Цена раскола: к чему привел кризис в рядах белорусской оппозиции в эмиграции Аналитика Лиманского

В рядах белорусской политической эмиграции усиливаются процессы деградации, и, как свидетельствуют недавние события, в ней уже начался переход от обычных в такой среде склок и конфликтов к угрозам террористического характера.

Дети за мать не в ответе

Временный поверенный в делах Польши Кшиштоф Ожанна 23 июля был приглашен в Министерство иностранных дел Беларуси, где его предупредили о подготовке одним из белорусских оппозиционеров теракта на польской территории, жертвами которого могли стать дети известного оппозиционера Светланы Тихановской. Минск также изъявил готовность передать дополнительную информацию, предоставленную белорусскими правоохранительными органами.

Позднее глава польского внешнеполитического ведомства Радослав Сикорский и пресс-секретарь министра-координатора спецслужб Яцек Добжиньский заявили, что польская сторона внимательно отнеслась к информации о готовящемся теракте, отметив при этом, что детали не подлежат разглашению «из соображений безопасности».

Впоследствии стало известно, что речь идет о лишенном в Польше статуса беженца оппозиционном экс-журналисте Денисе Дашкевиче, заявившем о намерении убить сына и дочь «демократической лидерки» Светланы Тихановской, которые живут с нею в Варшаве. Сама оппозиционер произошедшее пока никак не прокомментировала, однако в ее офисе эту ситуацию назвали «провокацией» и заявили, что якобы «не поддерживали связи с этим человеком, а юридическая команда также не получала от него никаких обращений».

Денис Дашкевич был задержан польской полицией, но затем отпущен, однако он признался, что после лишения права на убежище в Польше писал о намерении расправиться с детьми Тихановской в нескольких группах и ряду лиц, но, дескать, на самом деле убивать никого не собирался: «Я был на эмоциях и действительно написал нескольким правозащитникам что-то вроде: «Что, грохнуть детей Тихановской, чтобы обратили внимание на мою проблему?» Я это признаю. Но никаких действий не предпринимал: не искал ее, ничего ей не писал и нигде публично этого не выражал». 

Однако журналист Роман Протасевич, ранее работавший в оппозиции, а теперь – в Беларуси, представил копии переписки Дашкевича в Telegram, в которой тот подробно излагает и мотивы своих действий, и продуманный план покушения. «Мне грозит депортация, – писал Дашкевич. – Поэтому я решил добровольно уйти из жизни». И напоследок он решил убить детей экс-кандидата в президенты Тихановской: «Пусть испытает сука то, что мы здесь. Это им за обман 20-го года» – и подробно расписал некоторые детали предстоящего преступления. Так, он сообщал, что знает школу, в которую ходят дети Тихановской, и собирался прийти туда под видом курьера. Он также признался, что сам не способен убить ребенка, и заявил о намерении привлечь украинцев.

После убийства Дашкевич хотел покончить с собой, приняв смертельную дозу наркотиков, а пока, по его словам, прячется от польских властей, предприняв определенные меры конспирации: избавившись от SIM-карты и мобильных телефонов. Сам теракт он намеревался осуществить с началом учебного года, устроив таким образом «веселое 1 сентября».
 
Брошенные на произвол судьбы

Итак, 41-летний Денис Дашкевич – уроженец Гомеля, выпускник заочного факультета культурологии и социокультурной деятельности БГУКИ, основатель ресурса «Рогачев онлайн» (признан в Беларуси экстремистским). Он придерживается национал-консервативных взглядов, поддерживал связи с организацией «Молодые христианские демократы». В 2022 году Дашкевич покинул Беларусь и обосновался в Польше, в 2023-м был заочно административно оштрафован на родине за использование экстремистских материалов. В том же году Дашкевич сообщил, что написал заявление в МИД Республики Беларусь об отказе от белорусского гражданства, однако в Польше у эмигранта дела так и не заладились.

В мае 2026 года в Управлении по делам иностранцев по заявлению польской спецслужбы ABW против него была начата процедура лишения статуса беженца. Официальным мотивом послужили сомнения в том, что «по-прежнему существуют обстоятельства, на основании которых был предоставлен статус беженца». Дашкевич в течение семи дней должен был дать письменные ответы на вопросы о том, где он проживал и чем занимался после получения статуса беженца в Польше, предоставить сведения о своей судимости в этой стране и других государствах ЕС и так далее. Кроме того, он обязан был указать причины, по которым не должен быть лишен статуса беженца. Очевидно, его ответы показались польской миграционной службе неубедительными, и Дашкевич был лишен статуса беженца.

Можно представить состояние бежавшего в Варшаву оппозиционера – ведь он пострадал за участие в попытке сменить власть в Беларуси в интересах Запада. И будучи в Польше, Дашкевич в своих аккаунтах не скупился на похвалы в адрес польских властей, а также на ругательства и оскорбления в адрес руководства Беларуси. И в итоге – такая вот «благодарность» от польских спецслужб.

Не удивляет и то, что объектом потенциального нападения была выбрана семья Тихановской, офис которой аккумулирует большинство средств, выделяемых западными фондами на поддержку белорусской оппозиции, и расходует их по своему усмотрению, распределяя, как это водится у грантополучателей, среди «своих» людей.

Рядовые активисты, не имеющие необходимых связей, все чаще оказываются на обочине. Помимо этого, нелюбовь к Тихановской и ее офису подогревают и другие претенденты на лидерство и националистические группировки, оказавшиеся не у дел. При этом надо учесть еще один немаловажный нюанс: если Соединенные Штаты действительно сокращают или планируют сократить финансовую помощь белорусской оппозиции, то конфликты в среде эмигрантов будут только обостряться. Между тем нельзя сбрасывать со счетов и тот момент, что для многих простых участников протестов 2020 года Тихановская и ее команда выглядят как подстрекатели, втянувшие их в авантюру, сломавшие им жизнь, а потом бросившие на произвол судьбы.

Весьма вероятно, что на таком фоне у бывшего журналиста Дашкевича, против которого выступили еще и польские власти, мог начаться нервный срыв, и что он мог натворить, оказавшись в ловушке и пребывая в полном отчаянии, одному Богу известно.

Однако в Польше очень специфически отнеслись к помощи Минска в предотвращении возможного теракта – ведь это так не вяжется с крайне негативным образом Беларуси, который навязывает полякам западная и польская пропагандистская машина. Например, пресс-секретарь польского МИД Мацей Вевюр хоть и назвал это предупреждение «беспрецедентной практикой», все равно подвел его под категорию «пропаганды». При этом опровергнуть правдивость переданных Варшаве сведений ни он, ни кто-либо другой так и не смогли. Польские СМИ тоже избегают освещать этот эпизод, а если и пишут о нем, то с негативными в отношении Беларуси интерпретациями.

Но, как бы там ни было, предупредив власти Польши о возможном теракте, Беларусь в очередной раз продемонстрировала искренность своих миролюбивых намерений. Минск по-прежнему остается приверженным международному праву и не желает, чтобы жертвами самосуда становились даже те, кто признан белорусским законодательством преступниками, тем более – их ни в чем не повинные несовершеннолетние дети. И, несмотря на весьма непростые отношения с Варшавой, белорусское руководство стремится к налаживанию конструктивного сотрудничества в обоюдных интересах, стабильности и спокойствию у всех своих соседей.