Кубинский НЭП: шанс на спасение или начало конца? Экспертные мнения на Caliber.Az

Давление Дональда Трампа на Кубу, похоже, начинает приносить результаты. Парламент страны единогласно одобрил радикальный пакет реформ, предусматривающий приватизацию значительной части экономики. Если меры будут реализованы, кубинскую экономику ждут самые масштабные преобразования со времен революции 1959 года.

Поворот в сторону рынка, сообщает Reuters, поддержали Коммунистическая партия и бывший лидер страны Рауль Кастро, против которого США недавно выдвинули обвинения в связи со сбитием в 1996 году самолетов с гуманитарной помощью.

Хотя президент Мигель Диас-Канель перед голосованием призвал депутатов сохранять веру в социалистические идеалы, одобренный пакет предусматривает преобразование государственных предприятий в коммерческие акционерные компании и открывает частному бизнесу доступ в сферы недвижимости и финансов.

Кроме того, разрешается продажа государственной собственности национальным и иностранным юридическим и физическим лицам, включая кубинцев, проживающих за рубежом.

Как заявил премьер-министр Мануэль Марреро в почти двухчасовом выступлении перед парламентом, пакет из 175 мер признает рынок «инструментом эффективного распределения ресурсов».

До сих пор кубинские власти придерживались марксистского подхода, рассматривая рыночную экономику как несовместимую с социалистическим строительством. Однако сегодня руководство страны, как когда-то лидеры СССР и Китая, утверждает, что реформы направлены не на отказ от социализма, а на его модернизацию.

«Мы не отказываемся от социализма», — заявил Диас-Канель. Говоря о санкциях США, которые с начала года фактически перекрыли поставки нефти и топлива на остров, он отметил: «Здесь обсуждается дилемма: как продолжить социалистическое строительство в условиях самой длительной в истории блокады со стороны величайшей мировой державы».

По словам Марреро, главная цель реформ — повышение качества жизни граждан.

Однако Куба уже несколько лет переживает тяжелейший экономический кризис, усугубленный санкциями США, дефицитом топлива и перебоями в работе транспорта и энергосистемы.

В свое время и в СССР все начиналось с перестройки, и хорошо известно, чем завершились те реформы.

Что же ждет Кубу теперь? Может ли страна столкнуться с крахом коммунистического режима? И если да, удастся ли избежать масштабных потрясений и гражданского конфликта?

Своими оценками по этим вопросам поделились с Caliber.Az известные зарубежные политические обозреватели.

Американский политолог и публицист Самсон Кацман отметил, что сравнение с поздним СССР напрашивается, однако автоматически переносить советский сценарий на Кубу не стоит.

«Кубинский парламент действительно одобрил пакет из более чем 175 мер, включая допуск частного капитала в новые сферы экономики, преобразование госпредприятий в акционерные компании, разрешение частных банков и продажу части государственной собственности. Это действительно выглядит как крупнейший отход от прежней модели со времен революции 1959 года.

Что может произойти дальше?

Сценарий первый — китайско-вьетнамский путь, который выглядит наиболее вероятным и на который, судя по заявлениям руководства страны, рассчитывает сама кубинская власть. В этом случае коммунистическая партия сохраняет монополию на власть, политическая система остается прежней, а экономика постепенно становится более рыночной. Частный сектор и иностранные инвесторы получают больше возможностей для работы. Именно по такому пути развивались Китай после реформ Дэн Сяопина и Вьетнам после политики «Дой Мой». Для кубинской элиты это идеальный вариант: сохранить политический контроль и одновременно оживить экономику. Многие аналитики считают именно этот сценарий основной целью нынешних реформ.

Сценарий второй — постепенная эрозия режима и политическая либерализация. Рыночные реформы нередко формируют новые группы интересов — предпринимателей, инвесторов, собственников, средний класс. Со временем они начинают требовать не только экономических, но и политических прав. Именно это происходило в ряде стран Восточной Европы в конце XX века. Однако на Кубе пока нет признаков готовности руководства к столь глубоким политическим преобразованиям. Напротив, реформы подаются как способ сохранить социализм, а не отказаться от него.

