Украинско-германское стратегическое партнерство и война с Россией Аналитика Сергея Богдана

В российско-украинской войне вот уже года три как отсутствуют всякие признаки стратегических успехов какой-либо из сторон. У обеих стран сохраняются силы для продолжения войны и находятся новые источники средств для нее. Украина и ФРГ во вторник провозгласили стратегическое партнерство, которое поможет Киеву набрать новую армию. А у Москвы благодаря нынешней международной ситуации резко возросли нефтегазовые доходы, и даже украинские налеты на порты не привели к серьезному падению экспорта. Война продолжает уносить жизни и уничтожать будущее целых регионов, а ее непосредственные участники уже не могут самостоятельно ее закончить.

Четыре вертолета чиновников и Grande Armée Зеленского

Главное событие российско-украинской войны на этой неделе произошло вдалеке от фронта — в Берлине. Провозглашенное во вторник стратегическое партнерство Украины и Германии было обставлено торжественным антуражем. Еще никогда в германскую столицу не прибывало столько высших украинских чиновников от обороны и МВД до сельского хозяйства! Для перевозки ключевых лиц на встречу с канцлером Фридрихом Мерцем было задействовано четыре крупных вертолета. Как подчеркнули немецкие организаторы, для Зеленского и его сопровождающих процедура приема соответствует процедуре для Папы Римского и президента США. Вроде бы все дело в безопасности.

Стороны подписали договоренности о помощи Украине в области ПВО и ПРО, а также о поставках вооружений и боеприпасов. Берлин купит у США для Киева несколько сотен ракет для комплексов «Пэтриот». А Украина и Германия нарастят уже идущее сотрудничество в производстве БПЛА. По словам Владимира Зеленского, нужны лишь деньги, а украинская сторона уже способна производить вдвое больше дронов, чем ей нужно, и ей нужны лишь «покупатели в Европе». Впрочем, немецкая сторона пообещала, что с устранением Орбана, выступавшего против, выделение Киеву нового евросоюзовского кредита (фактически безвозвратного) является решенным делом. По ее неформальным заявлениям, 90 миллиардов евро Киев получит уже в середине мая. А на формальном уровне Берлин пообещал поддержать вступление Украины в ЕС — хотя, возможно, и не к 1 января 2027 года, как хочет Зеленский.

Но все это на самом деле мелочи с точки зрения хода войны. Гораздо важнее была иная, официально не обнародованная, но явно достигнутая договоренность — о призыве украинцев, находящихся на территории Германии.

Мерц призвал Зеленского приложить больше усилий, чтобы вернуть мужчин призывного возраста на родину. По его словам, быстро сократить их число внутри ФРГ нужно «в интересах обеих сторон». Берлин действительно пытается сократить число беженцев внутри страны, начав с сирийцев. Зеленский охотно поддержал идею возвращения подлежащих мобилизации граждан как «вопрос справедливости». Идея пополнения рядов ВСУ за счет жесткого призыва уехавших зарубеж не нова, но только в последнее время Киеву удается убедить зарубежные государства в необходимости таких мероприятий. В конце прошлого года об этом, например, заговорил Мерц и другие лидеры правящих христианских демократов. 

Согласно сообщениям СМИ, основанным на внутренних источниках, в германском правительстве полагают, что «нам необходимо разобраться с вопросом мобилизации».
В ФРГ находится более миллиона украинских беженцев, которые прибыли в страну после российского вторжения 2022 года. По официальным данным, по состоянию на конец октября 2025 года, среди них было 257 000 мужчин в возрасте от 18 до 45 лет. Предполагается, что с тех пор их число даже возросло. Следовательно, можно рассчитывать на призыв 200 000 только из этой категории лиц. Кроме того, немало граждан Украины работало или находилось на различных основаниях в Германии до 2022 года и остается там. То есть еще несколько десятков тысяч мужчин может быть прибавлено за счет призыва этих граждан. Словом, только из граждан Украины, находящихся в ФРГ, можно сформировать новую армию, которая будет сопоставима с ВСУ довоенного образца. Прибавьте сюда украинских граждан, находящихся в Польше, — и вот уже готова новая «Большая армия».

