Продовольствие в зоне инфляции В Азербайджане растет зависимость от импорта  

В 2026 году в нашей стране вновь прослеживается тенденция роста цен на продукты питания. Сказываются инфляционные процессы у ключевых стран — торговых партнеров Азербайджана, и эти процессы усилились с началом войны в Персидском заливе, в том числе из-за введения Ираном запрета на экспорт продовольствия. Всё перечисленное ведет к росту инфляции, и, согласно данным Госкомстата АР, в январе-феврале текущего года продукты питания в нашей стране подорожали на 7%. Вместе с тем, отечественный продовольственный рынок находится под давлением ряда субъективных факторов: монополизации внешних поставок, слабой конкуренции между торговыми сетями, неэффективности ярмарочной торговли, а также ощутимой импортозависимости местных перерабатывающих и пищевых предприятий. 

Еще осенью прошлого года в отчетах Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН (FAO) преобладали позитивные прогнозы – ожидался рост производства пищевых продуктов, в этом сегменте рынка доминировали факторы дефляции. Статистика FAO свидетельствовала о том, что инфляционный прессинг 2022-2024 годов в целом преодолен и мировой АПК сохраняет ценовую стабильность. Увы, но мировые цены на продовольственные товары в феврале этого года впервые за пять месяцев продемонстрировали тенденцию к росту. В опубликованном на днях обновленном индексе FAO отмечается повышение котировок пшеницы, риса и иных зерновых на 1,1%. Более того, FAO представила предварительные расчеты по производству пшеницы в 2026 году: ожидается, что мировой урожай снизится примерно на 3% и составит около 810 млн тонн. Рост цен в 3,3% затронул большинство видов растительных масел, стоимость баранины достигла исторического максимума – 126,2 пункта, также подорожала говядина и т.д. Отметим, что индекс FAO отслеживает динамику изменений международных цен на ключевые продукты, и в целом за февраль он достиг 125,3 пункта – это почти на процент выше январского показателя. 

Примечательно, что мировые экспертные группы прогнозируют, что в марте ожидается еще более масштабный скачок цен на продовольствие, и ключевым драйвером здесь выступает война в Персидском заливе. Боевые действия и закрытие Ормузского пролива создают дефицит нефти и стимулируют рост цен на энергоносители, как следствие дорожает топливо, растут цены на удобрения и аграрную химию, увеличиваются издержки на перерабатывающих фабриках АПК, и всё это неизбежно садится в себестоимость продуктов питания, которые импортирует и наша страна. В частности, война обернулась закрытием портов Исламской Республики Иран (ИРИ), откуда многие годы шла транзитная доставка продовольствия из Юго-Восточной Азии, Пакистана, стран Залива. 

Наконец, согласно данным агентства Tasnim, уже в первых числах марта Иран ввел ограничения на экспорт многих видов продовольствия в качестве меры военного времени, и эти запреты уже сегодня ощутимы в Азербайджане. Как отметил на днях председатель Общества оценщиков Азербайджана (ООА) Вугар Орудж, наиболее серьезный скачок цен зафиксирован на иранское сливочное масло, его цена увеличилась на 30–35 процентов. Схожий рост цен наблюдается и на поставляемые из ИРИ сыр, сливки, иную молочную продукцию, а также сухофрукты, что в числе прочего связано и с сезонным всплеском спроса в преддверии праздников Новруз и Рамазан. 

Впрочем, иранский форс-мажор далеко не единственный фактор, ведущий к подорожанию продуктов питания, — зависимость нашей страны от импорта продовольствия год от года растет. В вынесенном на днях на обсуждение в Милли Меджлисе отчете о деятельности Кабинета министров Азербайджана за 2025 год также зафиксировано увеличение импорта продовольственных товаров в страну. В целом Азербайджан уже второй год кряду ставит рекорды по импорту продовольствия: в 2024 году объемы внешних продуктовых поставок превысили $2,47 млрд, а в 2025 году этот показатель увеличился еще на 4,7%. 

В Кабмине объясняют эту динамику увеличивающимся спросом на продовольственные товары, при этом местные производители не в состоянии его удовлетворить из-за ограниченности ресурсов сельского хозяйства — пригодных для земледелия площадей, нехватки поливной воды и т. д. Эти факторы, по оценкам Кабмина, усугублены низкой продуктивностью в силу значительного количества мелких фермерских хозяйств, медленным переходом к интенсивным агротехническим методам производства, а также более высокой себестоимостью производства местной продукции по сравнению с импортными продуктами. Низкие закупочные цены на сырье и невысокие зарплаты наемных работников в сельской местности также лишают фермеров стимулов и ведут к оттоку населения в города. 