Сценарий третий — частичный провал реформ. И такой вариант вполне возможен. Проблемы Кубы связаны не только с социалистической моделью. Среди факторов риска — американские санкции, острый дефицит валюты, энергетический кризис, массовая эмиграция молодых специалистов и крайне изношенная инфраструктура. Если реформы будут проводиться медленно или непоследовательно, экономика может не получить ожидаемого эффекта. Тогда возникнет ситуация, напоминающая поздний СССР конца 1980-х годов, когда старая система уже ослабла, а новая еще не заработала», — рассказал эксперт.

Говоря о возможности краха коммунистического режима, Кацман отметил, что теоретически такой сценарий нельзя исключать.

«Однако существует важное отличие от СССР. В Советском Союзе одновременно шли экономические реформы, политическая либерализация и усиливались национальные движения в союзных республиках. Последний фактор во многом стал ключевым для распада государства. На Кубе ничего подобного нет. Это унитарная страна без республик, которые могли бы выйти из ее состава, а политическая система остается жестко централизованной. Поэтому даже в случае серьезного кризиса более вероятна трансформация режима, чем распад государства.

Что касается гражданской войны, то на сегодняшний день ее вероятность выглядит низкой.

Для гражданской войны обычно необходимы вооруженные политические группировки, сильные региональные элиты, раскол в армии, этнические или религиозные противоречия. На Кубе таких факторов пока не наблюдается. Возможны протесты, забастовки, локальные беспорядки из-за нехватки продовольствия и электроэнергии, а также усиление эмиграции в США и другие страны. Но даже если коммунистическая система начнет разрушаться, наиболее вероятным выглядит не югославский сценарий, а постепенная трансформация по образцу стран Восточной Европы конца 1980-х годов или экономических реформ во Вьетнаме.

Если нынешние реформы будут реализованы в полном объеме, то через 5–10 лет Куба может стать чем-то средним между современным Вьетнамом и Китаем: формально социалистическим государством с доминирующей коммунистической партией, но уже преимущественно рыночной экономикой. На сегодняшний день это наиболее реалистичный сценарий», — считает Кацман.

Директор Института мировой политики (Бишкек) Шерадил Бактыгулов считает, что нынешний кризис на Кубе во многом стал следствием политики США, а точнее — госсекретаря Марко Рубио.

«В испаноязычном мире его прозвали «diablito» — «дьяволенок». Он известен как ультраправый «ястреб» в отношении Кубы и ряда других государств. Именно последний пакет американских санкций и фактическая блокада Острова Свободы спровоцировали новый виток экономических проблем. Поэтому объявленные в июне 2026 года преобразования выглядят как вынужденная и масштабная перестройка экономической модели, направленная на вывод страны из глубочайшего кризиса.

Кубинский парламент единогласно одобрил пакет из более чем 170 мер — крупнейшее изменение экономической политики со времен революции 1959 года. Для наглядности эти шаги сравнивают с советским НЭПом 1920-х годов или реформами в Китае и Вьетнаме. Однако положение Кубы существенно отличается от условий, в которых находились эти страны.

Тем не менее госпредприятия будут преобразованы в акционерные общества, частному сектору откроют доступ к рынкам недвижимости и финансов, включая создание частных банков. 

Предприниматели смогут владеть несколькими компаниями и нанимать более 100 сотрудников. Импорт и экспорт разрешат осуществлять без государственных посредников. Кроме того, допускается продажа государственной собственности как национальным, так и иностранным инвесторам, включая кубинцев, проживающих за рубежом.

Американский бизнес, как и прежде, в первую очередь интересуют недвижимость и прибрежные территории острова. Сейчас эти активы можно приобрести по относительно низкой цене, а в перспективе их стоимость может многократно вырасти», — отметил эксперт.

По словам Бактыгулова, кубинские власти не скрывают, что реформы стали ответом на давление Вашингтона.

«По сути, это попытка адаптироваться к условиям одной из самых продолжительных санкционных кампаний в современной истории. Ставки чрезвычайно высоки. Эти меры способны вывести экономику из кризиса, однако руководству страны предстоит решить сложнейшую задачу: провести преобразования, не утратив политический контроль и сохранив социальную направленность государственной политики.

При этом успех реформ во многом зависит от позиции Вашингтона, что делает экономику острова заложником большой геополитики», — констатировал Бактыгулов.