Двуличие Парижа Кейсы Франции, Украины и Азербайджана

Выступление постоянного представителя Франции при ООН Жерома Боннафона 9 декабря в Нью-Йорке было призвано показать миру, что Париж последовательно поддерживает Киев. Французский дипломат заявил о необходимости продолжения переговоров о прекращении российско-украинской войны с учетом интересов самого Киева и европейских партнеров.

При этом Боннафон подчеркнул: поиск мира должен оставаться справедливым и не может предполагать уступок, которые подрывают украинский суверенитет и территориальную целостность. Особое внимание Боннафон акцентировал на принципе «ничего об Украине без Украины», дополнив его формулой «ничего о безопасности европейцев без европейцев». Эти политические тезисы он определил как фундамент рамочных условий любых возможных переговоров с Россией. Иначе говоря, Франция подчеркивает главенство международного права, недопустимость пересмотра международно признанных границ и необходимость уважения государственности Украины.

То, на чём сегодня настаивает Франция в отношении Украины, — это ровно то, за что неизменно выступал Азербайджан. Наша страна на протяжении десятилетий последовательно и открыто защищает принцип территориальной целостности государств как основополагающий элемент международного права. Поддержка территораильной целостности Украины со стороны официального Баку — не ситуативная дипломатическая вежливость, а прямое следование собственному историческому опыту.

Президент Азербайджана Ильхам Алиев неоднократно подчеркивал, что любые попытки навязать Киеву отказ от собственных территорий под предлогом «компромисса ради мира» недопустимы. Слова главы нашего государства основаны не только на правовой логике — он прекрасно понимает, как ощущается несправедливость подобного давления. На протяжении трёх десятилетий, пока 20% территории Азербайджана находились под армянской оккупацией, официальному Баку пытались навязать сдачу собственных земель под видом «реализма» и «признания сложившегося статус-кво». Мы знаем цену словам о суверенитете и освобождении территорий. Мы знаем цену международным обещаниям и резолюциям, которые годами оставались на бумаге.

Но именно здесь возникает закономерный вопрос: почему для Парижа поддержка территориальной целостности Украины стала аксиомой, а в случае с Азербайджаном долгие годы наблюдался совершенно иной подход? Вопрос не праздный. Ведь мы прекрасно помним, как французские города заключали «побратимские» соглашения с азербайджанскими населенными пунктами, находившимися под армянской оккупацией. Мы помним, что Франция за десятилетия оккупации не ввела ни одной санкции против Армении. С ее стороны не прозвучало ни одного четкого осуждения армянской агрессии, нарушения международного права. Наоборот, Париж, особенно при Макроне, публично демонстрировал симпатию государству-оккупанту, называя Армению «сестрой Франции».

Кроме того, в ходе 44-дневной войны Париж пытался остановить освобождение азербайджанских земель и оказывал давление на Баку. А сразу после нашей победы в этой войне французский Сенат принял позорную резолюцию о признании «независимости» мифического «арцаха». Да, эта резолюция утратила даже символический смысл после однодневной антитеррористической операции в Карабахском регионе в сентябре 2023 года.

Так была окончательно и бесповоротно восстановлена территориальная целостность Азербайджана. Но та позорная резолюция французского Сената остается фактом, документом, под которым стоит четкая подпись французской политической элиты. Кстати, Франция пыталась использовать Совет Безопасности ООН против Баку. За что? За то, что Азербайджан чётко и последовательно реализовал нормы международного права и положения 51-й статьи Устава ООН о самообороне.

Вся логика международных обязательств требует единого подхода к территориальной целостности государств. Но в реальности мы увидели совсем иное. И такого рода ситуация формирует ряд очевидных вопросов. Чем территориальная целостность Азербайджана «хуже» территориальной целостности Украины? Чем боль миллиона азербайджанских беженцев и вынужденных переселенцев «менее значима», чем боль украинцев, лишенных родных очагов? Почему освобождение наших земель трактовалось как «угроза миру», тогда как аналогичная борьба Украины признается героической и справедливой?

Ни Жером Боннафон, ни любой другой французский дипломат не даст честного ответа на эти вопросы. Потому что речь идет не о международном праве, а о политических симпатиях, внутреннем лоббизме и геополитических расчетах. В случае с Азербайджаном Париж годами руководствовался пресловутыми двойными стандартами, определяя, кому среди жертв агрессии можно сочувствовать, а чью трагедию выгоднее игнорировать.