Предел многовекторности Армения между двумя союзами

После проведения в Ереване саммитов Европейского политического сообщества и ЕС — Армения, которые стали своего рода показателем приверженности властей страны заявленному ими курсу на евроинтеграцию, армяно-российские отношения, и так не отличающиеся особой радужностью, по всей видимости, подошли к критической фазе.

Основанием для такого утверждения служит тот факт, что Кремль вновь поднял вопрос о том, что Еревану пора определяться с выбором между ЕС и ЕАЭС, дав понять, что одновременно быть участником этих двух разнополюсных организаций невозможно. При этом поводом для новых резких высказываний российской стороны послужил отказ премьер-министра Армении Никола Пашиняна принять участие во встрече лидеров Евразийского экономического союза, которая пройдет 28–29 мая в Астане, что, по словам официального представителя МИД РФ Марии Захаровой, уже превратилось «в систему, которую Пашинян создал на направлении работы данной структуры».

«Никакой, конечно, трагедии в этом нет для самого объединения, вопрос только в самой Армении. Мы предпочитаем судить по конкретным практическим шагам армянского правительства в рамках реализации некой проевропейской политики, их влиянию на евразийские интеграционные процессы. Мы изначально говорили о том, что невозможно сочетать членство в ЕАЭС с внедрением наднациональных регуляторных механизмов другого интеграционного блока. Мы об этом говорили неоднократно, исчерпывающе и на всех уровнях», — сказала она, подчеркнув, что на фоне курса Еревана на евроинтеграцию в дальнейшем ситуация может перерасти в «прямое противоречие».

В данном контексте следует также отметить, что в апреле на встрече с Пашиняном президент Владимир Путин говорил о том, что Армения не может одновременно находиться в «таможенном союзе с Евросоюзом и с ЕАЭС»: «Это просто невозможно по определению. И вопрос даже не в политике, вопрос чисто экономического характера».

О неизбежных экономических последствиях курса на евроинтеграцию Ереван не единожды предупреждали и другие представители российского истеблишмента. В частности, в конце прошлого месяца замсекретаря Совета безопасности России Алексей Шевцов заявил, что вступление Армении в Евросоюз грозит ей сокращением ВВП примерно на 23% и ростом цен на энергоносители. Это — что касается экономической части.

Если рассматривать указанное требование России к Еревану в приложении к геополитическому разрезу, то здесь в первую очередь следует выделить высказывание главы Российской Федерации, сделанное им 9 мая журналистам: «На мой взгляд, было бы правильным и по отношению к гражданам Армении, и по отношению к нам, как к главному экономическому партнеру, определиться как можно раньше. Ну, например, провести референдум. Это не наше дело, но, в принципе, это вполне было бы логично — провести референдум и спросить у граждан Армении. Каков будет их выбор? В соответствии с этим и мы сделали бы соответствующие выводы и пошли бы по пути мягкого интеллигентного и взаимовыгодного развода».

В свою очередь, 7 мая Мария Захарова обвинила армянскую сторону в нарушении обещаний не предпринимать действий против Москвы. В этот алгоритм также вписывается мнение секретаря Совбеза РФ Сергея Шойгу о том, что стиль действий армянских властей не соответствует духу союзнических отношений с Россией, высказанное им на заседании специальной рабочей группы совета.
 
Однако, невзирая на такой экономико-политический риторический прессинг со стороны Москвы, действующие армянские власти не намерены отступать от своей линии, которая, судя по их заявлениям, заключается в намерении сохранить членство страны в ЕАЭС, не поступаясь планами по евроинтеграции. В частности, глава МИД Арарат Мирзоян накануне в беседе с представителями армянских медиа заявил, что страна не намерена выходить из Евразийского экономического союза.

«Вопрос о выходе из ЕАЭС не может обсуждаться до тех пор, пока Армения не подаст соответствующее заявление и не выразит желания, а мы такого желания не выражали», — сказал он, отвергнув идею заморозки членства республики в структуре до принятия ею соответствующего решения.

В принципе, желание официального Еревана сохранить до поры до времени свое присутствии в ЕАЭС вполне объяснимо с точки зрения прагматики. Во-первых, несмотря на планомерное сближение с Еросоюзом, Армения не подавала официальную заявку на членство в этой организации, и, соответственно, никаких переговоров статей по этому направлению не открывалось. Говоря простыми словами, ее вступление в Европейский союз — дело не ближайшего будущего, и действующие армянские власти хотят сохранить некую «подушку безопасности» на случай, если этот процесс так и останется вилами на воде писанным.
 
Во-вторых, республика продолжает пользоваться солидной экономической выгодой от участия в ЕАЭС и параллельно зарабатывает финансовые бонусы от углубления отношений с европейскими структурами. То есть, Армения сидит на двух стульях, намериваясь и дальше лавировать между Европейским и Евразийским союзами, ограничиваясь декларативными лозунгами в адрес Москвы, которые по своему содержанию будут аналогичны словам Никола Пашиняна: «Россия – наша дружественная страна».
 
Однако армянским властям необходимо принять во внимание, что сейчас, после европейских саммитов и накануне парламентских выборов Армении, Москва станет сильнее закручивать гайки. Параллельно Еревану не следуют сбрасывать со счетов тот момент, что и терпение Брюсселя не бесконечно, и оттуда уже звучат сигналы о том, что правительству республики пора определяться со своими предпочтениями. 

Таким образом, надо полагать, что для Армении наступило время выбирать, в противном случае желание армянских властей удержать два арбуза в одной руке вполне способно привести к тому, что страна окажется ареной противостояния двух центров силы.