Призрак Карибского кризиса: что сдерживает Вашингтон от силового сценария против Кубы? Статья Матанат Насибовой

Несмотря на продолжающееся военное противостояние на Ближнем Востоке, разговоры о том, что Соединенные Штаты намерены провести военную операцию против Кубы, по-прежнему муссируются как в мировом информационном поле, так и в политическом сообществе.

В частности, на это явственно указывает информация ведущих мировых СМИ: к примеру, телеканал CBS News со ссылкой на ряд американских чиновников недавно сообщил, что Пентагон изучает различные сценарии против Кубы, включая высадку десанта: «Военные планировщики в последние недели рассматривали ряд возможных вариантов действий против острова, включая армейскую воздушно-штурмовую операцию с участием тысяч американских солдат, которую проведет 101-я воздушно-десантная дивизия, единственное подготовленное для такой задачи подразделение». Ранее CBS News распространил информацию о том, что военные обсуждали Кубу на плановом брифинге, но при этом подчеркнул, что это вовсе не говорит о том, что президент США или Пентагон приняли окончательное решение о проведении операции на Острове Свободы.

Вместе с тем в последние месяцы администрация Дональда Трампа не оставляет попыток оказать давление на Гавану, чтобы убедить ее сменить политический курс. К примеру, Вашингтон ввел санкции против Кубы и фактически взял ее в «энергетическую блокаду», что привело к масштабному энергокризису в стране.

Кроме того, американским санкциям подверглись кубинский президент Мигель Диас-Канель, его супруга и иные ключевые представители кубинского истеблишмента. Действия США очень характерно обосновал госсекретарь Марко Рубио, отметивший, что «те, кто попал под санкции, руководят режимом или финансируют его, а также его усилиями по мобилизации радикальных революционных движений в Соединенных Штатах и по всему миру».

При этом риторика главы Белого дома в отношении Кубы отличается большей эпичностью. Так, в июне в интервью американскому новостному изданию Axios Дональд Трамп допустил возможность проведения операции для смены кубинского руководства, наподобие той, которая привела к свержению президента Венесуэлы Николаса Мадуро. Это высказывание дополнила и речь президента по случаю Дня независимости США, произнесенная у горы Рашмор, что само по себе символично, и пронизанная антикоммунистическим трендом, что вполне можно воспринимать как едкий выпад в адрес Кубы.

В Гаване, соответственно, на все это закрывать глаза не стали. Президент Канель выступил с рядом резких заявлений, отметив, в том числе, что американская «политическая слепота дополняет карательные меры, примененные в последние недели против страны и призванные навредить кубинскому народу, что может привести к эскалации конфликта между Кубой и Соединенными Штатами». «Агрессия и извращенная политика правительства США столкнутся с нашей решимостью», — написал он в соцсети Х.

Как гласит опыт человеческой цивилизации, за словесной пикировкой сторон, как правило, следует этап, когда говорить начинает оружие. С учетом этой исторической данности попробуем проанализировать вероятность практической реализации Соединенными Штатами военной операции против Кубы.

Итак, первое, что следует отметить в этом контексте — на данный момент США в отношении Гаваны предпочитают действовать методом давления и санкций. И этот выбор, надо полагать, обусловлен тем, что значительная часть американского военного потенциала задействована на Ближнем Востоке, что подтверждают и данные, приведенные NBC News, который ссылается на внутренние документы Пентагона: реальные затраты Вашингтона на военные действия против Ирана на данный момент оцениваются в сумму, достигающую 100 млрд долларов. 

Эксперты, в свою очередь, утверждают, что реальные затраты Министерства войны втрое превышают озвученные официально, особенно если учитывать интенсивность ударов и морскую блокаду. Кроме того, американский бюджет терпит крупные убытки из-за уничтожения истребителей F-15E и беспилотников Reaper.

Вместе с тем специалисты отмечают резкий рост государственного долга, который на фоне войны и дефицита федеральной казны резко увеличился, что вкупе с повышением ставок рефинансирования приводит к существенному удорожанию обслуживания долговых обязательств. Второй момент заключается в том, что американское вторжение на остров может вызвать резкую критику со стороны большинства стран Латинской Америки и союзников США в Европе, что нанесет серьезный удар по международному имиджу Вашингтона.

Третий аспект представляется архиважным, поскольку проецирует ситуацию уже в геополитическую область, в силу чего на нем следует остановиться подробнее. В 1962 году после Карибского кризиса США и СССР достигли договоренностей, согласно которым Вашингтон обязался не вторгаться на Кубу и в обмен получал вывод советских ядерных ракет с острова. Единственным поводом для нарушения американской стороной этих договоренностей может стать прямая угроза национальной безопасности Америки, исходящая от Гаваны. 

Говоря простыми словами, Соединенные Штаты могут счесть договоренности утратившими силу только в том случае, если Куба самостоятельно либо при поддержке третьих стран разместит на своей территории ядерные боеголовки и баллистические ракеты. Однако так как со стороны Острова Свободы никаких поползновений на этом векторе не наблюдается, американская военная операция против Кубы сквозь призму международного права будет расценена как грубое нарушение имеющихся соглашений и интервенция. Это может вовлечь в гипотетическое американо-кубинское противостояние третьи стороны, ведь Гавана еще со времен «холодной войны» поддерживает тесные связи с Россией и Китаем.

Таким образом, в силу указанных факторов вероятность того, что Соединенные Штаты в ближней или среднесрочной перспективе предпримут военный сценарий в отношении Кубы, практически равна нулю. Однако спрогнозировать, как будут развиваться события после завершения Вашингтоном своей «иранской кампании», достаточно сложно, ведь ситуация в мире меняется практически ежечасно.