Дипломатический пасьянс Послание Зеленского и ответ Путина

Одним из наиболее заметных информационно-политических событий последних дней стало открытое письмо Владимира Зеленского Владимиру Путину, вызвавшее широкий резонанс и породившее многочисленные комментарии со стороны российских, украинских, американских и европейских политиков, а также политологов и журналистов. Мнения при этом разделились: одни считают письмо удачным политическим ходом украинского президента, другие, напротив, называют его бесполезным, подчеркивая спорную стилистику послания. На наш взгляд, в данной ситуации целесообразно опираться на факты и выстраивать холодный анализ происходящего в контексте более чем четырехлетней полномасштабной российско-украинской войны.

Итак, начнем с того, что Владимир Зеленский и Владимир Путин встречались лично лишь один раз — на саммите «нормандской четверки» в Париже в декабре 2019-го. Эта встреча стала важным политическим эпизодом и широко обсуждалась в медиа.

Тогда в публичном пространстве действительно были распространены кадры, на которых Зеленский, деликатно выражаясь, слишком эмоционально реагирует во время выступления Путина, которые впоследствии были многократно интерпретированы как символические и политически значимые. Вполне логично, что подобные визуальные образы, независимо от их толкования, не остались незамеченными российской стороной, что, по мнению ряда наблюдателей, могло оказать влияние на последующие решения Кремля по украинскому направлению.

В контексте обсуждения переговорного процесса и возможных политических обещаний нередко вспоминаются и высказывания бывших украинских чиновников. Так, экс-глава Офиса президента Украины Андрей Богдан в сентябре 2020-го в интервью проекту «В гостях у Дмитрия Гордона» утверждал, что в рамках двустороннего общения российский президент якобы проявлял уважительное отношение к Зеленскому, и отметил следующее: «Из того, что я вижу сегодня, мне кажется, что мы его (Путина — прим.авт.) жестко кинули. Наобещали одно — сделали ничего».

Позднее аналогичные тезисы были развиты и бывшим пресс-секретарем главы Украинского государства Юлией Мендель, заявившей в интервью американскому журналисту Такеру Карлсону, что в 2019 году на встрече в Париже Владимир Зеленский якобы лично пообещал Владимиру Путину, что Украина «никогда не вступит в НАТО». Мендель подчеркнула, что это была частная беседа лидеров в рамках «нормандского формата», и она входила в узкий круг ее участников. По ее словам, украинский президент тогда исходил из того, что у страны не имелось реальных перспектив для вступления в альянс.

И здесь, полагаем, следует отметить, что и в настоящее время представители ведущих европейских государств и руководство Североатлантического блока на постоянной основе заявляют, что процесс вступления Украины в НАТО является сложным, длительным и требующим значительных институциональных изменений.

Отдельного внимания заслуживает изменение риторики Владимира Зеленского относительно возможных переговоров с российским руководством. В частности, в декабре 2022 года в интервью французскому телеканалу LCI он заявлял следующее: «Я знаю, что некоторые предлагают сесть за стол переговоров с ним (с Путиным), но я не знаю, что нам обсуждать»; в январе 2023-го в интервью британскому Sky News, отвечая на вопрос о возможной встрече с российским президентом, сказал, что ему «это не интересно. Неинтересно встречаться, неинтересно говорить».

Далее. Выступая на заседании Совета Безопасности ООН в рамках Генеральной Ассамблеи в сентябре 2024-го, украинский лидер подчеркнул, что конфликт «невозможно прекратить просто переговорами» и необходимы конкретные действия, сформулировав такой тезис: «Россия может быть только принуждена к миру». При этом на сегодняшний день вопрос: «Способен ли Киев принудить Москву к миру на своих условиях?» — остается риторическим.

Продолжая размышления, напомним, что в некоторых интервью Зеленский использовал крайне жесткие выражения в адрес российского руководства: изданию The Economist в январе 2024 года он заявил, что «Путин чувствует слабость, как зверь, потому что он и есть зверь. Он чувствует кровь, он чувствует свою силу. И он съест вас на ужин со всеми вашими ЕС, НАТО, свободой и демократией». 

Помимо этого, в публичном дискурсе фиксировались его эмоциональные эпитеты в адрес Путина, такие как «неадекватный», «глухой», «мамонт» и прочее. Подобная риторика однозначно не осталась за скобками внимания российской стороны и в значительной степени усилила уровень политической и эмоциональной конфронтации между странами. С учетом этого возникает закономерный вопрос: «Насколько реалистичны переговоры между лидерами в условиях столь глубокой взаимной делегитимации образов друг друга?»

На фоне всей этой предыстории ключевым элементом становится само открытое письмо Зеленского Путину, в котором он предлагает определить дату возможной встречи. С точки зрения логики предыдущих заявлений украинского президента, данный шаг выглядит неоднозначно и вызывает различные интерпретации.

Скептическая точка зрения, озвученная экс-депутатом Верховной рады Бориславом Березой, заключается в том, что письмо не мотивирует российскую сторону к переговорам, поскольку может восприниматься как проявление слабости или политического давления.

Он также выделил внутриполитический аспект: в своей публикации в Facebook Береза отметил, что подобные информационные события могут выполнять функцию переключения общественного внимания с чувствительных внутренних тем: «Внимание общества снова переключили. Хотите ответы на вопрос — кто такой Вова, для которого строят дом в «Династии» рядом с Андреем? Ничего не получите. Обсуждайте письмо. Хотите ответ на вопрос о сроках службы и где брать деньги на повышение зарплат военным? Обсуждайте письмо. Хотите ответы на вопрос о плане власти по завершении войны, или где наша баллистика? Слишком многого хотите. Обсуждайте письмо. И на все остальные вопросы ответов не будет, как не будет и честного разговора с обществом о болезненных темах».

И если говорить откровенно, то с указанным выше мнением сложно спорить, тем более что с точки зрения конкретики основной вопрос звучит так: «Какие цели преследовал данный дипломатический жест президента Украины в условиях, когда интенсивность конфликта только возрастает, позиции сторон остаются диаметрально противоположными, а уровень взаимного недоверия крайне высок?» При таком раскладе вероятность скорых переговоров на высоком уровне остается минимальной, независимо от количества публичных инициатив или открытых писем.

В то же время российская сторона отнюдь не демонстрирует готовности к изменению своей позиции, о чем говорит и реакция Владимира Путина на послание украинского лидера. Выступая на пленарной сессии Петербургского международного экономического форума, президент РФ ответил на вопрос о письме Зеленского, подтвердив, что его пресс-секретарь Дмитрий Песков ознакомил его с ним: «Утром Песков бумажку подсунул». Комментарии, как принято говорить, здесь излишни.