Маршрутная карта многополярности Баку на юбилейном саммите ШОС

Сегодня в Бишкеке открывается юбилейный саммит Шанхайской организации сотрудничества — двадцать пять лет со дня подписания учредительных документов в Шанхае. Основное заседание Совета глав государств состоится 1 сентября, мероприятия высокого уровня пройдут 31 августа и 1 сентября под председательством Садыра Жапарова и под девизом председательства Кыргызстана «25 лет ШОС: вместе к устойчивому миру, развитию и процветанию». В кыргызской столице представлены восемнадцать государств и семь международных организаций.

Президент Азербайджанской Республики Ильхам Алиев примет участие во встрече в формате «ШОС+». Тема сессии обозначена без дипломатических эвфемизмов: ООН как ключевой элемент справедливого миропорядка и вклад государств «ШОС+» в формирование многополярного мира. Формулировка сама по себе — диагноз эпохи. Организация, начинавшаяся в 2001 году как механизм пограничного доверия шести государств, сегодня обсуждает архитектуру миропорядка.

Что означает «партнер ШОС» на языке практики

Баку вошел в орбиту организации в 2016 году в статусе партнера по диалогу, а в 2024-м подал заявку на повышение до наблюдателя. Прошлогодний Тяньцзиньский саммит закрыл вопрос неожиданным способом: статусы наблюдателя и партнера по диалогу были объединены в единый — «партнер ШОС». В этой категории сегодня шестнадцать государств — от Турции и Саудовской Аравии до Монголии и Мьянмы.

Скептик заметит, что статус необязывающий, но именно в этом его ценность. Азербайджан выстраивает отношения с ШОС не как кандидат в клуб, а как страна, чьи транспортные и энергетические активы клубу жизненно необходимы. Присутствие Президента Ильхама Алиева на саммитах в Самарканде (2022), Астане (2024), Тяньцзине (2025) и теперь в Бишкеке — это последовательная фиксация одного тезиса: без Азербайджана евразийская связность не работает.

Содержание сотрудничества это подтверждает. Региональная безопасность и стабильность, противодействие терроризму, экстремизму и сепаратизму, борьба с наркотрафиком и киберпреступностью, таможенное и правовое взаимодействие, торговля, инвестиции, энергетика, телекоммуникации, аграрный сектор, связи между субъектами малого и среднего бизнеса. Отдельная строка — эффективное использование существующей транспортной инфраструктуры, развитие межрегиональных мультимодальных коридоров и транзитного потенциала. Плюс гуманитарный слой: наука, образование, здравоохранение, туризм, взаимопомощь при чрезвычайных ситуациях, межцивилизационный диалог и мультикультурализм — темы, по которым у Баку есть что предъявить не декларациями, а десятилетиями практики.

Коридоры как аргумент

Ключевое направление взаимодействия Азербайджана с государствами ШОС — маршруты «Восток — Запад» и «Север — Юг». Здесь абстрактная многополярность превращается в счет контейнеров и часы транзита.

Средний коридор из китайской теории стал европейской необходимостью после 2022 года, и все возможные конфигурации этого маршрута упираются в один и тот же участок: Каспий — Азербайджан — Грузия и Турция. Ни один из членов ШОС, заинтересованных в выходе на западные рынки, эту географию обойти не может. Одновременно Баку остается звеном коридора «Север — Юг», связывающего Россию с Ираном и Индией. Работать сразу на два маршрута, участники которых конкурируют между собой, задача не столько логистическая, сколько политическая. Азербайджан решает ее уже не первый год.

К этому добавился новый элемент. Парафирование мирного соглашения между Арменией и Азербайджаном 8 августа прошлого года в Вашингтоне и договоренности по маршруту TRIPP снимают последнее географическое препятствие на пути прямой связности Каспия с Турцией и далее с Европой. Для государств ШОС это означает конкретную вещь: сокращение плеча и снятие политического риска на участке, который десятилетиями оставался закрытым. Показательно, что в Бишкеке за одним столом «ШОС+» окажутся лидеры и Азербайджана, и Армении — ситуация, немыслимая еще несколько лет назад и ставшая возможной только потому, что Баку восстановил территориальную целостность и суверенитет собственными силами, а затем предложил региону мир, а не реванш.