35 ракет для стратегического партнера

Украинско-германские договоренности позволят продолжить сопротивление России в нынешнем формате, но вряд ли могут что-либо изменить в образовавшейся на востоке Европы мясорубке, которую впору сравнивать то ли с Галлиполи, то ли с Верденом времен Первой мировой войны. На первый взгляд, благодаря им у Киева вот-вот появится новая «Большая армия». Но, обеспечивая пополнение украинской армии людьми необученными и слабо мотивированными воевать, что следует из их решения уехать из страны, эти договоренности делают ставку на пустые цифры. Это не бойцы, а пушечное мясо. Что даст их экстренная мобилизация (а на иную времени нет) в военном смысле?

На эту огромную проблему накладывается вторая огромная проблема — дефицит серьезного оружия и ключевых боеприпасов. Украинцам их всегда давали «по чайной ложке», обильно разбавляя откровенным металлоломом и хламом. И в этом смысле ничего не изменилось, а с выбитыми мотивированными кадрами ВСУ никакие F-35 с Abrams не помогут. 

Германские СМИ сетуют, что из-за войны с Ираном «США отложили первые поставки европейским заказчикам на несколько лет, и Украина опасается, что теперь ей тоже придется пойти на уступки». Но они лукавят, Иран ни при чем.

Возьмем один пример. Намедни выяснилось, что норвежские поставки F-16 для Украины снова откладываются. Они должны были прибыть в этом месяце и сейчас перенесены на конец следующего года. А первоначально их обещали дать еще в 2024 году! То есть война на Ближнем Востоке или новая политика Трампа, на которую ссылаются сейчас в Европе, чтобы объяснить недостаточные поставки снаряжения и амуниции Киеву, никак нельзя признать исчерпывающими пояснениями. До Трампа ситуация с западными, особенно европейскими, поставками оружия Украине была схожей с нынешней.

В ходе торжественного провозглашения стратегического партнерства было заявлено, что усилиями германского министра обороны Бориса Писториуса, сообща с другими членами ЕС, был подготовлен еще один пакет военной помощи Украине. В который пока что вошли... аж 35 зенитных ракет Patriot! А еще немцы дадут 36 зениток IRIS-T — это тоже не Бог весть что, учитывая близкий радиус их действия. Но, мол, пусть в Киеве не унывают, Берлин обещает закупить им в ближайшие года четыре еще несколько сотен ракет Patriot, а также профинансировать разработку высокоточного оружия большой дальности. Все это в будущем, если все получится, а фронт не обвалится...

Новые соглашения Киева и Берлина не обеспечивают реального укрепления Украины. Они обеспечивают лишь возвращение под удобным предлогом Германии в число полноценных военных держав со снятием формальных и неформальных ограничений, которые существовали в отношении германской военной мощи после всего, что та творила в ХХ веке. Вдобавок расширяют присутствие Германии в регионе, который она всегда считала своим «ближним зарубежьем» и сферой интересов в Восточной Европе. Разумеется, оформлено все как некие усилия Берлина в интересах всей Европы. Впрочем, то же делали и все амбициозные германские правительства в прошлом веке, что отнюдь не гарантировало искренности и человеколюбия их помыслов. 

Сейчас Мерц также заявляет о необходимости участия Европы в любом мирном процессе: «никаких соглашений с Россией не будет без участия европейцев», сказал он в ходе встречи с Зеленским. Но, по сути, речь идет об участии Германии и через структуры ЕС, в которых она имеет решающее слово.

