США — Китай — Иран: военный сигнал без войны Статья Матанат Насибовой

Китай продолжает поддерживать Иран, несмотря на осложняющуюся геополитическую обстановку на Ближнем Востоке и рост напряженности между США и Тегераном.

На днях Пекин по запросу ИРИ направил в Оманское море корабль морской радиоэлектронной разведки «Ляован-1». Его задачей является сбор и анализ трудно перехватываемых данных, включая электромагнитные сигнатуры малозаметных истребителей, а также уточнение расположения американской военной инфраструктуры на случай возможного удара по Ирану. Как сообщает Telegram-канал «Дневник иранского журналиста», речь идет о масштабном разведывательном комплексе, способном существенно снизить фактор внезапности в потенциальных военных операциях США. Источник указывает, что предполагается анализ и отслеживание истребителей F-22 и F-35, а также выявление рабочих частот самолетов радиоэлектронной борьбы EA-18 Growler. Это можно расценивать как явный сигнал солидарности Пекина с Тегераном и одновременно неприятный сигнал для Вашингтона — особенно на фоне нарастающей концентрации американских сил в регионе.

На минувшей неделе США перебросили на Ближний Восток более 50 истребителей F-35, F-22 и F-16. Этот шаг стал серьезным звоночком для Тегерана и свидетельствует о демонстративной готовности Пентагона к масштабной операции против Ирана. После переговоров США и Ирана по ядерной программе, состоявшихся в начале февраля в Омане, Дональд Трамп заявил о направлении второго авианосца к берегам Ирана. Впоследствии Пентагон сообщил о планах усилить группировку в регионе примерно на тысячу военнослужащих, а также перебросить дополнительные истребители и эсминцы с управляемым ракетным вооружением.

Кроме того, в преддверии женевских переговоров по иранской ядерной программе, которые не принесли ощутимого прогресса, агентство Reuters со ссылкой на источники сообщало, что операция против Ирана может начаться в случае соответствующего решения президента США Дональда Трампа.

В Белом доме также прозвучали заявления на уровне вице-президента США Джей Ди Вэнса о том, что Вашингтон оставляет за собой право применить военную силу, если переговорный процесс зайдет в тупик.

На фоне роста вероятности военного противостояния — в том числе с учетом жесткой ответной риторики Ирана — закономерно возникает вопрос: почему Пекин демонстративно поддерживает Тегеран, игнорируя фактор США?

Ответ во многом лежит в характере китайско-иранских отношений. Китай и Иран являются стратегическими партнерами, поддерживающими тесное экономическое и геополитическое взаимодействие, однако формальным военным союзом не связаны.

В 2021 году две страны заключили соглашение о всестороннем сотрудничестве сроком на четверть века. Оба государства заинтересованы в сдерживании американского влияния, что во многом объясняет совпадение их позиций по ряду вопросов мировой повестки. При этом отношения Пекина и Тегерана не предполагают обязательств по взаимной обороне. Скорее, речь идет о прагматичном расчете и совпадении долгосрочных интересов. Это во-первых.

Во-вторых, КНР является крупнейшим покупателем иранской нефти и главным торговым партнером Ирана. Несмотря на американские санкции, китайские компании продолжают закупать иранскую нефть со значительными скидками. Это снижает зависимость Пекина от других поставщиков энергоресурсов и одновременно частично нивелирует санкционное давление США на Тегеран.

В-третьих, поддержка Ирана позволяет Китаю ослаблять позиции США на Ближнем Востоке и укреплять неформальный блок государств, интересы которых расходятся с политикой Вашингтона и Запада в целом.

В-четвертых, Тегеран играет важную роль в китайской инициативе «Пояс и путь». Для Китая логистические коридоры имеют стратегическое значение, следовательно, стабильность Ирана отвечает его долгосрочным интересам.

Именно поэтому Пекин оказывает Тегерану техническую поддержку, поставляет отдельные компоненты и технологии, в том числе двойного назначения, а также инвестирует в инфраструктурные проекты, в том числе в рамках бартерных схем. Кроме того, Китай оказывает Ирану дипломатическую поддержку на международных площадках — в ООН, БРИКС и ШОС, фактически выступая для него стратегическим тылом.

Безусловно, такая линия Пекина усложняет его и без того напряженные отношения с США, добавляя в них элемент стратегического соперничества. Однако КНР не стремится к прямой конфронтации с Вашингтоном из-за Ирана. Пекин не заинтересован в военной эскалации и поддерживает Тегеран ровно в той степени, в какой это соответствует его собственным национальным интересам.

Таким образом, в случае прямого военного противостояния между США и Ираном наиболее вероятным сценарием станет осторожная позиция Китая. Даже если в Персидском заливе наряду с американскими авианосцами будут находиться китайские корабли, вероятность прямого военного вмешательства Пекина в конфликт с США крайне низка. Скорее всего, Китай ограничится демонстрацией присутствия и дипломатическими заявлениями.