Капитуляция на хрупких плечах Азербайджанский опыт Анн Буайон

Уже две недели, как бывший посол Франции Анн Буайон покинула Азербайджан. Посреди событий мирового масштаба мы как-то запамятовали посвятить этой женщине несколько строк. Сегодня с удовольствием исправляем это упущение.

Нельзя сказать, что мадам Буайон, будучи женщиной сама по себе миловидной, оставила по себе приятные впечатления. И в этом, в сущности, не ее вина. Посол, как известно, выражает позицию своей страны. Позиция же макроновской Франции к Азербайджану отличается своей откровенной враждебностью, что и нашло отражение, в том числе, и в деятельности Буайон. 

При этом, надо признать, в отличие от представителя Ирана в Армении Мехди Собхани, она воздерживалась от явного беспредела, тем не менее, во всех ее действиях чувствовалась разнарядка с набережной Орсэ. Буайон приступила к своей миссии в нашей стране в январе 2023 года. В тот период французские политикум и пресса переживали очередной приступ азербайджанофобии в связи с акцией азербайджанских экоактивистов на лачинской дороге, которую они представляли как закрытие дороги и которую далее будут называть не иначе как «блокадой Нагорного Карабаха». Анн Буайон сразу впряглась в защиту интересов Франции, нужно сказать, жертвуя своим собственным реноме дипломата. В июле того же года Буайон процитировала слова тогдашнего главы евродипломатии Жозепа Борреля: «Власти Азербайджана обязаны в ближайшее время гарантировать безопасность и свободу передвижения по Лачинскому коридору и не допустить дальнейшей эскалации кризиса». 

Тем самым французская дипломатия в очередной раз продемонстрировала свою несостоятельность – ведь в обязанность посла входит способствовать налаживанию отношений между странами, а не чтение нотаций принимающей стороне. Впрочем, в Париже это делали намеренно, желая продемонстрировать небрежность по отношению к Азербайджану. Однако цена этой небрежности оказалась высока, поскольку в конце концов именно французы вынуждены были пойти на невозможное для себя. И бремя этого позора легло на хрупкие плечи Буайон.

Речь, конечно, идет о «шушинском вопросе». Четыре года Париж сопротивлялся отправке своего представителя в освобожденную жемчужину Карабаха – надо полагать, не только в качестве выражения своей позиции, но и не желая раздражать электорат армянского происхождения. Однако в июне этого года Баку удалось сломить и этот «форпост». То ли дальнейший отказ посетить Шушу уже выглядел неприличным, то ли французы испугались, что дальше могут последовать удары по французским инвестициям, однако в июне Буайон, как ни в чем не бывало, поехала в Шушу и раздала этому древнему городу щедрую порцию комплиментов. «Действительно, испытываю огромное чувство радости, находясь здесь. Знаю, что Шуша занимает особое место для Азербайджана, поскольку этот город является символом культуры и искусства. Кроме того, Шуша подарила миру много известных людей», — сказала она.

Как же символично, что дипломат успела не только съездить в Шушу, но и застать существенный прорыв в нормализации между Баку и Ереваном вопреки стараниям Парижа, за которые именно ей приходилось отдуваться.

Вспоминается август 2023 года, «десант» на условную границу французских политических и общественных деятелей и потешное стояние армянских фур с французской помощью. Несмотря на комизм происходящего, со стороны Парижа это был демарш, и Анн Буайон была вызвана в азербайджанский МИД, где ей вручили ноту протеста, не первую и не последнюю за время работы в Азербайджане. По количеству вызовов в МИД Азербайджана Буайон, вместе с предыдущим послом Захари Гроссом, наверное, является рекордсменом. Не знаю, существует ли у дипломатов традиция коллекционировать ноты протеста, однако, если таковая была бы, то Анн Буайон могла бы собрать из них целый, простите за каламбур, дипломат. 

Мадам Буайон еще достаточно молода. Мы не злопамятный народ, а потому пожелаем ей успешного продолжения дипломатической карьеры и надеемся, что опыт, полученный ею в Азербайджане, станет ей в этом деле существенной подмогой.