Окно возможностей после Анкары: кто сделает первый шаг — Киев или Москва? Экспертные мнения на Caliber.Az

На встрече с Владимиром Зеленским в Анкаре Дональд Трамп пообещал помочь Украине наладить производство ракет для комплексов Patriot, а госсекретарь Марко Рубио заявил о поддержке США ударов ВСУ вглубь России. Трамп также назвал украинские атаки на российские НПЗ «эскалацией, которая может помочь закончить» войну.

«Мне не птичка нашептала, что мы дадим им право делать Patriot — мы покажем, как их делать. Тогда вы не сможете жаловаться, что мы даем вам недостаточно — делайте их сами», — сказал Трамп Зеленскому.

Украина готова продолжать войну с Россией, если мирные переговоры не приведут к результату. Об этом заявил руководитель офиса президента Украины Кирилл Буданов в интервью РБК-Украина.

Отвечая на вопрос, как долго Украина и Россия способны вести войну, Буданов подчеркнул, что многое зависит от условий и ресурсов сторон. «Сможем, поверьте. Годами», — заявил он.

По его словам, ключевым фактором для Украины остается сохранение поддержки международных партнеров.

«Если бы Украина была одна, и Россия была одна, один на один — тогда ситуация была бы другой. Нам главное — не потерять наших друзей, партнеров и союзников», — отметил Буданов.

Ранее Буданов заявлял, что активная фаза войны может завершиться до конца года. Однако после провала переговоров при посредничестве США Киев начал готовиться к затяжному конфликту: Зеленский поручил рассчитывать еще на два-три года боевых действий. Украина соглашалась на взаимный отвод войск из Донбасса, но Кремль требовал одностороннего вывода ВСУ и отвергал гарантии безопасности. Ни один из вариантов соглашения Кремль не одобрил, а 22 мая США вышли из переговорного процесса.

Как могут развиваться события дальше? Если Киеву удастся наладить производство ракет для комплексов Patriot, украинская ПВО значительно усилится, а война рискует перейти в затяжную позиционную фазу. В то же время Украина наращивает производство дронов и ракет, усиливая давление на российскую энергетическую инфраструктуру. Не подтолкнет ли это Кремль к временному перемирию, или такой сценарий по-прежнему исключен?

Своими оценками с Caliber.Az поделились известные украинские эксперты.

Военный эксперт и историк Михайло Жирохов заявил, что не стал бы слишком оптимистично оценивать перспективы производства ракет для Patriot, поскольку пока речь идет лишь о заявлениях Дональда Трампа.

«Кроме того, непонятно, на какой стадии находится развёртывание серийного производства ракет в Украине. Пока это скорее сигналы американского президента о том, что сейчас он занимает проукраинскую позицию. А как будет завтра — не знает никто.

Нужно понимать и то, что производство такого высокотехнологичного оружия требует значительного времени. Технологический цикл изготовления одной ракеты составляет 24 месяца — и ни днем меньше. Поэтому даже если все решения будут приняты максимально быстро, первые ракеты украинского производства могут появиться не раньше, чем через два года.

До этого времени у России остается единственный серьезный козырь — массовая мобилизация. Если Кремль решится его использовать, это может изменить ситуацию на фронте и позволить российским войскам, как минимум, выйти на административные границы Донецкой области. Однако, по моему мнению, этот козырь не будет разыгран как минимум до осени. 

Поэтому нынешние рассуждения во многом преждевременны. Путин будет ждать выборов, а уже после этого принимать решение», — считает Жирохов.

Аналитик, кандидат политических наук, президент Международного института исследований безопасности Олексий Буряченко отметил, что итогов саммита НАТО в Анкаре с большим вниманием ожидали как в Европе, так и в России.

«Его результаты оказались позитивными для Турции как принимающей страны, европейской части НАТО, США и Украины, тогда как для России они стали откровенно неудачными.

Поздравляя Дональда Трампа с Днем независимости США 4 июля, Владимир Путин, по сути, рассчитывал убедить его сократить американское участие в европейской безопасности и спровоцировать разногласия на саммите. В Москве были готовы воспринять такой сценарий как сигнал к дальнейшей эскалации в отношении ЕС и НАТО.

