На перекрестке маршрутов Политические месседжи Ильхама Алиева из Нахчывана

Интервью Президента Азербайджана Ильхама Алиева Азербайджанскому телевидению по итогам поездки в Нахчыван фактически представило его видение роли Автономной Республики в будущей транспортной архитектуре Южного Кавказа, и особое внимание в данном контексте было уделено Зангезурскому коридору.

Примечательно, что глава государства подробно возвращается к истории вопроса и напоминает, что идея Зангезурского коридора была азербайджанской инициативой, а его включение в трехстороннее заявление от 10 ноября 2020 года стало результатом понимания Ереваном бессмысленности сопротивляться требованиям Баку на фоне окружения армянской армии в Карабахе. Тем не менее, как указал Алиев, последующие пять лет практически не принесли никакого продвижения: Ереван затягивал процесс, а Россия по тем или иным причинам не смогла обеспечить выполнение соответствующего пункта соглашения.

Перелом, согласно Президенту, произошел только после подключения Соединенных Штатов. Алиев отметил, что весной прошлого года Вашингтон начал активно участвовать в процессе нормализации отношений между Азербайджаном и Арменией, а итогом стал Вашингтонский саммит 8 августа 2025 года, на котором был запущен проект TRIPP — маршрут, соединяющий основную территорию Азербайджана с Нахчываном через территорию Армении. Более того, глава государства отдельно подчеркивает, что всего несколько дней назад вновь обсуждал этот вопрос с Дональдом Трампом, и оба лидера подтвердили уверенность в скорой реализации маршрута.

Эта деталь имеет принципиальное значение. Если раньше Армения, несмотря на обязательства по трехстороннему заявлению, пыталась представить вопрос коридора как предмет спора между Баку и Ереваном, то теперь Зангезурский коридор предстает как международный проект с американскими политическими гарантиями. Тем самым обеспечивается не только законное требование Баку восстановить сухопутную связь с Нахчываном. TRIPP становится частью более широкой архитектуры, в которой участвуют США, другие потенциальные международные инвесторы и крупные логистические игроки. При этом Алиев подчеркивает, что реализация проекта отвечает интересам не только Азербайджана, но и Армении, которая, по его словам, сможет воспользоваться открытием новых транспортных коммуникаций и расширением экономических связей.

Президент прямо говорит, что сегодня проект уже нельзя рассматривать исключительно как транспортный. Помимо автомобильной и железной дороги, в него должны войти линии электропередачи, оптоволоконная инфраструктура, а в перспективе — нефтепроводы и газопроводы. Фактически речь идет о создании полноценного евразийского инфраструктурного коридора. Особое внимание Алиев уделяет энергетике. По его словам, проект высоковольтной линии через территорию Армении уже полностью подготовлен, а в Джебраиле заранее построена преобразовательная подстанция, предназначенная именно для будущего энергетического коридора. При этом Президент отмечает, что энергетическая составляющая TRIPP принесет выгоду и Армении: после ожидаемого в будущем вследствие различных причин закрытия Мецаморской АЭС, эта страна сможет использовать новый энергетический коридор для импорта электроэнергии.

Не менее показательна трансформация роли самого Нахчывана. На протяжении десятилетий Автономная Республика воспринималась прежде всего как изолированный эксклав, безопасность которого требовала особых усилий. Именно этим Алиев объясняет масштабные вложения в оборону НАР и создание Отдельной общевойсковой армии, являющейся неотъемлемой частью ВС Азербайджана. Теперь эти меры также способствуют обретению Нахчываном новых глобальных функций.

Согласно видению главы государства, Нахчыван должен стать крупнейшим транспортным, энергетическим и промышленным узлом Южного Кавказа. Президент приводит вполне конкретные ориентиры: пропускную способность железной дороги предполагается увеличить до 15 миллионов тонн грузов. При этом речь идет уже не только о соединении Азербайджана с Нахчываном, но и о включении маршрута одновременно в коридоры Восток— Запад и Север — Юг. Тем самым Автономная Республика превращается из изолированного эксклава в ключевой транспортный узел региона.

Особенно примечательно, что Алиев впервые подробно описывает второе направление коридора Север — Юг. Помимо традиционного маршрута через Астару, появляется альтернативная железнодорожная ветка через Зангезур, Нахчыван и иранскую Джульфу. Фактически Азербайджан предлагает дополнительный маршрут, который делает всю систему региональной логистики более гибкой и одновременно повышает стратегическое значение самого Нахчывана.

Еще одной темой выступления Алиева стало предложение создать международный консорциум для реконструкции Нахчыванской железной дороги. При этом глава государства сразу оговаривает определяющее условие: контрольный пакет должен оставаться у Азербайджанского государства. Тем самым Баку демонстрирует готовность привлечь иностранный капитал, не передавая при этом политический контроль над стратегической инфраструктурой.

Интересно и упоминание Европейского союза, представители которого уже посетили Нахчыван и проявили интерес к участию в проекте. На фоне того, что именно ЕС активно продвигает альтернативные транспортные маршруты между Европой и Центральной Азией, этот сигнал выглядит вполне закономерным. Вместе с американской поддержкой TRIPP глобальные транзитные пути через Азербайджан и Армению получают еще одну потенциальную международную опору.

Главный вывод из интервью заключается не столько в деталях строительства дорог или энергетических объектов, сколько в изменении самой логики азербайджанской политики. Алиев фактически фиксирует завершение первого этапа политических диспутов по открытию Зангезурского маршрута. Если предыдущие годы были посвящены спорам о самом принципе разблокирования коммуникаций, то теперь Баку ведет разговор о сроках строительства, международных консорциумах, объемах грузопотока и подключении энергетических сетей.

Зангезурский коридор перестает быть исключительно частью послевоенного урегулирования Азербайджана и Армении. Он превращается в самостоятельный геоэкономический проект, который усилит вовлеченность Южного Кавказа в систему евразийских транспортных и энергетических связей. В этой конструкции Нахчыван рассматривается уже не как периферийный анклав, а как будущий узел пересечения нескольких международных коридоров, а сам Азербайджан — как государство, способное контролировать сразу несколько ключевых маршрутов между Европой, Турцией, Центральной Азией, Ираном и Индийским океаном.