Эпоха конфликтов и Средний коридор: новая архитектура логистики Беккер и Сариев на Caliber.Az

Война США и Израиля с Ираном вновь вывела на первый план важность диверсификации торговых и транспортных маршрутов, особенно стратегическую роль Среднего коридора. Об этом в своей статье пишет старший научный сотрудник Hudson Institute Люк Коффи.

Автор отмечает, что маршрут проходит между РФ и Ираном через Южный Кавказ, пересекает Каспийское море и соединяет Европу с Центральной Азией. На фоне нестабильности авиационные и транспортные компании все чаще избегают традиционных маршрутов через Персидский залив. По данным сервисов отслеживания полетов, многие авиарейсы перенаправляются через Южный Кавказ и Каспийское море, что свидетельствует о стремительном изменении глобальных транспортных потоков из-за целого ряда конфликтов. Люк Коффи подчеркивает, что в ближайшие годы этот коридор может стать еще более важным для мировой торговли.
 
«Продолжение безопасного использования коридора через Южный Кавказ не сможет устранить все нарушения, вызванные региональными конфликтами, однако последние события показали, что он становится все более важным элементом устойчивости мировой торговли и больше не может рассматриваться как периферийный маршрут мировой экономики», – пишет в своей статье старший научный сотрудник Hudson Institute.

А что думают о значимости Азербайджана как элемента логистики Среднего коридора на Южном Кавказе за рубежом? На этот вопрос Caliber.Az отвечают политолог из США и эксперт из Кыргызстана.

Так, американский журналист и политолог Андрей Беккер уверен, что такие важные участки Среднего коридора, как Азербайджан и маршрут Трампа (TRIPP), безусловно, являются стратегическим звеном для будущих транспортных артерий.
 
«Буквально на глазах появляется совершенно новый транзитный коридор, который очень скоро будет играть огромную роль в мировой логистике. И многократное усиление динамики воздушных сообщений в этом регионе вследствие войны на Ближнем Востоке есть пример того, как это работает на практике. По сути, то, что мы сейчас наблюдаем, это своего рода стресс-тест европейской логистики, который показал, что воздушный коридор через Южный Кавказ — это самое оптимальное решение для перемещения из Европы в Азию, если все другие пути не могут предоставить полноценные гарантии безопасности или являются нерентабельными ввиду санкционной политики. Поэтому в статье Коффи присутствует другая важная часть, которая исследует коридор через Южный Кавказ, в том числе и с точки зрения надежности. Автор рассматривает статус коридора не в отрыве от реальности, а его работу в том числе и в конфликтной среде, отмечая, что значимость этого маршрута напрямую зависит от его возможности успешно функционировать, в том числе обеспечивая модернизацию и расширение существующих дорог и создание дополнительных маршрутов.

С точки зрения безопасности логично рассматривать конкретные угрозы, например, вероятность воздушных атак на транспортные артерии, а также следует усилить возможности пограничной безопасности с помощью обучения и технической поддержки. В современной турбулентной среде мировой геополитики транспортные коридоры приобретают гораздо больше значение, чем ранее, и в этом смысле коридор через Южный Кавказ отвечает требованиям со всех точек зрения: как и своей эффективностью, так и безопасностью. Если затрагивать вопрос эффективности, то мы видим, что Зангезурский коридор является лишь одним из важных звеньев транспортной сети на Южном Кавказе, которая включает в себя железнодорожную магистраль Баку – Тбилиси — Карс, а также возможность запуска других коридоров, выходящих на транспортную систему Нахчывана через Грузию и Армению», — сказал политолог.

В свою очередь, кыргызский политолог, эксперт по региональной безопасности Марс Сариев отметил, что ситуация вокруг Ирана еще раз продемонстрировала, насколько хрупкой может быть привычная логистика мировой торговли: когда один из ключевых регионов оказывается в состоянии конфликта, то сразу возникает вопрос альтернативных маршрутов. И в данном контексте значение Среднего коридора заметно возрастает.

«Сейчас маршрут через Южный Кавказ и Каспий фактически становится одной из немногих устойчивых линий, связывающих Европу и Центральную Азию. Здесь особую роль играет Азербайджан. Географически он оказался в точке пересечения каспийского транзита и сухопутных маршрутов в сторону Турции. Грузы из Казахстана и Туркменистана пересекают Каспийское море и поступают в Бакинский международный морской торговый порт, затем по железнодорожной линии Баку—Тбилиси—Карс через территорию Грузии следуют в Турцию и далее на европейские рынки. По сути, Азербайджан постепенно превращается в центральный транзитный узел этого маршрута.

На этом фоне неизбежно возникает вопрос и о Зангезурском коридоре. Речь идет о транспортной линии, которая должна соединить основную территорию Азербайджана с Нахчыванской Автономной Республикой через юг Армении. После 44-дневной войны тема разблокирования коммуникаций на Южном Кавказе стала частью региональной повестки», — заявил эксперт.

По его мнению, этот проект может усилить устойчивость Среднего коридора, так как появится еще одна транспортная ветка в сторону Турции, что позволит диверсифицировать маршруты и снизить зависимость от одного направления через Грузию (БТК). И в условиях растущих геополитических рисков такая диверсификация становится важным фактором стабильности.

«Однако здесь есть политический аспект. Вокруг коридора сохраняются серьезные разногласия. Так, Армения еще опасается утратить контроль над частью своей транспортной инфраструктуры. Кроме того, за ситуацией внимательно наблюдают Иран и Россия, для которых изменение транспортной географии региона имеет стратегическое значение. Поэтому вопрос Зангезурского коридора — это не только логистика. Это — часть более широкой борьбы за будущую транспортную архитектуру Евразии. И по мере того, как мировая система торговли ищет новые маршруты, значение Южного Кавказа в этой архитектуре будет только возрастать», — резюмировал М.Сариев.