Однако этого не произошло. Несмотря на обещания сотрудничества на Ближнем Востоке, доступа к ресурсам, Арктике, нефти и газу, Трамп, по всей видимости, пришел к выводу, что российский лидер много обещает, но мало делает. Поэтому его администрация выбрала собственную стратегию.

Она основывается на оценках разведки, согласно которым Россия оказалась в стратегическом тупике. Украина не только удерживает позиции и контратакует, но и развивает совместный военно-промышленный комплекс с европейскими странами и государствами Ближнего Востока, испытывает собственную баллистическую ракету, совершенствует противоракетную оборону и корректируемые авиабомбы.
При этом российская армия уже несколько месяцев испытывает кадровый дефицит, а экономика сталкивается с растущими последствиями украинских ударов по нефтеперерабатывающей инфраструктуре.

Современная война также изменила характер боевых действий: «киллзоны» глубиной 15–20 километров вынуждают российские подразделения наступать малыми группами, а бронетехника уничтожается еще на подходе к позициям. Именно эти факторы, по моему мнению, учитывал Трамп при формировании своей позиции.

Генсек НАТО Марк Рютте, в свою очередь, сделал все возможное, чтобы сохранить участие США в европейской безопасности без резких изменений. Ни Вашингтон, ни европейские союзники не были заинтересованы в скандале на саммите, поскольку это могло приблизить обсуждение применения пятой статьи Североатлантического договора. Поэтому Европа берет на себя большую ответственность, тогда как США, вероятно, будут постепенно сокращать свое военное присутствие на континенте.

Все участники процесса смотрят в следующий год с осторожным оптимизмом. Европейские страны по-прежнему смогут пользоваться возможностями американского оборонного производства, а Украина уже получила долгосрочные обязательства по финансированию — не менее 140 миллиардов долларов на 2026–2027 годы.

Особый резонанс вызвало заявление Трампа о готовности передать Украине технологии и лицензию на производство систем Patriot (PAC-3). Если проект будет реализован, это существенно ограничит возможности российских воздушных атак.

При этом Москва, вероятно, попытается компенсировать отсутствие крупных успехов на фронте расширением зоны боевых действий — прежде всего на Запорожском, Херсонском и Черниговском направлениях. В ответ Украина уже формирует три новые бригады на северном направлении.

Главная цель Украины и западных союзников — добиться мира через силу, вынудив Россию перейти к реальным переговорам. Киев готов обсуждать всеобъемлющее прекращение огня при наличии надежных гарантий безопасности, после чего перейти к полноценному мирному процессу.

Ключевыми политическими рубежами остаются выборы в России и промежуточные выборы в США. До российских выборов масштабная мобилизация маловероятна, однако после них такой сценарий не исключен. Для Трампа же важно запустить переговорный процесс до американских выборов.

Сейчас, на мой взгляд, сложилось наиболее благоприятное окно возможностей для усиления давления на Россию, кокторая уже признала наличие серьезных экономических проблем, а нынешняя стратегия принуждения к миру имеет больше шансов на успех, чем предыдущие попытки. После саммита в Анкаре роль Украины в европейской архитектуре безопасности продолжает расти, тогда как США постепенно переходят от роли единоличного лидера к роли одного из ключевых участников.

Россия оказалась в стратегическом тупике. Это понимают и в Кремле. Показательно, что после встречи с Владимиром Зеленским Трамп, вопреки ожиданиям Москвы, так и не позвонил Путину. Это стало еще одним сигналом того, что Вашингтон усиливает давление на Кремль, в том числе через возможную передачу Украине технологий производства Patriot.

Наиболее вероятно, что в ближайшее время стороны пройдут через новый этап взаимной эскалации, который впоследствии может привести к прекращению огня и переходу к мирным переговорам. Вопрос лишь в том, удастся ли усилить давление на Россию настолько, чтобы Кремль счел переговоры менее рискованными, чем продолжение войны», — резюмировал Буряченко.