт, который дорого ей обошёлся. Признание правильное. Проблема в том, что между признанием и действием в армянской политике пролегает пропасть, и пока Пашинян не делает ни одного шага, чтобы ее сократить.

А ведь обязательство сделать этот шаг на нём лежит: мирную повестку, закреплённую в Вашингтоне в августе 2025 года, подписывал не один Азербайджан — её подписывала и Армения. Подпись под документом о мире означает не пассивное согласие не воевать, а активное обязательство выстраивать мир: признавать территориальную целостность соседа, отказываться от претензий, гасить, а не подогревать реваншистские настроения. Это – системная работа, и Ереван не может одновременно ставить подпись под миром и разводить руками, когда её собственная диаспора и внутренние реваншисты этот мир торпедируют. Позиция «это не наша инициатива, это лобби» здесь не проходит: лобби действует от имени Армении, опирается на армянский электорат и работает на армянскую реваншистскую повестку, а значит, ответственность за него несёт армянское государство.

До сих пор против реваншистских структур боролся преимущественно Азербайджан — в одиночку. Баку год за годом разбирал на международных площадках деятельность зарубежных «представительств» канувшего в Лету сепаратистского образования, вскрывал механику антиазербайджанских резолюций, документировал клевету, поступавшую из диаспоральных организаций. Армения в это время держалась в стороне, как будто всё это происходит не от её имени и не в её информационном поле. Но мир, подписанный обеими сторонами, делает такую отстранённость невозможной; Ереван обязан бороться с его противниками теми же средствами, что и Баку — дипломатическими, правовыми, информационными, причем как внутри страны, так и за рубежом.

При этом внутреннее измерение этой борьбы важнее внешнего, потому что именно дома вызревает то, что потом транслируется наружу. Полмиллиона голосов за реваншистскую повестку на выборах — это не статистическая случайность и не результат происков диаспоры. Это — итог десятилетий, в течение которых в Армении методично культивировалась этническая ненависть к азербайджанцам посредством медиа и политической риторики, а главное — через систему образования. Учебники, по которым выросло несколько поколений армян, формировали образ соседа как «извечного врага», а оккупацию чужих земель преподносили как «священную миссию».

Ребёнок, которому со школьной скамьи внушают, что рядом живёт «народ-враг», вырастает избирателем, который голосует за реванш не по злому умыслу, а по впитанной с детства картине мира. Азербайджанская сторона неоднократно предъявляла международному сообществу свидетельства этой работы, в том числе материалы, обнаруженные на освобождённых территориях, где школьные пособия открыто проповедовали вражду. Полмиллиона реваншистских голосов — прямой урожай этих посевов, и пока почва остаётся отравленной, каждый новый избирательный цикл будет давать тот же всход. Никакая дипломатия не перевесит того, что закладывается в головы в первом классе.

Отсюда следует, что подлинная борьба с реваншизмом не сводится к закрытию пары зарубежных офисов или резким репликам в адрес «Дашнакцутюна». Она требует от армянского государства куда более трудной работы — пересмотра того, чем десятилетиями кормили общественное сознание. Проповедь мира и добрососедства должна звучать не на международных брифингах для внешней аудитории, а внутри страны, в школе, в публичном пространстве, там, где формируется завтрашний избиратель. Именно здесь проходит граница между миром настоящим и миром декларативным.

Настоящий мир требует мужества повернуться против собственных реваншистов — а это всегда тяжелее, чем против внешнего противника, потому что бьёт по чувствительным струнам национального самолюбия и вызывает обвинения в предательстве, ровно те, что уже бросает Пашиняну «Ай Дат». Декларативный мир обходится дешевле: подписать документ, произнести правильные слова, а дальше пустить на самотёк, спрятавшись за формулой про неподконтрольное лобби. Пашинян пока балансирует между этими двумя вариантами, и его словесная отповедь реваншистам — обнадёживающий, но недостаточный знак. Слова проверяются делами, а дел, которые подтвердили бы серьёзность намерений, Ереван пока не предъявил.

Азербайджан свою часть пути прошёл: восстановил территориальную целостность, предложил мир, закрепил его подписью и наполняет конкретными шагами. Очередь за Арменией, и это не про подпись, которая уже стоит, а про то, что за ней должно последовать.