Линия доверия: что определяет отношения между Израилем и Египтом? Расклад Артема Кирпиченка

В последнее время в израильских средствах массовой информации все чаще ведутся дискуссии о перспективах израильско-египетских отношений. Поводом для них послужили военные учения Египта на северо-востоке Синайского полуострова в апреле 2026 года. И хотя эти маневры были согласованы заранее, их проведение вновь актуализировало разногласия между двумя странами.

Египетский вопрос слишком часто заглушается потоком других новостей из Ближневосточного региона. При этом Египет с населением в 120 миллионов человек является самой густонаселенной страной как на Ближнем Востоке, так и во всем Средиземноморском бассейне, обладающей крупной регулярной армией, мощными военно-воздушными и военно-морскими силами. В то же время правительство Абдель Фаттаха ас-Сиси рассматривается как важный партнер в борьбе с радикальным исламизмом и союзник США. 

Кроме того, Египет — самый важный сосед Израиля, и израильские эксперты полагают, что фундаментом политики в отношении Каира должна служить тщательно выверенная стратегия со ставкой на точки соприкосновения и общие интересы. Вместе с тем израильской стороне следует учитывать военную силу Египта на суше, море и в воздухе и сохранять свой потенциал сдерживания. Особая роль в этом процессе отводится разведывательному сообществу, которое даже на основе данных из открытых источников может вывести достаточно достоверную картину об экономической ситуации, господствующих политических настроениях и идеологических течениях в египетском обществе. 

В региональном политическом разрезе как важный позитивный сигнал Израиль рассматривает майский визит президента ас-Сиси в Объединенные Арабские Эмираты — страну, позиция которой по многим вопросам совпадает с подходом израильской стороны, а также тот факт, что Израиль и Египет могут найти общий язык в вопросе противодействия ХАМАС.

В контексте проведенных учений следует отметить, что Израиль обеспокоен тем фактом, что военное присутствие Египта на Синайском полуострове превышает ограничения, установленные мирным договором от 1979 года. При этом наращивание сил в зоне «Б» в целом осуществлялось с ведома Израиля и в координации с ним, а в прошлом израильская сторона принимала непосредственное участие в оказании помощи египетским военным в проведении контртеррористических операций. Каир, в свою очередь, оправдывает указанный факт необходимостью борьбы с террористическими организациями, в первую очередь с ИГИЛ, ячейка которого «Вилайят Синай» действует в основном на севере полуострова. 

Еще одним моментом, вызывающим обеспокоенность Израиля является то, что на Синайском полуострове идет строительство инфраструктуры, которая позволит ВВС Египта в случае чрезвычайной ситуации перебазироваться на более удаленные базы, и активно развивается дорожная сеть. Израильское государство также считает, что организация расположенных на полуострове египетских  частей больше подходит для противодействия регулярным армиям, чем для борьбы с терроризмом.

Привлекает внимание масштабное перевооружение Каиром Вооруженных сил страны, в процессе чего активно закупается военная техника у разных геополитических игроков, таких как Германия, Франция, Китай и Россия. Вооружение идет на оснащение 12 регулярных дивизий, ядром которых являются американские танки Abrams.

Что касается моментов, порождающих политические разногласия между странами, то одним из значимых здесь является то, что в последние годы Египет остается в стороне от многих дипломатических процессов на Ближнем Востоке. Например, власти страны озабочены тем, что традиционная роль Каира как медиатора между Израилем и сектором Газа замещается другими акторами со всеми вытекающими отсюда последствиями, хотя в 2014 году во время операции «Нерушимая скала» израильская сторона настаивала на том, чтобы Египет был эксклюзивным и главным посредником.

С другой стороны, важнейшей точкой соприкосновения двух стран являются общие экономические интересы.  Между Израилем и Египтом в декабре 2025 года было утверждено многолетнее газовое соглашение на сумму 35 миллиардов долларов, подкрепившее общую заинтересованность сторон в стабильности в Восточном Средиземноморье. Особенно важно подчеркнуть, что достигнуто оно было в разгар войны в секторе Газа и несмотря на коммерческие сомнения в Израиле и негативную реакцию со стороны общественного мнения Египта. 

Кроме того, египетское правительство по-прежнему выступает как политический и идеологический противовес иранскому влиянию в регионе. Данный факт косвенно подтверждается и тем, что Египет направил истребители Rafale в Эмираты для защиты их воздушного пространства в то время, когда там были развернуты средства ПВО Израиля. То есть, египетские и израильские вооруженные силы оказались «в одном окопе», действуя как союзники против Ирана.  

Резюмируя аналих нынешнего состояния отношений на треке Израиль – Египет, эксперты Иерусалимского института стратегических исследований подчеркивают, что израильским СМИ следует снизить конфронтационную риторику в отношении этой страны и не преувеличивать вероятность ухудшения связей с ней. Ведь подобный нарратив вполне способен вызвать подозрения в Каире и взаимную напряженность как раз в тот момент, когда появилась возможность найти точки соприкосновения с египетской стороной по многим вопросам текущей политической повестки региона Ближнего Востока.