Призраки прошлого: польский популизм как симптом общеевропейского кризиса Аналитика Лиманского

В Киеве сравнили Польшу с Германией времен Адольфа Гитлера, по этому поводу бьют тревогу и в Брюсселе. Так что представляет собой современный фашизм, и можно ли отнести к нему польских популистов?

Нацизм возвращается в Польшу?

Заместитель директора украинского аналитического центра «Политика» Артем Бронжуков заявил, что в Польше видны «семена фашизма», и озвучил мнение, что в этой стране идут процессы, схожие с Германией «после прихода к власти Адольфа Гитлера». 

Еще в период правления национал-консервативной партии «Право и справедливость» (PiS), небезызвестный экс-лидер профсоюза «Солидарность» Лех Валенса утверждал, что она «потакает фашизму», а после победы кандидата правых популистов Кароля Навроцкого на президентских выборах 2025 года либеральная элита Европы вновь не скрывает тревоги. В частности, по мнению Guardian, «победа националиста Кароля Навроцкого знаменует собой огромные перемены в политическом ландшафте страны, последствия которых будут ощущаться не только в Польше, но и во всем ЕС».

Так действительно ли Польша сегодня является чуть ли не аналогом Германии 1930-х годов? Нет, сравнение с германским фюрером и обстоятельствами его прихода современных польских реалий – абсолютно некорректно. После СССР от гитлеровцев больше всего пострадала Польша, где нацисты уничтожили около 6 миллионов человек. Поэтому отношение к Гитлеру и нацизму у поляков соответствующее, и это сказывается даже на восприятии нынешних немцев из ФРГ.

Но тут иные могут возразить – современный фашизм многолик. И сегодня, за исключением редких любителей политического косплея, уже мало кто рядится в коричневые рубашки с портупеями. Ныне фактические наследники «Третьего рейха» предпочитают вполне респектабельные костюмы и имидж цивилизованных европейских политиков. Однако об этом – чуть позже. Но если говорить о классических проявлениях фашизма, то действительно ли они в современной Речи Посполитой приобрели столь массовый характер?

Цивилизованные крайности

В Польше на самом деле действует несколько праворадикальных партий, такие как «Национально-радикальный лагерь» (ОNR) и «Национальное возрождение Польши», а также подпольные группы откровенно неонацистского характера – ячейки международной расистской сети Blood and Honor («Кровь и честь») и так далее. Однако все они пока носят маргинальный характер, а в отношении склонных к уличному насилию правоэкстремистских группировок полиция регулярно принимает соответствующие меры. При этом организации правоэкстремистской направленности существуют почти во всех странах «западной» демократии, а также в Украине, РФ, Армении и так далее. Только в одних случаях они вынуждены маскироваться и ограничивать свою пропаганду и действия, а в других – праворадикалам удается создать даже свои легальные вооруженные формирования.

Но в Польше действительно имеет место быть взрывной рост популярности партий, которые по европейской классификации относят к крайне правым, но только – «цивилизованным», парламентским. И накануне предстоящих в 2027 году парламентских выборов все это весьма тревожит польский, европейский и, как видим, украинский либеральный лагерь.
Согласно опросам за июль 2026 года, ультраправую «Конфедерацию свободы и независимости» Ментцена – Босака поддерживает уже 13,3% поляков, и ее рейтинг вырос на 0,8% только за один летний месяц. 

Еще одна крайне правая партия «Конфедерация Короны Польской» Гжегоша Брауна тоже улучшила свои показатели – с 8,8 до 11%. И в сумме впервые в истории крайне правые обошли бывшую правящую партию «Право и справедливость», поддержка которой упала с 25,4 до 23,2%. Причем сама PiS ранее считалась консервативной, но сейчас и ее все чаще относят к правым популистам. Поддержка ныне правящей либеральной «Гражданской коалиции» тоже снизилась с 30,9 до 29,1%, хотя она пока занимает 1-е место. И еще 8,4% имеют партнеры либералов по коалиции – левоцентристы.

Но если бы две «Конфедерации» и PiS смогли договориться, то именно они сформировали бы следующее правительство. К счастью для проевропейских либералов, между ультраправыми «Конфедерациями» и популистами из «Права и справедливости» существует непримиримая вражда. Не секрет, что бурный рост популярности крайне националистических партий в Польше связан со взрывом украинофобских настроений. А на ком же еще могли спекулировать правые популисты, как не на бежавших от войны украинцах, принесших полякам реальные либо мнимые проблемы? Ведь мигрантов из других стран в Польше практически нет, их не пустили сюда ни при правительствах консерваторов, ни либералов. И теперь между крайними националистами даже идет борьба за антиукраинскую нишу. Так, PiS 6 августа объявила, что после возвращения к власти депортирует из Польши украинских мужчин призывного возраста, не имеющих законного права на работу. Но Павел Лисковский из «Клуба польской мысли» напомнил конкурентам из «Права и справедливости», что именно они первыми якобы начали «процесс украинизации Польши» и стали называть поляков «слугами украинской нации».

Вероятно, именно это и имели в виду в украинском аналитическом центре «Политика», говоря о «схожести» Польши с Германией времен Адольфа Гитлера. Однако ксенофобия и зарабатывающий на ней политический капитал правый популизм – обычная практика западной демократии. И никакого тоталитаризма, национал-социализма либо угрозы перехода к нему в современной Польше нет. Даже в случае гипотетической победы правых популистов на предстоящих выборах в Сейм – они в силу ряда причин вряд ли смогут сформировать правящую коалицию. И программа их далека от НСДАП, они ведь либертарианцы, то есть, по сути, крайние либералы, выступающие с утопической программой полного устранения роли государства из экономики. И, в отличие от Германии 30-х годов, совсем не мечтают ни о мировой, ни о европейской гегемонии, скептически относятся к объединенной Европе и так далее.

Но проблема действительно есть, только касается она далеко не одной Польши. Вся Европа стремительно катится к правому краю, и в Германии, и во Франции рейтинги ультраправых бьют все рекорды, все дальше тесня традиционные право- и левоцентристские партии. Аналогичные процессы идут и в ряде стран за пределами ЕС. Исламофобия, крайний национализм, популистская пропаганда и разжигание ненависти, ставка на силовые методы становятся буквально международным трендом.

И дело вовсе не в отдельных «плохих» политиках, некорректных СМИ и нетерпимых настроениях отдельных социальных групп, как среди элиты, так и маргиналов. Просто нынешний глобальный порядок, заложенный на фундаменте неолиберального капитализма, трещит по швам. Ответом на кризис и становятся различные радикально-популистские программы. Впрочем, их основная задача не менять, а сохранить существующую систему, отвлекая своей демагогической риторикой внимание населения от реальных проблем.