Стратегические хутора

Для российской стороны военная ситуация в Украине выглядит не менее противоречиво. Там много говорили о тактике «перемалывания» противника и минимизировали штурмы крупных населенных пунктов. Работает ли такая тактика, остается под вопросом. С одной стороны, военные потери РФ гораздо ниже украинских, и даже не располагая полной статистикой, можно сказать об этом с уверенностью. Это заметно по обмену телами. 

Соотношения для Украины все время ухудшаются. Возьмем случайные три примера обменов. Если в апреле 2024 года 23 тела российских военных было обменено на 99 тел украинских, то в январе 2025 года это соотношение составило уже 49 российских к 757 украинским. А на прошлой неделе эта жуткая пропорция достигла 41 российское тело к 1000 украинских.

Но, с другой стороны, даже цифры потерь могут вводить в заблуждение. В Афганистане соотношения потерь талибов и их оппонентов (США, НАТО и марионеточного режима) почти всегда были в пользу последних, но война была проиграна. 

В американо-вьетнамской войне аналитики в правительстве США вообще решили, что число трупов противника — ключевой фактор. Они высчитали, сколько огневой мощи надо потратить, чтобы уничтожить вьетнамских партизан, а затем принялись все выжигать и выбомбливать согласно этим калькуляциям. Российская концепция перемалывания в этой войне, в сущности, повторяет эту старую американскую теорию в войне с Вьетнамом. Исход той войны был плачевен для США. И вряд ли россияне добьются чего-нибудь своим «перемалыванием». На это указывают минимальные подвижки фронта. 

Во вторник ТАСС без тени смущения объявил о крупном достижении. С начала года ВС РФ взяли под контроль 74 населенных пункта! Только что это за пункты — бесконечные перечисления выморочных деревень и поселков, занятых российскими силами, лишь иногда прерываются поселками городского типа. Они по большей части не имеют ни малейшего стратегического значения — его им приписывают, мол, «Волчанские хутора обеспечивают подход к Волчанску». Ну а Волчанск обеспечивает подход еще к чему-то и так далее.

В итоге, как заявил президент Путин, по состоянию на 10 марта вне российского контроля оставалось 15–17% территории Донецкой области Украины. Для сравнения: в конце прошлого лета Украина сохраняла контроль над 21% территории Донецкой области, в начале лета 2024 года — 40%. Продвижение не впечатляет, а ведь именно взятие под контроль территории так называемой «ДНР» и было объявлено одной из целей российской армии. На других направлениях успехи не лучше.

Одновременно украинская сторона расширила налеты и обстрелы военной и гражданской инфраструктуры внутри РФ вслед за российской кампанией по «вымораживанию» Украины через уничтожение критической инфраструктуры. Российская ПВО и ПРО в целом справляется с этими украинскими операциями, хотя регулярно гибнут и мирные жители. 

Многие удачи украинских военных связаны с эффектом внезапности — удара по неожиданным объектам, по условной промзоне в башкирской глубинке. Иными словами, эта тактика Киева эффектна, но с точки зрения исхода войны неэффективна, а порой и бессмысленна, и ведет лишь к гибели гражданских лиц.

Ее стратегическую несостоятельность можно было видеть и пару недель назад, когда украинские военные пытались помешать Москве воспользоваться ростом цен на углеводороды, сорвав российский экспорт нефти и СПГ. Российские власти справились с масштабным налетом на Усть-Лугу и другие балтийские порты. Да, над Петербургом висели облака дыма, но в считанные дни последствия налета были ликвидированы и экспорт углеводородов — цель рискованной и недешевой операции — был восстановлен. 

Данная операция подтвердила, что Украина и ее союзники делают ставку на дроны как на очередное Wunderwaffe. Британский министр обороны Джон Хили намедни провозгласил: «Дроны определили ход этой войны и станут решающим фактором в ее исходе». Он анонсировал поставку Украине 120 000 дронов и рассказал, что в марте потери ВС РФ составили рекордные 35 000 человек, и 96% из них было связано с использованием БПЛА.

