Гольф-политика как новый формат трансатлантической дипломатии Сделка века или унижение Европы?

Итак, торговая сделка между США и Евросоюзом стала исторической реальностью. Если очень кратко, то в промежутке между гольф-партиями в Шотландии президент США Дональд Трамп договорился с главой Еврокомиссии (ЕК) Урсулой фон дер Ляйен об увеличении американских пошлин на большинство ввозимых из Европы товаров более чем в три раза: вместо прежних 4,8% теперь применяется ставка в 15%.

Сделка обернулась игрой в одни ворота, поскольку ввоз американских товаров в ЕС будет осуществляться с нулевой тарифной наценкой. Поэтому неудивительно, что подавляющее большинство аналитиков квалифицировало соглашение как антибрюссельское — что, к слову, заметно даже по заголовкам ведущих европейских изданий: «Сделка США и ЕС — навязанный Трампом мир в торговой войне», «Торговая сделка ЕС–США: не похищение, а грабёж Европы?», «Капитуляция или компромисс?» и аналогичные.

Как образно выразился один из наблюдателей, на торгово-экономическом поле между Белым домом и Брюсселем счёт сейчас 15:0 в пользу Вашингтона. Правда, если преломить эти цифры через призму большого тенниса, то они ещё не смертельны — вне зависимости от подачи гейм можно отыграть. Даже если он будет проигран, впереди остаётся сет, а возможно, и не один. А вот если рассматривать ситуацию как волейбольную партию, где на тай-бреке партия идёт именно до 15 очков? Тогда, как говорится, всё гораздо серьёзнее.

В этом контексте некоторые эксперты сразу же начали задаваться вопросом: насколько прагматичными оказались предпринятые европейскими лидерами антикитайские шаги накануне вашингтонско-брюссельских договорённостей? Хотя те же аналитики не исключают, что причиной уступок стала банальная боязнь европейцев: ранее Трамп озвучивал возможность введения 30-процентных пошлин против ЕС, и в сравнении с ними нынешняя ставка могла показаться «меньшим злом».

Да и в конце концов, несмотря на то, что соглашение фон дер Ляйен было подписано в европейской Шотландии, происходило это фактически на домашнем поле Трампа — президент США безмятежно ждал прибытия главы ЕК на принадлежащем его семье гольф-поле. Такая вот примечательная деталь, которая, между прочим, перечеркнула ранее озвученные Брюсселем угрозы ввести ответные меры на сумму около 100 миллиардов евро в случае легализации тех самых 30%.

Фон дер Ляйен, впрочем, акцентировала внимание на нулевых тарифах в отношении ряда европейских самолётов, отдельных фармацевтических наименований, критически важного сырья и других позиций. Однако насколько весомыми выглядят эти уступки на фоне объявленных Европой планов закупить американские энергоресурсы на сумму 750 миллиардов долларов и вооружения на сопоставимую сумму, а также инвестировать в США ещё 600 миллиардов долларов?

К тому же до сих пор не прозвучало ясности в отношении готовности Вашингтона снизить пошлины на европейские сталь и алюминий, которые на сегодняшний день составляют 50%. Да, очевидно, что отдельные детали соглашения ещё предстоит согласовать, и, скорее всего, Брюсселю удастся добиться некоторых уступок. Однако останется ли у ЕС шанс не услышать в свой адрес теннисное «гейм, сет, матч»?

Характерной иллюстрацией текущей ситуации стало заявление одного из ведущих европейских переговорщиков — еврокомиссара по вопросам торговли Мароша Шефчовича, который без обиняков признал: Брюссель оказался перед выбором между «полной непредсказуемостью и стабильностью».

Канцлер Германии Фридрих Мерц, поприветствовав достигнутое, пусть и рамочное, соглашение как шаг к отказу от «излишней взаимной эскалации в трансатлантических торговых отношениях», всё же отметил его ущербность для немецкой экономики.

Премьер Франции Франсуа Байру назвал день согласования параметров сделки «мрачным», а глава правительства Бельгии Барт де Вевер — «не поводом для празднования». В унисон с ними премьер-министр Польши Дональд Туск заявил, что «радоваться особо нечему».

Куда более жёсткой в защите интересов Евросоюза оказалась Марин Ле Пен, назвавшая соглашение «политико-экономическим и моральным фиаско». По её словам, речь идёт о «провале», особенно если сравнивать с более выгодными условиями, которых добилась Великобритания в отношениях с США.

Импорт из США газа и вооружений на сотни миллиардов евро Ле Пен охарактеризовала как «полную капитуляцию» не только французской промышленности, но и энергетического и военного суверенитета страны. В свете её слов некоторые эксперты отметили, что позиция Ле Пен удивительно совпала с риторикой Москвы.

Так, министр иностранных дел России Сергей Лавров заявил, что соглашение между США и ЕС приведёт к «дальнейшей деиндустриализации Евросоюза» вследствие оттока инвестиций из Европы в США, что нанесёт серьёзнейший удар по континентальной промышленности.

Все эти заявления, безусловно, наглядно иллюстрируют масштаб случившегося на вашингтонско-брюссельской площадке — как проявление новой и весьма серьёзной трещины в трансатлантическом альянсе.

Иными словами, к существующей военно-политической проблематике между вчерашними союзниками — вызванной в первую очередь разным подходом США и ЕС (в основной своей массе) к войне в Украине — добавилось торгово-экономическое столкновение интересов. И в этом противостоянии явно не просматривается паритета: Евросоюз оказался даже не на вторых ролях после США, а где-то в дальних рядах геополитического партера.