В Кабмине подчеркнули, что только в 2024 году производителям сельхозпродукции из бюджета было выделено 362,5 млн манатов субсидий, выделено 80,8 млн манатов на приобретение сельскохозяйственной техники, а на закупку племенного скота – 1,4 млн манатов льготных средств, однако пока это не оказало сколь-либо заметного влияния на динамику импортозамещения. 

Государство выделяет субсидии, оказывает другую помощь, но по-прежнему не решены другие системные проблемы аграрной отрасли. Мелкие региональные хозяйства, производители молочных продуктов и плодоовощных сталкиваются с логистическими проблемами, зачастую не имеют доступа к крупным торговым сетям, также для них неподъемны цены для складирования в крупных рефрижераторных складах. Увы, но организуемые по инициативе Минсельхоза в рамках программы «Из села в город» ярмарки весьма немногочисленны, к тому же цены на таких объектах нередко равны расценкам в столичных супермаркетах. 

В Баку мелкая торговля «с колёс» и уличных лотков нередко оказывается в уязвимом положении. Такая форма коммерции, как правило, существует вне налогового контроля и не принимает безналичные платежи. Крупные сетевые маркеты, несущие полноценную налоговую нагрузку — включая налог на прибыль и НДС, — небезосновательно указывают на неравные условия конкуренции. И действительно, уплата налогов обязательна для всех участников рынка, а Государственной налоговой службе стоило бы разработать более гибкие и доступные формы фискальной отчётности, адаптированные к специфике уличной торговли. Вместе с тем исключительно силовой подход к регулированию таких точек вряд ли можно считать оптимальным решением, поскольку сегодня именно мелкая торговля овощами и фруктами вне магазинов остаётся для многих потребителей реальной альтернативой завышенным ценам в сетевых гипермаркетах.

Как отметил в конце прошлого года член Комитета по экономической политике, промышленности и предпринимательству, депутат Милли Меджлиса Айдын Гусейнов, к наиболее опасным проявлениям внешней зависимости продовольственного рынка можно отнести фактор импортируемой инфляции в странах — торговых партнерах Азербайджана. Не секрет, что поступающий в основном из стран СНГ и стран ближнего зарубежья продуктовый импорт ощутимо дорожал в последние годы: сказывались российско-украинская война, инфляционные процессы и тарифные ограничения на вывоз ряда видов продуктов питания из России, Беларуси, Украины, а также обесценивание турецкой лиры. С другой стороны, перерабатывающая и пищевая промышленность Азербайджана все еще испытывает немалую зависимость от импорта сырья, комплектующих, тары и упаковки, пестицидов, а также пищевых добавок, витаминов и иных препаратов, используемых для производства кормов в животноводстве и птицеводстве, что весьма критично в периоды глобального инфляционного роста. По словам эксперта-экономиста Эльданиза Амирова, для производства продовольствия отечественным фабрикам необходимо импортировать значительную часть сырья и компонентов, в то время как импортные продукты производятся в странах, где зачастую имеется в изобилии собственное сырье, более развита агропромышленная инфраструктура и куда более масштабны объемы производства. В итоге импортное продовольствие оказывается более конкурентным по ценам, чем местное, даже с учетом таможенных пошлин и «плеча доставки». 

Это, так сказать, объективные факторы, ведущие к росту цен на местные и импортные продукты питания. Так, на днях Госкомстат подтвердил, что в январе-феврале 2026 года продовольствие в нашей стране подорожало на 7%, что совсем немало. 

Однако есть и немало иных причин искусственного взвинчивания цен на импортное продовольствие в нашей стране. К сожалению, в Азербайджане так и не приняты меры для снижения давления на рынок со стороны монопольных структур в сфере оптовых внешнеторговых операций. Оптовые монополии многие годы контролируют импортные поставки (например, тропические фрукты, морепродукты, картофель, сухое молоко и сливочное масло и т.д.) и вместе с действующими в «слабо конкурентной среде» крупными оптовыми базами и логистическими компаниями контролируют сегмент хранения продукции в холодильных складах и оптовых амбарах. Зачастую именно эти структуры определяют ценовую политику крупных розничных торговых сетей, обладая возможностями заметно завышать торговую маржу. Наличие подобных схем вполне заметно, в том числе в абсолютно одинаковых (как под копирку) ценниках на многие импортные продукты, в проводимых в одинаковое время и на одном ценовом уровне скидочных кампаниях в, казалось бы, различных торговых сетях. 

Остается надеяться, что «подводные рифы», имеющиеся в отечественной оптовой и розничной торговле продуктами питания, будут замечены и отрегулированы специалистами Государственного агентства по антимонопольному надзору и контролю за потребительским рынком. Задача эта сверхважная, так как прозрачный контроль над продуктовым сектором — гарантия социальной стабильности и безопасности страны.