В словах министра есть доля правды. Украинские военные действительно добились успеха в применении дронов по военным целям на фронте, что признают и российские источники. Но названные цифры потерь просто фантастические и никак не соотносятся ни с масштабом российских операций (где можно было положить столько людей, если не было штурма условного Бахмута?), ни с отсутствием признаков таких потерь — падения участков фронта, коллапса госпиталей и прочего. А учитывая известные цифры обмена телами, можно и вовсе сказать, что цифры Джона Хили просто взяты «с потолка», никакого прорыва на фронте с помощью дронов не достигнуто и даже потери РФ не возросли. 

Зато воспевание дронов идет на фоне замалчивания обеими сторонами фактов их применения по гражданским объектам. Прежде всего в приграничных областях — где, как пишут даже прогосударственные российские «военкоры», украинские дроны легко выбивают любую цель даже в 40–50 км от фронта, не щадя и гражданский автотранспорт.

В этой ситуации, как пишет военкор Котенок: «Если по чесноку, то сейчас многие жители, как минимум Русского приграничья, хотят услышать ответ на один вопрос: «А мы точно побеждаем в СВО?»

Безотносительно этичности целей России в Украине, можно констатировать, что средства, которые российская сторона оказалась готова направить на войну, оказались не адекватны поставленным задачам. И дело не только в быстро проявившем себя нежелании россиян воевать с украинцами, из-за чего вопрос о мобилизации в РФ давно снят с повестки дня. Дело и в технологической и организационной неподготовленности. Возьмем ключевой аспект — авиацию. На сегодня передовые малые БПЛА для российской армии вообще мастерят энтузиасты из какого-нибудь полукустарного «НПЦ Ушкуйник» во главе с директором-культурологом (!), а авиапромышленность с трудом выпускает военные самолеты за счет полного провала с выпуском гражданских. Вследствие этого, как стало известно в среду, готовится программа восстановления примерно 700 советских Ан-2!

Война без победителей

Все вышеперечисленные военные и дипломатические действия не ведут к победе Украины, но и Россия ничего не может поделать с данными проблемами. России тоже не удается добиться перелома в войне, даже несмотря на угрозы сделать украинские города непригодными для проживания и массированные налеты, в которых гибнет множество мирного населения. Иными словами, обе стороны в войне не могут нанести друг другу поражения, хотя и способны создать трудности более или менее серьезного характера. И это мы видим практически с самого начала войны, которая уже на втором году превратилась в кровавую стагнацию, и громкие успехи сторон не вели к переломам ситуации. Приведем еще один пример по случаю годовщины.

14 апреля 2022 года украинским военным удалось утопить ракетный крейсер «Москва» Черноморского флота России. Потом было еще пару удачных ударов по кораблям помельче и по штабу флота в Севастополе. В результате ЧФ вскоре в основном вывели из Крыма в Новороссийск.

Что это дало украинской стороне? Да ничего, поскольку, оттеснив и без того малоактивный российский флот в Черном море от своих берегов, она никак не могла расширить и закрепить свой контроль акватории. Да, российские гражданские суда сейчас подвергаются нападениям в попытках пройти в порты, но это далеко не блокада российских черноморских портов, а потому и для исхода войны данные операции особого значения не имеют. Тратятся лишь средства и гибнут люди, в том числе гражданские лица с обеих сторон.

Россия и Украина, поддерживаемая странами ЕС-НАТО, оказались в ситуации, в которой не просматривается стратегических перспектив ни для одной из непосредственно втянутых в нее сторон. Все они утешают себя иллюзиями близкого перелома в войне за счет некоего чудо-оружия или операции. Но факт состоит в том, что обе стороны являются прочными государствами. Никакое чудо-оружие — кроме ядерного, о котором речи не идет — не сможет изменить этой ситуации. Но интернационализация конфликта, его спайка с другими глобальными «горячими точками» уже привели к тому, что непосредственным участникам стало очень сложно выйти из войны.