Бишкек как двусторонний сюжет

У нынешнего саммита есть и второй, сугубо двусторонний, слой. Месяц назад, 30–31 июля, Ильхам Алиев совершил государственный визит в Кыргызстан — второй в истории отношений. В Чолпон-Ате был подписан Договор о союзнических отношениях между Азербайджанской Республикой и Кыргызской Республикой и утверждено решение третьего заседания Межгосударственного совета.

Стоит оценить пройденную дистанцию. Дипломатические отношения установлены 19 января 1993 года, посольство Азербайджана в Бишкеке открылось в 2007-м, кыргызское в Баку — в 2014-м. Декларация о стратегическом партнерстве подписана в апреле 2022 года, тогда же создан Межгосударственный совет. От стратегического партнерства до союзничества — четыре года. Всего между странами подписано 119 документов.

Гуманитарная фактура здесь не менее выразительна, чем правовая. В Бишкеке при финансовой поддержке Азербайджана создан Парк кыргызско-азербайджанской дружбы, открыты гимназический комплекс №20 имени Гейдара Алиева и школа №103 имени Низами Гянджеви. В Баку школе №133 присвоено имя Чингиза Айтматова, в Бинагадинском районе установлен памятник писателю. Побратимские связи соединили Баку и Бишкек, Гейчай и Кант, а в освобожденном от оккупации селе Хыдырлы Агдамского района на средства кыргызского правительства построена полная средняя школа имени Айколь Манас на 528 ученических мест — жест, который в тюркском мире читается без перевода. AZAL выполняет четыре регулярных рейса в неделю по маршруту Баку — Бишкек — Баку и один нерегулярный на Иссык-Куль.

Мультилатерализм как операционная модель

Есть и деталь, которую любят вспоминать в Пекине: в 2021 году по инициативе Фонда Гейдара Алиева к 880-летию Низами Гянджеви в штаб-квартире ШОС был установлен бюст поэта — второй после Конфуция. Символика весьма точная. Азербайджанское присутствие в организации началось с культурного слоя и лишь затем перешло в транспортный и политический.

Категория middle power описывает государство, которое не претендует на глобальное доминирование, но располагает ресурсом, достаточным, чтобы формировать повестку в своем регионе и оставаться незаменимым посредником за его пределами. В эту категорию Азербайджан никто не назначал. Он вошел в нее через работу.

География азербайджанской дипломатии последних лет выглядит как список пересекающихся площадок. Успешное председательство в Движении неприсоединения в 2019–2023 годах, страна-хозяйка COP29, Всемирного форума по городскому развитию, членство в D-8. Саммит Организации экономического сотрудничества, проведенный в июле в Ханкенди, и состоявшаяся впервые в истории организации Неделя ОЭС. Саммит Организации тюркских государств в Габале в октябре. Председательство в СВМДА в 2024–2026 годах и предстоящие в Азербайджане саммиты СВМДА и Организации исламского сотрудничества. Саммит Европейского политического сообщества, который страна примет в 2028 году. Восходящая динамика отношений с государствами Азии и Африки. Исторический вашингтонский визит, заложивший основу нового этапа отношений с США.

Эклектичным этот перечень выглядит лишь на первый взгляд. Логика в нем одна: мультилатерализм для Баку — операционная модель. Чем больше платформ, тем меньше зависимость от каждой в отдельности. Поэтому азербайджанское участие в бишкекском саммите не нуждается ни в членских билетах, ни в заявках. Государство, которое принимает саммит ОЭС в Ханкенди, готовит саммит ОИС, председательствует в СВМДА и приглашается за стол «ШОС+», на вопрос о своем месте в формирующемся миропорядке уже ответило. И ответ дан не декларацией, а маршрутной картой.