Армянская демократия под арестом Куда смотрят международные структуры?

Повторный арест Самвела Карапетяна стал очередным эпизодом масштабной кампании уголовного преследования армянской оппозиции. Сотрудники Службы национальной безопасности 4 ноября увезли лидера партии «Сильная Армения» после обысков в его доме и жилище его племянника, руководителя парламентской фракции партии Нарека Карапетяна. Сообщается также о задержании члена Совета директоров «Электрических сетей Армении» Вардана Макаряна.

На следующий день Антикоррупционный суд отправил Карапетяна под арест на месяц. Следственный комитет обвиняет бизнесмена и еще 35 человек в злоупотреблениях, растрате и отмывании денег при управлении «Электрическими сетями Армении». По версии следствия, ущерб составил около 64,6 млрд драмов (около 178 млн долларов США). Сам Карапетян вину не признает.

Однако рассматривать происходящее исключительно в плоскости борьбы с экономическими преступлениями было бы наивно. Для понимания ситуации необходимо учитывать политический контекст. Карапетян, обладающий также российским гражданством, уже подвергался уголовному преследованию летом 2025-го после публичной поддержки армянской церкви в ее конфликте с Николом Пашиняном.

Впоследствии его партия выдвинула бизнесмена, находящегося к тому времени под домашним арестом, кандидатом на пост премьер-министра. На парламентских выборах 7 июня «Сильная Армения» получила 23,27% голосов, заняв второе место после правящей партии «Гражданский договор», и сегодня это — одна из наиболее влиятельных оппозиционных сил страны.

Есть и другое важное обстоятельство: всего за несколько недель до ареста Карапетяна правительство фактически приступило к национализации принадлежащих ему «Электросетей Армении». Совпадение этих событий вызывает закономерные вопросы о реальных мотивах действий властей.

История с Карапетяном вписывается в гораздо более широкую палитру. В последние годы уголовные преследования армянских оппозиционеров регулярно активизировались в периоды политической напряженности и избирательных кампаний. Самым ярким эпизодом в этой связи можно назвать серию задержаний представителей оппозиции в период парламентских выборов-2026.

По официальным данным Антикоррупционного комитета Армении, только в рамках расследований, связанных с нарушениями на общенациональных выборах, уголовному преследованию подверглись 242 человека, из которых 100 были заключены под стражу или помещены под домашний арест. Тогда было возбуждено и уголовное дело против другого бизнесмена и лидера партии «Процветающая Армения» Гагика Царукяна, которого обвинили в уклонении от уплаты налогов в особо крупных размерах.

В целом, правоохранительные органы часто предъявляют представителям оппозиции обвинения, связанные с конкретными уголовными статьями, и само собой разумеется, что ни политический статус обвиняемого, ни его принадлежность к оппозиции не должны освобождать от ответственности за доказанные преступления. Но когда задержания приобретают систематический характер, приходятся на периоды избирательной борьбы и затрагивают наиболее активных противников правительства, возникает вопрос о том, где заканчивается уголовное преследование и начинается политическое давление. И армянские власти должны дать на него убедительный ответ.

Впрочем, цель нашего материала – не защита политических деятелей, попавших под каток репрессивной машины Пашиняна. В большинстве своем – это враги Азербайджана и сторонники реванша, и мы не желаем быть их покровителями. Настоящая цель этой статьи – высветить откровенную предвзятость, вопиющую несправедливость и двойные стандарты в подходах так называемой мировой общественности, различного рода международных организаций, которые традиционно позиционируют себя защитниками демократии и политических свобод.

Мы задаем им простые вопросы: «Почему на фоне происходящего не слышно внятной публичной реакции комиссара Совета Европы по правам человека, ПАСЕ, Европейского парламента и Amnesty International?»; «Где заявления о необходимости обеспечить политическим оппонентам равные условия, гарантировать справедливое судебное разбирательство и исключить использование правоохранительной системы в политических целях?»; «Если данные институты считают подобные вопросы принципиальными, почему они не проявляют соответствующей активности в отношении Армении?»

Эти структуры внимательно следят за каждым решением азербайджанских властей и не скупятся на строгие оценки при малейшем, на их взгляд, проявлении «нарушения прав человека в Азербайджане». Так почему при этом они предпочитают не замечать происходящего в Армении, а волна задержаний оппозиционных деятелей, в том числе в период выборов, не вызывает у них не только возмущения, но даже осторожных сетований?

Вырисовывается довольно любопытная картина: демократические стандарты, судя по всему, оказываются обязательными далеко не для всех. В руках международных организаций политические свободы, являющиеся по идее универсальным принципом, превращаются в инструмент политической конъюнктуры. Проснется ли совесть у поборников прав человека и демократических свобод, приподнимут ли они бровь и бросят ли хотя бы мелкий камешек в сторону армянской власти? К сожалению, мы вынуждены классифицировать этот вопрос как риторический.