Французские рефлексы В Париже продолжают звучать неприемлемые заявления в адрес Баку
Не успели мы в полной мере насладиться тем, что представители французской власти стали реже делать одиозные заявления в адрес Азербайджана, как Париж вновь напомнил о себе. На этот раз отличился министр-делегат Франции по вопросам внешней торговли и инвестиционной привлекательности, министр по делам Европы (должность находится в ведении МИД Франции) Николя Форисье.

10 ноября, выступая в Сенате, в ответ на вопрос сенатора Мари-Арлетт Карлотти о судьбе армянских переселенцев из Карабаха и армянских заключённых в Азербайджане, он заявил, что нерешённые гуманитарные вопросы должны рассматриваться в рамках процесса нормализации армяно-азербайджанских отношений. При этом министр подчеркнул, что решение вопроса об освобождении заключённых является предварительным условием нормализации. Франция, по его словам, продолжает призывать к освобождению всех лиц, которых считает произвольно задержанными. Словно этого было недостаточно, Форисье вновь напомнил, что Франция решительно осудила военную операцию Азербайджана в «нагорном Карабахе» и выразил сожаление в связи с тем, что армянское население практически полностью покинуло регион. «Все, кто желает вернуться в места своего проживания, должны иметь возможность сделать это свободно и в безопасных условиях», — заявил французский министр.

Мы не ставим себе цели проводить политико-правовой ликбез для Форисье и представляемого им правительства Франции, разъясняющий неправомерность его высказываний, тем более что эту задачу фактически уже выполнил пресс-секретарь МИД Азербайджана Айхан Гаджизаде. Нас сейчас больше интересуют причины подобного поведения Парижа. Ведь заявления Форисье прозвучали в момент, когда отношения Азербайджана и Франции, казалось бы, начали выходить из затяжного кризиса. Что же заставляет французскую сторону вновь возвращаться к риторике, от которой она, судя по всему, уже пыталась дистанцироваться? Здесь мы имеем дело с сочетанием нескольких факторов.
Первый фактор — традиционная поддержка армянской повестки во французском обществе, причём не только в определённых общественных кругах, но и среди политического истеблишмента. Армянская община во Франции достаточно многочисленна, хорошо организована и обладает заметными возможностями влиять на общественную и политическую жизнь страны. Её представители на протяжении десятилетий выстраивали отношения с французскими политиками, парламентскими группами и общественными организациями. В результате армянская тематика давно перестала быть исключительно вопросом исторической памяти или гуманитарной солидарности: она превратилась в устойчивую составляющую французской внутриполитической повестки.
Второй фактор, тесно связанный с первым и не позволяющий ему «остыть», — политический лоббизм, который не прекращается ни на час. Представители армянского лобби последовательно работают с депутатами, сенаторами, политическими партиями и муниципальными властями, формируя устойчивую сеть сторонников армянской позиции.
Наконец, третий фактор — геополитический. Французская внешняя политика традиционно болезненно воспринимает усиление Азербайджана, особенно в сочетании с укреплением стратегического партнёрства Баку и Анкары. После Второй Карабахской войны и восстановления полного суверенитета Азербайджана над своими территориями региональный баланс существенно изменился. Турция и Азербайджан стали играть всё более заметную роль в формировании новой архитектуры Южного Кавказа, а также в развитии транспортных и энергетических связей между Европой и Центральной Азией. Для Парижа, привыкшего считать себя одним из влиятельных внешних игроков региона, это означает сокращение прежних возможностей воздействия на региональные процессы.
Все три фактора в конечном итоге способствуют воспроизводству одной и той же политической конструкции. Добровольный исход армянского населения из Карабаха продолжает преподноситься преимущественно как насильственное изгнание, а судебные процессы в Азербайджане в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких преступлений или уже осуждённых за них, — как вопрос «пленных», который должен решаться под внешним политическим давлением. Поддерживая подобную повестку, Париж фактически сохраняет пространство для реваншистских настроений в Армении. Вместо того чтобы способствовать окончательному преодолению последствий конфликта и формированию новой системы региональных отношений, французская сторона продолжает возвращать стороны к вопросам прошлого противостояния. А это объективно осложняет процесс примирения и оставляет возможности для внешнего воздействия на него.

Всё перечисленное всё больше напоминает артефакты прежнего этапа регионального противостояния. Отношения Азербайджана и Франции находятся в процессе перезагрузки. В октябре 2025 года Ильхам Алиев и Эммануэль Макрон встретились на полях саммита Европейского политического сообщества в Копенгагене и, в числе прочего, обменялись мнениями о нынешнем состоянии и перспективах отношений между странами. В феврале 2026 года Ильхам Алиев охарактеризовал эту встречу как позитивную и сообщил, что они с Макроном договорились «нажать на кнопку перезагрузки отношений». В мае 2026 года Макрон в послании азербайджанскому Президенту по случаю Дня Независимости вновь выразил намерение работать над восстановлением отношений, подчеркнув потенциал сотрудничества в экономике, культуре, образовании и региональной политике. Ещё одним фактором, способствующим нормализации отношений, стало решение Президента Азербайджана помиловать в сентябре 2026 года гражданина Франции Мартина Райана, ранее осуждённого за шпионаж.
У этой перезагрузки есть вполне прагматичная основа. Южный Кавказ постепенно превращается в важный узел транспортных, энергетических и торговых коммуникаций, связывающих Европу с Центральной Азией. Азербайджан в этой конфигурации обладает особым значением благодаря своему географическому положению, энергетическим возможностям и отношениям с тюркским миром. Игнорировать эту реальность — значит добровольно отказываться от значительной части возможностей для собственной внешней политики.
Показательно, что сама Франция, развивая стратегическое партнёрство с Арменией, одновременно декларирует стремление восстановить нормальные отношения с Азербайджаном. В принципе, противоречия здесь могло бы и не быть: Париж вполне способен поддерживать Ереван, не превращая это в инструмент давления на Баку. Но для этого необходимо отказаться от привычки рассматривать Южный Кавказ исключительно через оптику армянского реваншизма и конфликтного управления.
Здоровые прагматические силы во Франции, безусловно, понимают, что без конструктивных отношений с Азербайджаном невозможно выстраивать полноценную политику ни на Южном Кавказе, ни в более широкой географии Центральной Азии. Вопрос лишь в том, насколько быстро это понимание сможет преодолеть инерцию старых политических рефлексов.
Ведь перезагрузка отношений — это ещё и готовность признать, что регион изменился, прежние подходы больше не работают, а Азербайджан не поддается внешнему политическому воздействию. Судя по заявлению Николя Форисье, до такого понимания в Париже пока добрались не все.







