А сапоги не свистели? Но как тогда «новая война – новые территории?»

Находящийся полтора года под арестом экс-министр обороны Армении Давид Тоноян 1 августа принял участие в заседании парламентской следственной комиссии по изучению обстоятельств 44-дневной войны. Напомним, что суд разрешил ему с 1 по 2 августа участвовать в работе комиссии.

Это тот самый Тоноян, который в свое время грозил Азербайджану, мол, новая война - новые территории.

«…Мы готовы были отразить агрессию превосходящих в два, три раза сил, но мы не рассчитывали, это был наш недочет, что будет прямое вовлечение третьей страны, понятно, что я говорю о Турции. Мы не ожидали, что Турция примет непосредственное участие в войне». Это его слова, цитирую. Давид Тоноян говорит полуправду. Он скрывает информацию о дотракийской коннице и зимбабвийских наемниках, которые тоже принимали участие в войне на стороне Азербайджана.

Скажу более: именно зимбабвийские наемники сняли на телефон кадры, которые затем облетели весь мир, а именно – армянского военного, убегающего с унитазом. Единственная причина, по которой они не стали его преследовать, и, как следствие, не отловили – это гомерический смех. Мало кто знает, но после войны они, зимбабвийцы, отказались от гонорара, который им причитался, и высказались в духе «спасибо, мы вдоволь посмеялись, не надо денег, а если решите повторить – зовите нас снова, мы приедем с профессиональной съемочной аппаратурой». Так что я бы рекомендовал армянским следователям проверить показания Тонояна на «детекторе лжи». Если вспотеет – значит, врет. Но это была только присказка.

Далее г-н (гражданин, в смысле) Тоноян говорит следующее: «Армянская армия была недостаточно вооружена для ведения современной войны. Я уже говорил об этом публично. У нас никогда не было возможности полного обеспечения мобилизационных ресурсов ни вооружением и военной техникой, ни экипировкой. Необходимость доукомплектования мы дважды особо отмечали в нашей программе мероприятий - и в 2018, и в 2019 годах».

Тут он должен или надеть трусы, или снять крестик, как в том анекдоте, потому что «мы готовы были отразить агрессию превосходящих в два, три раза сил» и «у нас никогда не было возможности полного обеспечения мобилизационных ресурсов ни вооружением и военной техникой, ни экипировкой» могут ввести следствие в заблуждение. Сам себе противоречит, путается в показаниях, юлит и выкручивается. Может быть и «были готовы» до тех пор, пока кто-то не разворовал тушенку и не прикарманил выделенные на армянскую армию деньги. А вот как разворовали и прикарманили – тут то и появилась турецкая армия, дотракийцы и зимбабвийские наемники.

«Конфузия, государь» - закричал Шереметев («История Прутского похода», мемуары Вейде).

Ну и вишенка на пирожном: «Начальник Генштаба Оник Гаспарян на четвертый день войны на заседании Совета безопасности, состоявшемся 30 сентября, отметил необходимость прекращения боевых действий, и добавил, что в противном случае ресурсы Армении быстро иссякнут». Так я не понял, турецкие войска участвовали в войне с самого первого дня, они пришли только на четвертый, или они вообще не явились на войну, прислав вместо себя зимбабвийских наемников?

Кстати, никто не помнит, на какой день войны мир увидел те самые кадры с сантехникой? Правильно, это было уже после подписания перемирия, когда дотракийцы уже устали, а зимбабвийские наемники еще не уехали. А если серьезно (хотя как с такими оппонентами серьезность сохранять, коверные в цирке в сравнении с ними – вдумчивые и рассудительные люди) то я даже не говорю об одиннадцати тысячах дезертиров, которые нас обязательно бы победили, если бы мы их догнали. Я говорю о том, что, если бы в войне участвовала Турция, причем задействовав всего одну десятую своих военных возможностей, вся Армения уже находилась бы в Краснодарском крае. С авангардом в одиннадцать тысяч. Я, конечно, понимаю, что, во-первых, стыдно, во-вторых, нужно найти себе оправдание, в-третьих, «никогда так много не врут, как после войны», но во всем должна быть какая-то мера. Просто для того, чтобы показания хоть немного походили на правду. Может, тогда поверят и слушатели, и следователи. Мы тоже будем все внимательно слушать, и обязательно поделимся услышанным как с дотракийскими, так и с зимбабвийскими товарищами. Потому что жизнерадостного смеха, и, вообще, положительных эмоций много не бывает.