Балтийский излом: дроны, популисты и новая архитектура власти в Сейме Латвии Статья Матанат Насибовой

Сегодня, 3 октября, в Латвии проходят парламентские выборы, результаты которых определят состав нового 100-местного Сейма и послужат фундаментом для формирования следующей правительственной коалиции. При этом фоном голосования служит беспрецедентная обеспокоенность вопросами национальной безопасности, спровоцированная затяжным конфликтом в Украине и географическим расположением страны. И показательным штрихом предвыборной обстановки явилось то, что Германия перебросила в республику истребители Eurofighter для усиления защиты воздушного пространства.

В целом главная интрига кампании заключается в том, сможет ли действующий премьер Андрис Кулбергс, возглавляющий правоцентристский «Объединенный список» и лидирующий в предвыборных опросах, удержать власть, и какую конфигурацию коалиции ему придется выстраивать. При этом стоит помнить, что он возглавил правительство в мае этого года после отставки предыдущего кабинета на фоне глубокого кризиса, вызванного инцидентами с беспилотниками. С учетом этого нынешние выборы больше можно охарактеризовать как ожесточенную борьбу за новую расстановку сил и перераспределение рычагов влияния внутри страны.

Правила игры

Латвийская избирательная система является пропорциональной, и для преодоления барьера в Сейм партиям необходимо набрать не менее 5% голосов. В условиях, когда ни одна политическая сила не претендует на абсолютное большинство, даже колебания электоральной поддержки в пределах погрешности вокруг пятипроцентной черты способны кардинально изменить баланс сил в будущем парламенте. Согласно последнему перед выборами опросу SKDS/LSM, перешагнуть указанную черту имеют шансы семь политических структур: «Объединенный список» — 14,4%, «Суверенная власть / Союз молодых латышей» — 9,4%, «Латвия прежде всего» — 9,2%, «Прогрессивные» — 6,2%, Национальное объединение —5,6%, Союз зеленых и крестьян — 4,8% и «Новое единство» — 4,3%.

Таким образом, на первый взгляд позиции Кулбергса выглядят устойчивыми: его «Объединенный список» вышел в лидеры, потеснив популистскую «Латвия прежде всего» Айнарса Шлесерса. Аналитики отмечают, что этот электоральный взлет премьера напрямую связан с его жестким реагированием на кризис безопасности. Однако первое место в опросах в условиях пропорциональной системы не гарантирует монополии на формирование кабинета. При общем числе депутатов в 100 человек для стабильного большинства требуется минимум 51 мандат, к которому ни одна партия не приближается. Однако главные козыри Кулбергса — статус «нового сильного лидера», способного обеспечить кризисное управление, жесткая позиция в отношении России, неизменная поддержка Украины и курс на сохранение рекордных расходов на оборону (около 5% ВВП) — позволили ему эффективно склонить на свою сторону как традиционный правый электорат, так и часть избирателей, которые ранее тяготели к популистам, но в условиях геополитического кризиса выбирают максимальную предсказуемость.

Популисты не сдаются

Вместе с тем «Латвия прежде всего» выстроила свою предвыборную кампанию на жесткой критике издержек проукраинского курса для латвийской экономики. Примечательно, что Шлесерс попытался расширить электоральную базу за счет традиционно маргинализированной в официальной политике части русскоязычного населения — как известно, латвийская политика долгое время функционировала по жесткой этнонациональной матрице, разделяющей латышский и русскоязычный электорат. Однако нынешние выборы демонстрируют тектонический сдвиг: протестные партии пытаются размыть это старое деление, апеллируя к социально-экономическим проблемам, инфляции и недовольству уровнем жизни, которые затрагивают граждан вне зависимости от их родного языка.

При этом с учетом того, что около 35% жителей Латвии используют русский язык при высокой степени политической гетерогенности этого сегмента, борьба за него развернулась нешуточная. Главным конкурентом здесь выступает блок «Суверенная власть / Союз молодых латышей», набирающий около 9–10%. Именно появление этой силы привело к расколу протестного электората между двумя центрами — «Латвия прежде всего» и «Суверенная власть», что парадоксальным образом ослабляет радикальную оппозицию и одновременно кратно усложняет будущие коалиционные уравнения для Кулбергса.

Где прежние?

Предварительные прогнозы свидетельствуют о серьезной трансформации прежней конфигурации власти, в которую входили «Объединенный список», «Новое единство», Национальное объединение и Союз зеленых и крестьян, сохранить которую в прежнем виде будет крайне сложно из-за глубокого кризиса «Нового единства».

Будучи доминирующей силой латвийской политики последних лет, «Новое единство» столкнулось с тяжелейшим кризисом доверия и риском вообще не преодолеть 5-процентный барьер, причиной чему послужили громкие коррупционные скандалы, включая «спецрейсы» экс-премьера Кришьяниса Кариньша и подозрения в теневых выплатах, а также крушение в мае 2026 года правительства Эвики Силини на фоне инцидента с дронами.

Таким образом, можно сказать, что кризис «Нового единства» символизирует исчерпание модели «партии власти», которая долгое время доминировала за счет административного ресурса и апелляции к евроатлантической солидарности. Разочарованный либеральный и правоцентристский избиратель продемонстрировал высокую мобильность, перетекая к «Объединенному списку» и «Прогрессивным», что де-факто означает завершение целой эпохи в латвийской партийной системе.

Куда пойдет страна?

С учетом сказанного возможные сценарии формирования власти представляются следующим образом:

Ядро во главе с «Объединенным списком»: сохранение доминирования Кулбергса при необходимости вести тяжелые компромиссные переговоры с усиленными центристскими и оппозиционными игроками.

Широкая правоцентристская коалиция: привлечение умеренных региональных и центристских сил для обеспечения устойчивого большинства в Сейме, что потребует от премьера уступок в социальной сфере и смягчения программ бюджетной экономии.

Фрагментированный парламент: риск формирования хрупкого правительства меньшинства или нестабильной коалиции из-за прохождения в Сейм большого числа мелких фракций.

При этом вне зависимости от исхода выборов кардинального разворота во внешней политике Латвии не произойдет. Страна и впредь останется непоколебимым членом Европейского союза и НАТО, а фактор протяженной восточной границы делает вопросы обороны экзистенциальными. 

В то же время поскольку фаворитом гонки и цементирующим ядром будущей коалиции остаются правоцентристские силы во главе с Кулбергсом, стратегический курс на сдерживание России, всестороннюю поддержку Украины и укрепление восточного фланга Североатлантического альянса останется неизменным.

Таким образом, преемственность внешнеполитической доктрины гарантирована самим характером политического консенсуса элит, для которых безопасность государства сегодня является главным легитимизирующим фактором.