Амнистия без границ: как легализация мигрантов в Испании расколола ЕС Экспертные мнения на Caliber.Az

Массовая легализация мигрантов в Испании является «очень плохой идеей», угрожающей целостности Шенгенской зоны. Об этом заявил премьер-министр Швеции Ульф Кристерссон.

Кристерссон предупредил, что предложенная Мадридом амнистия для более чем 1 млн нелегальных мигрантов может отбросить Европу к миграционному кризису, подобному 2015 году, и поставить под сомнение зону свободного передвижения на континенте. По его словам, такие шаги Испании вызвали «довольно большой протест» на последней встрече лидеров ЕС, поскольку это противоречит тому, чего пытаются добиться другие европейские страны.

«Происходящее сигнализирует о том, что нам по-прежнему нужно быть очень осторожными и не действовать так, чтобы ситуация хотя бы отдаленно напоминала то, что произошло в 2015 году. Думаю, Испания поняла намек. Но это показывает нашу уязвимость», — сказал премьер Швеции.

Он также заявил, что сообщил своему испанскому коллеге Педро Санчесу о недовольстве недавней амнистией нелегальных мигрантов. Кристерссон указал, что успех Шенгенской зоны зависит от того, насколько слаженно будут действовать ее члены, «чтобы защитить внешние границы и иметь максимально согласованную политику». Он добавил, что нет никаких сомнений в том, что увеличение миграционных потоков в результате решения одной страны повлияет на «солидарность» Шенгенской системы.

Напомним, амнистия в Испании предоставляет приезжим без законного статуса возобновляемый вид на жительство сроком на один год, если они прожили в стране пять месяцев и не имеют судимости. При этом мигранты могут свободно перемещаться внутри Шенгенской зоны Европы, совершая поездки без границ. Лидеры Италии, Германии и Дании резко раскритиковали Испанию после того, как в прошлом месяце десятки тысяч человек въехали в испанский эксклав Сеута, хотя подавляющее большинство из них позже вернулись в Марокко.

Первый подобный звонок прозвенел во время европейского кризиса 2015 года, когда миграционная политика Ангелы Меркель навсегда изменила демографический и политический ландшафт Германии и всего Европейского Союза. Главным итогом её курса «открытых дверей» стало прибытие в страну более 1 миллиона беженцев (преимущественно из Сирии, Афганистана и Ирака) и закрепление знаменитого лозунга «Wir schaffen das» («Мы справимся»).

Как показали последующие годы — не справились. Длительная зависимость от пособий и бюрократические тупики; образование замкнутых анклавов с собственными законами и укладом жизни, а также этническими криминальными «кланами»; рост антисемитизма и ущемление прав женщин внутри мигрантских общин, что в корне противоречит либеральной базе ЕС.

А 30 июля 2026 года стало переломным моментом для испанского анклава Сеута на северном побережье Африки. По оценкам главы правительства города Хуана Хесуса Виваса, за сутки через границу прорвались около 80 тысяч нелегальных мигрантов — это примерно 70% от всего населения Сеуты. Тысячи людей преодолевали пограничные заграждения по суше и вплавь по морю, обходя волнолом, отделяющий город от Марокко.

И это мгновенно спровоцировало острейший политический кризис внутри Евросоюза. Италия официально приостановила действие Шенгенского соглашения с Испанией и закрыла морские и воздушные границы с соседом. На месяц заморожено соглашение о свободном передвижении людей. Франция также ужесточила контроль и разместила четыре подразделения сил быстрого реагирования, самолёты и беспилотники на границе с Испанией. Финляндия поддержала итальянскую инициативу, заявив, что Испания провалила защиту внешних границ Шенгенской зоны. Премьер-министр Дании пошла ещё дальше, предложив Евросоюзу рассмотреть вопрос о приостановке членства Испании в Шенгенской зоне.

В ответ появились призывы в интернете повторить массовый переход границы 15 августа. И это явно не конец истории.

Что же означает всё это? Есть ли угроза возникновения нового миграционного кризиса в ЕС в результате неосмотрительных решений главы испанского правительства Педро Санчеса? Может ли все это привести к противостоянию между странами-членами ЕС, к разрушению Шенгенской системы?

Прокомментировать эти вопросы для Caliber.Az согласились известные зарубежные политические обозреватели.

