Москва и Тегеран скрепляют союз Статья Матанат Насибовой

Сообщения о планируемом визите министра иностранных дел России Сергея Лаврова в Иран, который должен состояться на фоне острой эскалации на Ближнем Востоке, предсказуемо заняли одно из центральных мест в новостной ленте мировых медиа. При этом главы внешнеполитических ведомств двух стран накануне в рамках заседания Совета министров иностранных дел Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) в городе Чолпон-Ата (Кыргызстан) уже успели обсудить широкий спектр вопросов.

Несмотря на то, что точная дата и повестка визита Лаврова в Тегеран пока не известны, можно со стопроцентной уверенностью говорить, что ключевой темой станет ситуация в Ближневосточном регионе, на что указывают и высказывания замглавы МИД РФ Андрей Руденко в интервью иранскому агентству Tasnim.

Отметив заинтересованность Москвы в продолжении диалога между Тегераном и Вашингтоном, Руденко подчеркнул, что Россия рассматривает последние американские удары по иранской территории как одностороннее нарушение меморандума, недавно заключенного между сторонами. Такой подход определенно открывает двери для следующего вывода: РФ дает понять США, что считает их недоговороспособными, возлагает всю ответственность за новую эскалацию исключительно на Соединенные Штаты и уверена, что именно шаги американской стороны окончательно закрывают двери к урегулированию конфликта.

Отталкиваясь от подобных заявлений и опираясь на факт того, что российская сторона, как правило, не ограничивается одними словами, международные эксперты позволяют сделать допущение о том, что на иранской переговорной площадке Россия, как страна, обладающая статусом стратегического партнера, может предложить Тегерану новые военные технологии, устойчивые к системам радиоэлектронной борьбы БПЛА, а также оговорит процесс предоставления разведданных, которые помогут ИРИ более точно наносить удары по американским объектам.

С точки зрения логики, такая тематика в переговорном треке имеет право на существование, поскольку между сторонами налажено крепкое взаимодействие в сфере поставок вооружений различного типа: РФ предоставила Ирану зенитно-ракетные комплексы С-300, «Тор-М1» и так далее; Исламская Республика, согласно данным открытых источников, в обратном направлении – ударные дроны типа «Шахед» и компоненты для их сборки с последующей локализацией производства в России. При этом, согласно агентству Bloomberg, которое ссылается на западные разведки, общий объем военных контрактов и поставок между этими странами с конца 2021 года превысил 4 млрд долларов.

Помимо военно-технической помощи РФ оказывает Ирану дипломатическую поддержку практически на всех уровнях, в том числе и совместно с Китаем. В частности, в марте и апреле текущего года Москва и Пекин последовательно выступали в Совете Безопасности ООН против проектов, связанных с силовой разблокировкой Ормузского пролива, наложив совместное вето на резолюцию Бахрейна и заблокировав инициативы по защите судоходства, которые они сочли предвзятыми по отношению к ИРИ. Эти два государства также активно работают на международных площадках, выступая за полную отмену действующих в отношении Тегерана ограничительных мер – китайские и российские дипломаты неоднократно обращались с подобными призывами к руководству Организации Объединенных Наций.

В то же время Москва поддерживает иранскую ядерную программу, имея в этом деле кровные интересы, поскольку участвует в строительстве и обслуживании энергоблоков АЭС «Бушер». Российская сторона в этом вопросе делает жесткий упор на право государств на разработку мирного атома и резко критикует резолюции МАГАТЭ, направленные против Тегерана. Однако при этом РФ остается приверженной нераспространению ядерного оружия.

Наиболее вероятно, что на тегеранской переговорной площадке весьма широко будут обсуждаться и транспортно-логистические маршруты, в частности, МТК «Север – Юг», где официально задействованы 12 государств, основными из которых являются Россия, Иран и Индия, подписавшие первоначальное соглашение в 2000 году. Азербайджан, Армения, Беларусь, Казахстан, Оман, Сирия, Таджикистан, Турция и Украина присоединились к этому проекту на более поздних этапах.

Кроме того, недавно российская сторона заявила о подвижках в проекте железной дороги Решт – Астара после решения земельного вопроса в Иране, что открывает путь к практическому воплощению в жизнь одной из важных инфраструктурных инициатив региона, которая снизит зависимость России от европейских направлений торговли, а Иран превратит в один из основных транзитных узлов Евразии.

Суммируя все приведенное выше, можно говорить о том, что планируемый визит Сергея Лаврова в Исламскую Республику – это своего рода демонстрация США и Европе того, что все попытки оказать давление на Россию и Иран не только не привели к успеху, но и наоборот – еще более скрепили российско-иранское многоплановое взаимодействие. Тегеран, в свою очередь, принимая российского министра, посылает сигнал коллективному Западу о том, что вопреки всему ИРИ по-прежнему остается важным партнером для крупных международных акторов. Конкретно в геополитическом разрезе данный визит обретает в том числе и четкий символический смысл, цементируя тезу о том, что Москва и Тегеран намерены сообща и скоординировано противостоять современным вызовам по всем пунктам международной повестки дня.