МАГАТЭ vs Иран: ядерный тупик Новая фаза кризиса

По всей видимости, и без того сложная ситуация вокруг иранской ядерной программы может усугубиться еще больше из-за очередных требований Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) к Тегерану.

Так, в своем интервью одному из российских СМИ гендиректор МАГАТЭ Рафаэль Гросси заявил, что Агентство настаивает на предоставлении доступа к иранским ядерным объектам для проверки. При этом свое требование он аргументировал тем, что «большая часть высокообогащенного урана Ирана остается в стране».

«Разумеется, у нас есть серьезный дефицит информации – а с точки зрения нераспространения это крайне негативно, – потому что даже если эти объекты были серьезно повреждены, существует четкое понимание, что большая часть высокообогащенного урана, которым располагает Иран, все еще находится в стране. А это чрезвычайно важно с точки зрения нераспространения», – сказал он, не преминув отметить, что ядерная программа ИРИ включает в себя развитый научно-исследовательский сектор, атомную электростанцию «Бушер» и планы по строительству новых объектов, в том числе совместно с Россией.

При этом, отвечая на вопрос об обосновании дальнейшего присутствия МАГАТЭ в Иране с учетом заявлений Соединенных Штатов об уничтожении иранских ядерных объектов, Гросси раскрыл любопытные детали: «Прежде всего, у Ирана есть гораздо больше, чем эти три объекта (атакованные США Фордо, Натанз и Исфахан – ред.). Эти три объекта очень важны с точки зрения переработки, конверсии и обогащения урана, но иранская ядерная программа этим не исчерпывается. Поэтому работа продолжается во всех этих направлениях».

Анализируя заявления главы МАГАТЭ в приложении к международному миру, можно отметить следующие немаловажные нюансы. Первый аспект заключается в том, что требования Агентства к Тегерану имеют под собой обоснования, поскольку согласно Договору о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) и всеобъемлющему соглашению о гарантиях ИРИ обязана предоставлять доступ инспекторам на свои ядерные объекты, а не чинить этому препятствия.

Второй аспект состоит в том, что нынешним разногласиям с МАГАТЭ в немалой степени способствовали, мягко говоря, неосторожные заявления самих иранских властей по поводу ядерной программы Тегерана. Так, в частности, в ноябре текущего года советник верховного лидера Исламской Республики Джавад Лариджани заявил, что страна может создать атомную бомбу менее чем за две недели.
 
«Если начнется война, она не будет варварской, у обеих сторон есть пределы. Фетва [о запрете создания ядерного оружия] имеет множество оснований и долгую историю в шиитском праве… Страна может получить атомную бомбу менее чем за две недели, но мы привержены нашей религии», – сказал он, отметив при этом, что поддерживает расширение ядерного потенциала Ирана, позиционируя его как сдерживающий фактор.

Помнится, в апреле текущего года тогдашний советник верховного лидера ИРИ, экс-спикер парламента, а ныне секретарь Высшего совета национальной безопасности Ирана Али Лариджани в эфире иранского гостелевидения заявил, что «у Ирана не будет иного выбора, кроме как создания ядерного оружия, в случае нападения со стороны США».

Что произошло после – мы все прекрасно помним: в июне началась 12-дневняя ирано-израильская война, а 22-го числа к конфликту официально присоединились Соединенные Штаты Америки. Тогда американские Военно-воздушные и Военно-морские силы провели операцию под кодовым названием Midnight Hammer («Полуночный молот»), нанеся удары по иранской территории.

После этого президент США сообщил об успешной бомбардировке американскими ВВС трех важнейших объектов иранской ядерной программы – в Фордо, Натанзе и Исфахане, написав в соцсети Truth Social следующее: «Крупнейшие иранские заводы по обогащению урана в результате полностью уничтожены».

Позднее Трамп выступил с обращением к нации и назвал операцию «впечатляющим военным успехом», заявив, что все три объекта «полностью уничтожены», а ядерная угроза со стороны «главного спонсора терроризма» ликвидирована. В Пентагоне также подтвердили, что американская военная операция привела к существенному откату возможностей ИРИ в данной сфере.

Однако аятолла Али Хаменеи в своем октябрьском интервью телеканалу Press TV решительно опроверг эту информацию, заявив, что Соединенным Штатам в ходе авиаударов не удалось ликвидировать иранскую ядерную программу. Кроме того, он исключил вероятность новых переговоров с Вашингтоном, отметив, что они приведут к «серьезному, невосполнимому ущербу».

И поскольку Иран обогащает уран до 60%, что близко к оружейному уровню, некоторые специалисты не исключают, что имеющиеся запасы могут быть использованы для создания бомбы.

Следствием всего этого является то, что МАГАТЭ держит Исламскую Республику под микроскопом посредством проведения регулярных инспекций, принятия резолюций и предъявления требований о прозрачности в рамках ДНЯО. К примеру, летом 2025-го Агентство приняло резолюцию, в которой говорилось, что Иран не выполняет своих обязательств в рамках режима нераспространения ядерного оружия, и подчеркивалось, что Тегеран неоднократно не смог предоставить достоверные объяснения и доказательства того, что ядерные материалы не используются для дальнейшего обогащения с возможной целью военного применения.

Помимо этого, Иран не предоставил Агентству «технически обоснованных объяснений» по поводу присутствия искусственно созданных частиц урана на незадекларированных объектах в Варамине, Мериване и Туркозабаде. Отмечалось, что, по данным МАГАТЭ, Иран уже накопил около 400 килограммов высокообогащенного урана.
 
В свою очередь, с иранской стороны звучат обвинения в адрес западных стран и угрозы о полном прекращении сотрудничества с МАГАТЭ, то есть, в ответ на, в принципе, законные с точки зрения международного права требования Агентства Тегеран использует ядерную программу в качестве средства для достижения своих целей.

В свете сказанного вероятность того, что одна из сторон данного противостояния отступит от своей позиции, практически равна нулю. Это позволяет говорить о том, что напряженность вокруг ядерной программы Тегерана будет только нарастать, что вполне способно подтолкнуть США и Израиль к очередным военным шагам уже в обозримом будущем. И подобный расклад событий образует еще одну угрозу международному миру и безопасности.