Аналитик, издатель и главный редактор журнала Neue Zeiten и YouTube-канала Neue Zeiten TV (ФРГ) Александр Черкасский отметил, что действия леворадикального испанского премьера Санчеса вызвали справедливое возмущение во многих европейских странах.

«Европа и так в настоящий момент переживает тяжелый миграционный кризис, а шаги Санчеса словно подливают масла в огонь. Кризис, развязанный необдуманной политикой Меркель, даже спустя 11 лет никуда не делся. Естественно, такая политика встречает и будет встречать сопротивление в большинстве европейских стран. Политику Италии по отношению к Испании я считаю вполне оправданной. Среди прочих последствий кризиса с нелегальными мигрантами станет и значительный успех правых партий на будущих выборах. Если курс Санчеса продолжится, то это может привести, как я надеюсь, к его изоляции в рамках ЕС. Сопротивление его политике уже оказало большинство стран Евросоюза», — заявил Черкасский.

Профессор политологии из Турецко-Немецкого университета (Стамбул) Заур Гасымов отметил, что миграционный кризис вокруг испанского эксклава на севере Африки показывает ещё раз, насколько важна проблематика миграции в международных отношениях: и в общем, и, в частности, для стран Европейского Союза.

«То есть это не ново, что Европа остается самым главным центром притяжения для мигрантов со всего мира наряду с Соединенными Штатами. В случае с Сеутой, конечно, ситуация влечет за собой сравнение с миграционным кризисом 2015 года. Есть схожести, но есть и огромные различия. В 2015 году большинство беженцев было из Сирии, и решение принять их со стороны правительства Ангелы Меркель, во-первых, привело к большому количеству симпатии по отношению к Германии, в том числе в странах Ближнего Востока. С другой стороны, в Сирии тогда бушевала гражданская война, Россия вступила в войну на стороне Башара аль-Асада, и это привело к усилению миграционных потоков из страны.

В Сеуте сейчас ситуация другая. Большинство беженцев из Марокко или из других стран, которые проникли на территорию Сеуты (то есть на территорию Испании из Марокко), — это так называемые экономические беженцы. Здесь играет роль материальный и экономический фактор, а не военный. Фактически не существует очевидных причин для предоставления убежища этим людям. Но правительство Испании, которое известно своим либеральным подходом, проявило большую долю милосердия к тем, кто оказался на территории Сеуты.

Этот кризис показал, наверное, слабость Европейского Союза в его возможности защищать внешние границы — не только от военного вторжения, но даже от больших групп людей, которые одномоментно пытаются проникнуть на его территорию. Параллели с позицией Меркель отчасти уместны, но всё-таки я придерживаюсь мнения, что ситуация в Сеуте сильно отличается от того, что было в 2015 году в Германии», — говорит профессор.

По его словам, относительно событий 2015 года и фразы — «Wir schaffen das» («Мы справимся»), — мнения разделились ещё тогда.

«Мнения разделены и сегодня: в той же Германии большая часть электората верит, что всё получилось, но есть и много скептиков. В основном это электорат «Альтернативы для Германии» (AfD), «Союза Сары Вагенкнехт» и, может быть, даже отчасти Христианско-демократического союза.

В Германии действительно есть проблемы с незаконной миграцией и интеграцией людей из внеевропейского культурного пространства, но эти проблемы существовали и до 2015 года. Не всё было вызвано именно тем потоком сирийцев, афганцев и иракцев.

Позиции европейских стран разные. Это связано, во-первых, с тем, какие правительства у этих стран и какие партии находятся у руля: либеральные, консервативные или даже правые.

Другой момент касается того, где эти страны находятся географически. Ясное дело, что у стран, у которых нет внешних границ, подход может быть иным, чем у тех государств, которые непосредственно граничат со Средиземным морем или находятся на востоке Европы.

В качестве примера можно вспомнить кризис с мигрантами на белорусско-польской границе несколько лет назад. Тогда Польша не впустила мигрантов, проявив довольно-таки жёсткую позицию. То есть позиция Варшавы отличалась от позиции Мадрида. Вероятно, и возможности были другие, но и в целом взгляд общества тоже сильно отличается. Если смотреть на развитие либерализма внутри социума, испанское общество в этом смысле сильно отличается от польского», — полагает Гасымов.