Недели решают все Москва и ее угрозы Еревану

На днях в российско-армянских отношениях произошел очередной значимый инцидент. Президент России Владимир Путин, вышедший к журналистам после парада 9 мая, в числе прочих ответил на вопрос, касающийся Армении. Если быть точнее, то корреспонденты напомнили, что прежде армянские лидеры часто приезжали в Москву на 9 Мая, но в этом году на Красной площади не было ни премьер-министра Никола Пашиняна, ни других представителей руководства страны. Российский президент ответил пространно и многослойно. Сначала он заявил, что Москва «не видит ничего особенного» в планах Армении сближаться с ЕС и поддержит всё, что «выгодно армянскому народу». У России и армянского народа, сказал Путин, «особые отношения на протяжении столетий», а если то или иное решение действительно отвечает интересам Армении, Москва «против не будет».

После этого комплиментарного вступления Путин перешел в вежливую атаку, перечислив выгоды, которые Армения получает от участия в ЕАЭС, а затем предложил Еревану «определиться». «Вполне было бы логично провести референдум и спросить у граждан Армении, каков будет их выбор», — сказал Путин. После этого, продолжил он, Россия и Армения могли бы сделать «соответствующие выводы» и пойти по пути «мягкого, интеллигентного и взаимовыгодного развода».

За этой умиротворяющей развязкой напряжения последовал, наконец, резкий удар. Президент России начал проводить аналогии между Арменией и Украиной. «А с чего началось? (в Украине – Ред.) Со вступления или попытки вступления Украины в ЕС!». Подробно повторив российское видение всех перипетий преддверия российско-украинского конфликта в 2013-2014 гг., включая предупреждения Москвой европейцев о том, что соглашение Украины с ЕС несовместимо с ее тесными экономическими связями с Россией и другими экономическими партнерами по ЕАЭС, Путин вернулся к Армении. «Поэтому не нужно доводить до крайности», – произнес он, заставив многих расценивать эти слова как почти неприкрытую угрозу. 

Большинство комментаторов сходятся во мнении, что, несмотря на угрозы Путина, у России нет ресурсов проводить в отношении Армении политику, сравнимую с той, что проводится в отношении Украины. Во-первых, война в Украине отвлекает все ресурсы Москвы, во-вторых, у России и Армении нет общей границы, а в-третьих, нет никакого подобия гуманитарного повода для военной операции (в отличие от нарративов о «защите народа Донбасса»).

Тогда зачем российский президент угрожает Армении? Самый правдоподобный ответ лежит в плоскости предвыборной борьбы в Армении, которая входит в самую острую фазу. Неудивительно, что все «держатели акций» активизируют свои действия для обеспечения большинства для своих политических сил. Как известно, главная борьба развернулась между правящей партией «Гражданский договор», сделавшей ставку на мир с Азербайджаном, отказ от мифической Армении и максимальную интеграцию с Европой, с одной стороны, и пророссийскими силами в лице трех основных политических объединений с другой: альянса «Армения», возглавляемого главарем карабахского клана Робертом Кочаряном, и партий олигархов — российского Самвела Карапетяна («Сильная Армения») и армянского Гагика Царукяна («Процветающая Армения»).

Борьба идет за неопределившуюся часть электората, которой обе стороны пытаются в преддверии выборов манипулятивными методами внушить привлекательность проповедуемого ими курса. С этой целью Никол Пашинян и его команда вовсю используют евроинтеграционный дискурс – прошедшие недавно в Ереване саммит ЕПС и саммит ЕС-Армения, а также государственный визит в Армению президента Франции Макрона с «душевной» составляющей преследовали в первую очередь именно вышеозначенную цель – продемонстрировать единство Армении и Европы.

С этого ракурса становится понятно, что действия Москвы, и в частности слова и предупреждения Путина, служат обратной по форме и назначению, но единой по сути цели. Похоже, что Кремль решил форсировать риторику, чтобы воздействовать на неопределившийся электорат, соединив кнут и пряник. Рассчитав, что обычное перечисление преимуществ от нахождения Армении в ЕАЭС может выглядеть бледно перед блеском недавнего европейского перформанса в Ереване, Путин озвучил сценарий «что будет, если не…». Расчет здесь может быть на то, что та самая неопределившаяся часть электората придет к заключению, что Россию лучше все-таки «не злить», и проголосует за одну из пророссийских партий. Иными словами, на тех, на кого трудно воздействовать экономическими соображениями, решили воздействовать страхом. Не будем также забывать, что еще одной причиной для столь резкого по сути выступления Путина стали имиджевые соображения – перед лицом российского патриотического сообщества ему требовалось как-то отреагировать на появление в Ереване президента Украины Зеленского, где он угрожал ударами по Красной площади.

Евроинтеграция Армении – вопрос, пока далекий от конкретики. А значит, обострение спора между Москвой и Ереваном в этом контексте носит искусственный технологический характер предвыборных манипуляций. И эта борьба в ближайшие недели, скорее всего, будет только усиливаться.