Венгерское «нет»: почему в ЕС опасаются вступления Украины Экспертные мнения на Caliber.Az

Венгрия добилась исключения из итоговой декларации ЕС формулировок об ускоренном вступлении Украины в союз. Как заявил премьер-министр Петер Мадьяр, все страны сообщества согласились с доработанным вариантом документа. 

«В ходе работы над текстом в течение нескольких недель заявление было значительно доработано по предложению Венгрии. Кроме того, в связи с процессом вступления Украины в ЕС из текста по моей инициативе в последний момент была исключена формулировка, указывающая на ускорение этого процесса. Это было непросто», — написал Мадьяр в Х.

В итоговом заявлении саммита пункт, касающийся присоединения Украины к Евросоюзу, сформулирован следующим образом: «Европейский совет приветствует проведение межправительственной конференции по вступлению Украины в Европейский союз и открытие кластера по фундаментальным вопросам 15 июня 2026 года, а также рассчитывает на открытие других кластеров в соответствии с подходом, основанным на заслугах».

Мадьяр неоднократно заявлял, что новое правительство Венгрии выступает против ускоренного приема Украины в ЕС. По его мнению, к Киеву должны применяться те же критерии и требования, что и к другим странам-кандидатам.

Как к позиции нового премьер-министра относятся в самой Венгрии и как на это решение отреагировали в Украине? На эти вопросы Caliber.Az ответили известные эксперты.

Главный советник и старший научный сотрудник Венгерского института международных отношений профессор Ласло Васа назвал решение Будапешта тактической победой и шагом в защиту действующих правил расширения Евросоюза. 

«Позиция Венгрии основывается на нескольких ключевых факторах.

Во-первых, Будапешт последовательно утверждает, что вступление в ЕС должно оставаться процессом, основанным на заслугах и строгом соблюдении критериев acquis communautaire (совокупности правовых норм и обязательств Европейского союза).

Ускорение процедуры рассматривается венгерской стороной как политически мотивированное отступление от установленных правил, способное в будущем подорвать доверие ко всей системе расширения. Венгрия позиционирует себя не просто как государство, обладающее правом вето, а как защитника норм и принципов, на которых основан союз.

Во-вторых, важное значение имеет и момент принятия этого решения. Первый переговорный кластер — «Основы» — был открыт лишь 15 июня 2026 года после достижения отдельного двустороннего соглашения между Киевом и Будапештом по вопросу прав меньшинств в Украине.

Само соглашение стало результатом непростого компромисса по вопросу статуса этнической венгерской общины Закарпатья. С точки зрения Будапешта, любые разговоры об ускоренном вступлении Украины до полного выполнения и проверки принятых обязательств являются преждевременными и потенциально дестабилизирующими.

Поэтому требование придерживаться стандартного графика переговоров напрямую связано с необходимостью реализации достигнутых договоренностей и обеспечения гарантий защиты национальных меньшинств», — отметил политолог.

Эксперт считает, что Будапешт лишь наиболее открыто выражает осторожный и поэтапный подход, которого придерживаются и некоторые другие государства — члены ЕС. 

«Этот эпизод демонстрирует способность Венгрии использовать право вето для влияния на обсуждение крайне чувствительных геополитических вопросов. Хотя в некоторых западных столицах такой шаг могут расценивать как попытку затянуть процесс, в венгерском внутриполитическом и стратегическом контексте он выглядит вполне логичным. Будапешт рассматривает его исключительно как инструмент защиты национальных интересов и соблюдения процедурных норм ЕС», — резюмировал Ласло Васа.

Украинский политолог, кандидат политических наук, общественный деятель и эксперт по вопросам международной и национальной безопасности Олексий Буряченко отмечает, что в европейских кулуарах неофициально считают: предметный разговор о членстве Украины в ЕС возможен лишь после окончания войны.

Однако, по мнению эксперта, даже в этом случае процесс не будет быстрым.

«До принятия окончательного политического решения — включая голосование в парламентах всех стран-членов ЕС и полное закрытие переговорных кластеров — может пройти еще немало времени. Если Украина будет двигаться по стандартной процедуре, без специальных механизмов и ускоренных форматов, речь вполне может идти о нескольких годах.

Здесь стоит вспомнить заявление главы Представительства Европейского союза в Украине Катарины Матерновой, которая в день открытия первого переговорного кластера назвала 2030 год вполне реалистичным сроком завершения процесса вступления Украины в ЕС. Лично я считаю этот прогноз более реалистичным и достижимым при благоприятном развитии событий», — отметил эксперт.

По мнению Олексия Буряченко, вступление Украины зависит не только от реформ в стране, но и от готовности ЕС принять новых членов. 

«Украина далеко не единственная страна, претендующая на членство в ЕС. Государства Западных Балкан ожидают вступления уже многие годы, а переговорный процесс с Турцией фактически остается в подвешенном состоянии на протяжении десятилетий.

Отдельного внимания заслуживает и Молдова. Сейчас ее евроинтеграция во многом идет синхронно с украинской, однако уже звучат предположения, что после открытия первого переговорного кластера Кишинев может продвигаться быстрее. В отличие от Украины, Молдова не находится в состоянии полномасштабной войны, несмотря на наличие приднестровской проблемы и сохраняющееся российское влияние.

Кроме того, в Молдове продолжаются дискуссии о возможном объединении с Румынией — государством, уже входящим в состав Европейского союза. Теоретически такой сценарий мог бы существенно ускорить европейскую интеграцию страны.

Некоторые европейские чиновники также считают, что со временем Украине и Молдове придется разделить свои переговорные треки, поскольку процесс имплементации европейского законодательства и его адаптации к национальным правовым системам требует индивидуального подхода», — подчеркнул эксперт.

Возвращаясь к украинскому вопросу, аналитик отмечает, что окончание войны остается ключевым политическим условием для вступления в ЕС, однако не отменяет необходимости продолжать реформы уже сейчас.

«Во время недавнего визита в Украину еврокомиссар по вопросам расширения Марта Кос представила три возможных сценария дальнейшего процесса.

Первый предусматривал так называемое «авансовое членство», которое ранее предлагал президент Украины Владимир Зеленский. Согласно этой идее, Украина могла бы вступить в ЕС уже к 2027 году после выполнения базовых требований, а остальные этапы интеграции проходить уже в статусе члена союза.

Однако, по словам Марты Кос, большинство европейских лидеров относятся к такому варианту скептически. Поэтому этот сценарий фактически больше не рассматривается», — заявил эксперт.

По словам эксперта, ускоренное вступление Украины в ЕС сдерживают не только требования к Киеву, но и опасения ряда европейских стран относительно экономических последствий такого шага.

«В Польше, например, опасаются влияния украинского членства на аграрный сектор и распределение европейских субсидий. Поэтому заявления премьер-министра Венгрии Петера Мадьяра нельзя считать исключительно венгерской позицией. Подобные настроения существуют и в других странах ЕС», — сказал эксперт.

В этой связи, считает Буряченко, наиболее вероятным остается стандартный сценарий вступления Украины в ЕС.

«Как отмечала Марта Кос, возможны и промежуточные форматы сотрудничества. В качестве примера можно привести Норвегию и Швейцарию. Подобные механизмы могут применяться и к Украине, особенно в сфере безопасности и обороны.

При этом открытие первого переговорного кластера стало важным сигналом со стороны ЕС. Если нынешняя динамика сохранится, остальные шесть кластеров могут быть открыты до середины 2027 года.

Украина уже рассматривается как будущий член Евросоюза, однако впереди остаются годы переговоров, реформ и согласований», — резюмировал эксперт.